Кровь от крови Мантикоры (СИ) - Мартын Светлана

Анелита не просто проснулась, она вылетела из сна, сев на кровати и ловя ртом воздух, словно ей его отчаянно не хватало. Кошмары вызывают гипоксию мозга. Этот же, как это часто и бывает, показался ей другой реальностью, которая остается все такой же жуткой, несмотря на то, что ты из нее вырвался и как бы ты этого не хотел ты знаешь, что туда еще вернешься. Она дышала очень глубоко до тех пор, пока сердце н е начало биться ровно. Мирах спал по привычке лицом вниз. Каскад волшебных волос покрывал его спину и плечи, а нижняя часть тела была прикрыта одеялом. Анелита выбралась из постели. Камин совсем потух. В доме стало очень холодно, особенно без одежды. Она еще не разбирала вещи. Ни гардеробной, ни комода в доме Мираха не было. Он обещал что-либо придумать, в ближайшее время, хотя бы заказать пару стоек с вешалками. Из теплых спальных вещей у нее оставалась лишь пижама Андрея, но сейчас это была не та вещь, которую она хотела бы наденть. Анелита выбрала хлопковую футболку с изображением Багза Банни(прим 2) на груди и короткие шорты, завернулась в халат. Он не был особенно теплым, но по крайней мере , длинна его доходила до щиколоток и у него были длинные рукава. Стало теплее. Анелита разожгла огонь в камине. Когда пламя веселыми язычками поднялось вверх, а поленья затрещали и покрылись белым налетом, она зашвырнула пижаму бывшего мужа в самую середину. Пламя жадно пожирало старую ткань. Анелита присела на стул у камина и долго смотрела.как огонь уничтожает последние следы отжившей связи, ее отпускало на свободу.

Увлеченная своими мыслями она пропустила тот момент , когда Мирах проснулся. Он коснулся ее сознания нежным шепотом:

- Котенок! Почему Ты не спишь?

Она обернулась. Мирах сползал с кровати- голый.

Только страсть вспыхивает мгновенно костром до небес и порой сгорает до тла в считанные секунды. А бывает иначе: - пламя выравнивается и согревающий костер горит долго и ровно. Любовь же состоит из особых мгновений, которые нанизываешь как бусины на нитку или вклеиваешь в альбом фотографии год за годом, отпечаток в памяти за отпечатком. Этот момент , когда обнаженный Мирах сползает грациозно с кровати и идет к ней, потому , что даже это короткое расстояние друг между другом вынести невозможно, останется с ней навсегда. Она поймала себя на мысли, что вот только что она завершила книгу с названием «Любовь к Андрею», поставила финальную точку, а книга «Любви к Мираху» уже описана несколькими главами. Она протянула к нему руки и он позволил обнять себя за талию, прижаться лицом к его бедру. Анелита на миг закрыла глаза и вдохнула аромат его кожи. Он уже стал родным, как запах дома и немного горчил, как глубокие ноты полыни в мужском парфюме. Мирах присел перед ней на корточки. Она тут же обхватила его шею руками, зарываясь лицом в шелк его волос, прижимаясь губами к его шее. Он рассмеялся по – мужски, коротко , хрипло и обнял ее в ответ. Анелита тут же обвила его ногами, повиснув на нем, как обезьянка. Он поднял ее со стула, крепко держа одной рукой за талию, второй прихватыаея под ягодицы, а она вдавливала себя в него плотнее, вливалась к нему под кожу, врастала в его плоть и кости. Он покружил ее по комнате и присел на стул, удерживая ее на коленях как маленькую. Она запустила руки в его волосы, играя шелковистыми локонами, а Мирах поглаживал ее по спине, точнее водил пальцами вдоль позвоночника, медленно,одновременно и успокаивая и возбуждая.

- Так лучше, Котенок?

Она ответила ему поцелуем, вливая себя через его губы, как прежде вливалась через прикосновение и не было в этом ничего неестественного или болезненного. В этот момент они становились Единым Целым и каждое новое слияние, оставляло их друг в друге все глубже, все вернее.

- Мне приснился неприятный сон.. – Анелита раздумывала сказать ли Мираху о том, что увидела во сне не только свою семью, но и Леомхайн. Но он услышал ее раньше.

- Это, конечно, может быть просто сон. А может и нет.Гарпии умеют не только пронинкать в чужие сны, но и изменять сновидения. Это их единственная магическая способность. Ты ей не понравилась, я заметил. Поэтому будь с ней осторожна и внимательна. Кошмары , которые она будет создавать в твоем бессознательном опасны не более, чем недосып. Хотя и этого в преддверии войны допускать не стоит, но неприятных впечатлений она Тебе добавит это точно.

- Хорошо. Сменим тему. Что ты читаешь? – поинтересовалась она. Заметив рядом с камином гримуар Риотарума. Мирах рассказал ей о том, что написал незадолго до смерти, выживший из ума Чародей.

- Так ведь это может быть то самое место. Мы уже знаем, что Дорван нашел источник, где плод любой больной фантазии можно облечь в форму. Самое живое воображение.,конечно у писателей. В Человеческой части мира принято считать, что все писатели страдают психическими расстройствами в той или иной мере. Гоголь, Хемингуэй Эдгар По, да и тот же Лавкрафт лишнее тому подтверждение А что уж видят пациенты психиатрических лечебниц принято считать бредом, но они определенно видят многое.

- Понимаю! Риотаруму с его искаженным болезнью восприятием, открылось «запретное».

- Как и Дорвану. Отец рассказывал, что в ту ночь, когда он спас Ясмин от Чародея, он ясно видел его одержимым Нечто. Нечто всегда выбирало для питания душевнобольных.Благодаря Риотаруму мы знаем, как выглядит это место, но вот как до него добраться.

Анелите пришла в голову странная мысль.:совершенно бредовая на первый взгляд, на второй она была не лишена смысла. Попробовать стоило. Она тут же поделилась ею с Мирахом.

- Видишь ли, я ведь тоже Писатель. Возможно мне бы тоже могло открыться то самое место.

- Не пугай меня, Котенок! – Мирах притворно изумился – Ты душевно больна?!

- Не смешно Мирах! Я вот только не знаю, как это сделать.

- Возможно, для этого нужно отправиться в Башню Видений - предположил Мирах.

Конечно, это было не предусмотрительно оставить в Московской квартире все зимние вещи. Но во-первых они с Гуэрсом не знали удастся ли попасть в Резервацию и оставляли квартиру так, будто собираются вернуться через неделю; во-вторых не предполагали,, что встретит их родина Хладными днями. Анелита много сейчас отдала бы за возможность надеть свои любимые черные ботфорты из текстиля и кожаный плащ с меховой оторочкой. Правда в Москве из-за повышенной влажности и плотного кокона смога накрывавшего Первопрестольную зимы были теплыми. Капюшон плаща согревал не много, но от ветра защищал надежно и шапок она не носила. Ботинки со шнуровкой до середины икр еще согревали ноги, а вот шерстяной кардиган и короткая болоньевая курточка, да и свитера уже нет.

" Пора навестить портниху." В сотый раз подумала она. – "И как эти полуптицы в доспехах умудряются не покрываться коркой льда на лету". – вспомнила Анелита гарпий.

Плащ Мираха: шерстяной и плотный ее, безусловно согревал, но в основном душевно, родным теплом и запахом любимого тела, но этого было явно недостаточно. В это тепло можно было закутаться и дремать возле камина, но не слоняться в три часа ночи по улице в остывшем поселении. Это еще хорошо, что Мирах не так высок , как отец или Гуэрс к примеру, и его одежда не волочется по земле, мешая передвигать ноги..

Как только Анелита обнаружила, что в ледяной почти ноябрьской ночи каждый вдох врывается в легкие осколком льда, а выдох клубиться облачками пара, она поняла, что идея отправиться в Башню Видений немедленно была не самой удачной. Мирах в своем летнем плаще из хлопка холод переносил равнодушно. Устыдившись своей нетерпимости к низким температурам, Анелита промолчала и крепко вцепившись в его руку терпеливо дошагала до Башни.

Здесь было не намного теплее.. Но все же стены хоть как –то охраняли от пробирающего до костей ветра. Мирах прижал ее к себе, посмеиваясь над тем,что ее зубы отбивают барабанную дробь. Она же прижалась в ответ к нему так, будто хотела забраться не под плащ , а прямо под кожу.