Магия, хаос и убийство - Тесса Брайант

и она вытерла остатки макияжа, пытаясь привести себя в приличный вид, прежде чем потерять всякую надежду на то, что Люк увидит, как она выглядит, и вернет ее в постель.

Набравшись уверенности, она распахнула дверь и выглянула в квартиру. Все выглядело точно так же, как и вчера вечером. По телевизору шел утренний выпуск новостей, который был похож на фоновый шум. В воздухе витал запах кофе, и нос девушки дернулся — организм жаждал сладкого кофеина. Она обратила внимание на обеденную зону и нерешительно улыбнулась, когда увидела, что Люк смотрит на нее с милой улыбкой на лице.

— Привет. — Она прикусила губу и наблюдала за тем, как растет его улыбка.

— Сама привет. — Он отодвинул стул от стола и встал, направляясь к ней. — К твоему сведению, ты все еще спишь как мертвая. Клянусь, мне пришлось пару раз проверить, дышишь ли ты еще прошлой ночью.

— Я устала.

— Я знаю. Он протянул руку и обхватил ее за талию, удивив ее, когда притянул к себе. — Ты слишком много нагружала себя после возвращения. Пыталась вспомнить прошлое. Разобраться в своей магии. Пыталась раскрыть убийство своей бабушки. Тебе нужен был отдых, поэтому я и дал тебе поспать. Он медленно обвел глазами ее лицо, и уголки его губ дрогнули: — Возможно, это связано и с тем, что моему волку очень понравилось видеть тебя в моей постели.

Мэллори почувствовала, что ее щеки раскраснелись от такого признания, и добавила от себя: — Мне понравилось просыпаться там, но я бы хотела, чтобы ты лежал в постели со мной.

— Ммм, в другой раз. — Люк заправил ее волосы за ухо и снова удивил ее поцелуем в лоб, а затем отстранился: — Я проснулся рано и подумал, что ты предпочла бы, чтобы я начал проверку биографии, о которой ты спрашивала вчера вечером, поэтому я работал, пока ты спала. Хочешь узнать, что я нашел?

— Да, но сначала… — начала она, но он уже отвернулся со знающей ухмылкой.

— Кофе. Конечно. Я только что сварил свежий. — Он прошел на кухню, и Мэллори смотрела ему вслед, удивляясь тому, как странно то, что они никогда раньше не делали вместе, может казаться таким легким и привычным. Он достал с полки кружку с кофе и стал наливать, пока говорил. — У меня был только «Южный пекан» из магазина твоей бабушки. Надеюсь, это нормально.

— Это кофеин. Я бы согласилась даже на жидкую капельницу. Вкус не имеет особого значения.

— Я сомневался, что после стольких лет жизни в большом городе твой заказ на кофе может быть похож на список ингредиентов для торта, а не на то, что я могу предложить.

Он не смотрел на нее, когда говорил это, и сердце Мэллори болезненно сжалось. Что-то подсказывало ей, что он говорил не только о кофе, и она не позволила ему сомневаться в том, чего она хочет, даже на секунду дольше, чем время, которое потребовалось ей, чтобы двинуться к нему. Она пересекла пространство и обняла его сзади, прижавшись щекой к его широкой спине. Мышцы Люка напряглись под ее прикосновением, но, когда она покачала головой, он, кажется, с облегчением вздохнул.

— В особой смеси «Южный пекан» от бабушки и в тебе, Люк Фостер, нет ничего примитивного, и я в любой день недели предпочту вас обоих какому-нибудь дорогому и нарядному городскому бренду. Это, ты и я, просыпаться вместе, пить кофе вместе, это то, что мы должны были делать последние пятнадцать лет, и, наконец, получить этот шанс с тобой, это прекрасно.

Люк сжал ее руку, лежащую на его животе, и она поцеловала место между его лопатками, прежде чем отстраниться. Он поставил кофейник в подставку и повернулся к ней. От кружки, которую он держал в руках, шел пар, но он был не таким обжигающим, как желание, пылающее в его глазах.

— Мэл… — Его голос был хриплым, и ее сердцебиение участилось.

— Да?

— Ты не представляешь, чего мне стоит сдерживаться сейчас с тобой. Я хочу подхватить тебя на руки и отнести в постель. Я хочу заново изучить каждый сантиметр твоего тела и наконец-то назвать тебя своей половинкой. — Он закрыл глаза и длинно вылохнул через нос, прежде чем снова открыть их: — Но как бы я ни хотел потеряться в тебе, соединиться с тобой и снова сделать тебя своей, сначала нам нужно поработать.

— Поработать? — Она сглотнула, преодолевая комок в горле, который вызвало его признание. Он хотел ее. Очень сильно. Это было написано в каждой линии его тела. Но он сдерживался и делал это ради нее. Ее тело разогрелось под его взглядом, и потребность быть с ним была настолько сильной, что мозгу потребовалось мгновение, чтобы включиться и вернуть контроль над бушующими гормонами. Когда это произошло, она подняла брови: — Ты нашел что-нибудь на Иззи?

Люк протянул ей кружку: — И нашел, и не нашел. Иди сюда. Я тебе покажу.

Мэллори засунула свое либидо обратно в темный угол и пошла за Люком к столу в столовой, где стоял его ноутбук и повсюду были разбросаны бумаги. Он пододвинул один из стульев ближе к своему, и она села на него, потягивая горячую жидкость, которая была необходима ее мозгу, чтобы сосредоточиться. Люк занял свое место, отодвинув ноутбук в сторону и потянувшись за блокнотом, в котором он явно делал записи.

— Итак, дело вот в чем. — Он указал на верхнюю строчку, чуть ниже того места, где он написал Айседора Торн. — Я нашел свидетельство о рождении твоей кузины, которое дало мне отправную точку, и сначала все выглядело нормально. Ее жизнь в детстве была довольно скучной. Есть несколько газетных статей о том, что она выиграла конкурс орфографии, соревнования по легкой атлетике и выступила с речью на окончании выпускного класса. В шестнадцать лет она получила водительские права, а в восемнадцать — регистрационную карточку избирателя, но не было ничего необычного, что могло бы выделить ее среди других детей.

— Ну, это не удивительно. Она не владеет магией. Она была обычным ребенком. — Заметила Мэллори.

— Именно. — Люк кивнул: — Вот почему, когда она вдруг полностью исчезла с лица земли, это выглядит так странно.

— Что значит исчезла?

— Я имею в виду, что пятнадцать лет назад все записи об Айседоре Торн просто… прекратились. Нет никаких сведений о том, где она работала. Нет ни договоров аренды квартир, ни закладных, где бы она жила. Она даже не продлила водительские права. Как будто она перестала существовать.

У Мэллори сжалось нутро: —