Отец моего жениха - С. И. Лоу

ещё немного конверта в тонкое отверстие. Теперь, держа конверт обеими руками, я поворачиваю его вперёд и назад, прислонившись к большой двери для равновесия. Просто всунься, глупый пакет.

Как только я почти заканчиваю просовывать кольцо в щель, дверь внезапно открывается, и я обнаруживаю, что меня бесцеремонно швыряет на пол прихожей. Я падаю как идиотка, прижавшись лицом к холодному мраморному полу.

Ой. Я сажусь и потираю ногу в том месте, на которое я упала.

— Кора?

О, нет. Я смотрю вверх. Красивое лицо Мэтта нависает надо мной, он смущён, и внезапно я чувствую, как весь покой покидает моё тело.

— Что ты здесь делаешь? — мне удаётся заикаться, совершенно застигнутая врасплох.

— Что я здесь делаю? Это мой дом. Что ты здесь делаешь? — Мэтт вопросительно переводит взгляд с моего лица на конверт, лежащий рядом со мной.

— Ну, я… я просто имела в виду, прямо сейчас. Что ты делаешь здесь посреди дня, в понедельник? Разве тебе не нужно работать? — я начинаю вставать, и Мэтт наклоняется, чтобы помочь. Я отмахиваюсь от его руки, желая каждой частичкой своего существа прикоснуться к нему, но зная, что, если я это сделаю, это будет концом моего самообладания.

— Я только что вернулся из командировки. — Мэтт склоняет голову набок, изучая меня. — Это не объясняет, почему ты пытаешься засунуть загадочный конверт в почтовый ящик.

— Верно! Извини. Вот. — Я сую конверт в руки Мэтта и делаю твёрдый шаг назад, желая дистанции между собой и этим альфа-самцом.

— Что это? — спрашивает Мэтт, начиная открывать пакет. Он встряхивает конверт, и кольцо падает ему на ладонь. — Кольцо моей прабабушки. — Мэтт смотрит на меня, на его точёном лице ошеломлённое выражение.

— Ага, — говорю я, надеясь, что звучу расслабленно. — Забавная история. Похоже, я думала, что оно было на мне, когда начался пожар, но оказалось, я забыла, что сняла его раньше. Видимо, оно застряло в кармане моих джинсов с тех пор, как… — мой голос замолкает, но я заканчиваю мысль в уме: с тех пор, как мы были в хижине.

Мэтт всё ещё выглядит несколько шокированным, глядя на меня с ног до головы, молчаливый и предчувствующий. Я поглаживаю себя по волосам, смущённая тем, что выгляжу, наверное, растрёпано. Я прикасаюсь руками к своим щекам — они пылают от ужаса, и я могу только представить себе их ярко-красный цвет.

«Вот тебе и хладнокровие», — саркастически говорю я себе. Мэтт молчит, рассеянно рассматривая кольцо. Я переминаюсь с ноги на ногу, не зная, что делать или говорить. Наконец, я больше не могу терпеть неловкость.

— Итак, в любом случае, я просто хотела вернуть его, как только нашла, потому что, ну, из-за страхового полиса, который у тебя есть. И потому что оно твоё.

Кроме того, я втайне надеялась, что встречусь с тобой последние две недели.

Но всё равно тишина.

— Ладно, я лучше пойду. Я не могу уехать в командировку, но мне нужно вернуться в магазин. В субботу к нам приедет автор романов, и нам нужно многое подготовить и организовать, плюс, видимо, она очень внимательна к… — бормочу я.

— Как твои дела? — Мэтт прерывает меня.

— Как… как мои дела? — я недоверчиво смотрю на Мэтта.

— С тех пор… когда мы виделись в последний раз?

Ну, по крайней мере, он выглядит неуверенно.

Я кусаю губу, не зная, что сказать. С одной стороны, последние две недели я была несчастна, одинока и меня постоянно тошнило. С другой стороны, я была смущена из-за происшедшего и не знала, что делать в этой ситуации. Хуже всего то, что я поняла, что влюблена в Мэтта, и я ни черта не могу с этим поделать.

И вот, стоя в элегантном фойе особняка Харрисонов, я залилась безобразными, неудержимыми слезами, переполненная эмоциями.

Мэтт тут же приходит мне на помощь, заключая меня в крепкие объятия, от которых я плачу ещё сильнее. Мы стоим так несколько мгновений — я рыдаю на широкой груди Мэтта, а он гладит меня по спине и шепчет мне на ухо успокаивающие слова. И впервые за две недели я вдруг снова чувствую себя в безопасности.

Более чем безопасно. Цельной.

Наконец, я набираюсь смелости, чтобы посмотреть ему в лицо, не зная, что я найду или даже того, что я ищу.

К моему ужасу, Мэтт выглядит встревоженным, его голубые глаза темны и угрюмы. Я снова кладу голову на его твёрдую грудь, желая сохранить это объятие так долго, как только смогу. Потому что по его глазам я знаю, что в любую минуту он скажет мне, что то, что мы сделали, было неправильно, и что мы никогда не будем вместе.

Ошеломлённая, я снова начинаю рыдать, и ещё крепче обнимаю мужчину, которого люблю.

ГЛАВА 17

Мэтт

Я делаю всё, что могу, чтобы успокоить Кору, но женщина рыдает, как будто её жизнь закончена.

«Мне знакомо это чувство», — с тоской думаю я, гладя её по спине и пытаясь успокоить. В ответ на моё утешение Кора плачет только сильнее. Я думал, что она собирается остановиться на минуту, но вместо этого она крепко обнимает меня, как будто это, конец, прощание.

Мои собственные глаза затуманиваются при этой мысли. Это прощание?

«Не может быть», — сердито думаю я. «После всего, через что мы прошли, после времяпровождения в летнем домике». Я качаю головой и ещё крепче прижимаю фигуристую девушку к себе, не желая отпускать её.

Но, к сожалению, Кора прерывает наши интимные объятия. Она делает преднамеренный шаг назад и настороженно смотрит на меня. Мы стоим так некоторое время, каждый из нас пытается прочитать другого.

Наконец, Кора говорит:

— Почему ты не позвонил мне,