Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

держать бластер у шлема чужого скафандра. Вначале Дока, теперь жреца, а дальше кто? Если конечно это «дальше» будет. Одному Создателю известно почему она не использовала ускорители, а взобралась на одного из подручных медведей, чтобы тыкать бластером в затылок.

— Если нужен отвлекающий маневр, то этот линкор хорошая цель, — обращалась к Джонни Кейт.

— Думаю ребятам хватит мозгов понять, когда прыгать?

Прикуривая сигару произнес он, не отводя взгляда от линкора и рисуя в воображении, как тот разлетаясь на куски сеет смерть и панику в рядах предательских медведей.

— Мы точно прыгнем в этот… унитаз? — дрожащим голосом спрашивал один из подручных.

— Ну прорываться сквозь флотилию к кротовой норе у нас вряд ли получится, поэтому… — Джонни задумался, а после закричал так, что одному Создателю известно, как его не услышали в другой вселенной. — ГОТОВНОСТЬ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД!

Муравьи расползлись по кораблю, примагнитив ноги к полу.

— ДВАДЦАТЬ СЕКУНД!

Уолли смотрел на старого друга, тот смотрел на подлетающий флот, Хьюго устало бубнил имя Роберто. Может Сара права и тот действительно является его фанатом? Тогда, заключил он, его убийство – вполне оправдано.

— Та ещё прогулочка, — кивнув в сторону флота произнёс Уолли.

— Это точно, хуже ещё не бывало…

— Чертов Ро-берт-о…

— Да успокойся ты уже, Хьюго! Мы поняли, твой скафандр зовут Роберто! Сколько можно!? Сара это тоже поняла! — успокаивал разбитого Хьюго Уолли.

— И всё же спроси меня – стоило ли лететь к чёрту на рога ради кнопки, которую никто не нажимал двадцать шесть миллиардов лет и понятия не имеет как работает унитаз и куда он ведёт… — Док задумался. – Я бы полетел сюда, ведь не окажись мы тут, то над вселенной надругались медведи!

— Шерстяные пи… — начал Уолли, но вмешалась Лапа.

— Так, живо прощайтесь, а не лейте ведра говна на представителей моей расы! У вас десять секунд, а ты!? — обратилась она к жрецу. – Жми кнопку!

— Хорошо…

Рука жреца нависла над кнопкой, словно та чужой спящий ребенок, которого родители попросили осторожно разбудить.

— СЕМЬ! — сигнализировал Джонни.

Убивая окурки об пепельницы, все пираты обреченно смотрели на флот. Кейт уловила настроение любимого и аккуратно взяла его за руку.

— ШЕСТЬ! — рявкнул он, она убрала руку, а после уместилась в кресло второго пилота.

Наконец-то Хьюго решил сменить пластинку. Теперь он произносил имя «Сара». Уолли вспоминал о дочери. Сама мысль, что он не будет давать ей деньги на карманные расходы – вселяла тоску, и прекрасно характеризировала его как отца. Он старался исправить деньгами то, что недодал дочке, когда пиратствовал. «Лучше я, чем какой-нибудь убогий пришелец», — рассуждал он, и благодаря своеобразной мантре, которую повторял всякий раз, давая ей денег – думал, что становится хорошим отцом. Хорошим по меркам пирата-капиталиста, но всё же.

— ПЯТЬ! — крикнул кто-то вместо Джонни, и тот выстрелил ему в ногу.

— Я ЗДЕСЬ ВЕДУ ОТСЧЁТЫ, МАТЬ ТВОЮ! ТЫ СДОХНЕШЬ В НЕВЕСОМОСТИ ЗА СВОЮ ДЕРЗОСТЬ, ЕСЛИ НЕ УСПЕЕШЬ ДОПОЛЗТИ ДО ЛАЗАРЕТА!

Все нервно улыбались. Впервые на их памяти улыбка капитана вселяла первобытный ужас. Возможно она всегда такая? Парень пополз в лазарет, в надежде, что успеет добраться до медицинской капсулы. Бедолага молился какому-то хтоническому существу, чтобы капсула находилась в медицинском отсеке, а не в космопорту, как обычно бывает на подобных кораблях…

— ЧЕТЫРЕ!

Док диктовал что-то часам, те вывели интерфейс на его шлем. Хьюго с Уолли не без интереса смотрели, как тот ныряет по папкам своих записей. Он проткнул взглядом раздел «для Марты», а после выбрал «шаблон предсмертного письма номер 281». Искатели переглянулись, пока Док диктовал недостающий текст.

— Найдя кнопку, перезагрузки вселенной, он канул в лету… — Док задумался. — Дерьмо какое-то! Отправлю так!

— ТРИ!

Скомандовала Кейт и от нервов Джонни едва не всадил ей пулю в голову. Но в последний момент спохватился, увидев на щеках очаровательные ямочки. Может, будь он чуть разумнее, и потрать деньги от последних делюг на роскошный домик, то им бы удалось зажить мирской жизнью? Он прогнал эту мысль выкрикнув: «Два-а!».

Рука жреца зависла в миллиметре от кнопки. Он молился Создателю, чтобы тот дал ему знак. Если Создателю настолько нечем заняться, то по мнению жреца он сумеет отыскать в своём сердце добродетель, чтобы остановить творящееся безумство. Жрец вспомнил, как Док поиграл с параметром «вселенский слив». Старик бубнил себе что-то под нос, а когда медведи отвлеклись на пальбу, то внёс изменения, чтобы все прошедшие через космоворот вселенные отправились туда. Он явно имел соображения, что там находятся остальные созданные вселенные, и быть может другие вселенные созданные подобными идиотами.

— ОДИН! СТАРТ!

Корабль-камикадзе использовал максимальное ускорение, чтобы устроить самый большой «ада-бум» из виданных собравшимся около кнопки, посеять хаос и подать знаки всем, кто в них нуждается. Флот Азазеля слишком поздно открыл огонь. Пока все отвлеклись Джонни несся к кнопке. В какой-то момент попадание в корабль-камикадзе вывело из строя систему дистанционного управления, а после произошел взрыв. Такой сложно не заметить. Жрец быстро изменил параметр «вселенский слив» на «всеобщий слив», что на языке Создателя унитаза могло означать место, куда стекаются все созданные вселенные, а не только созданные с помощью конкретно этого УниТаза. Лапа выстрелила ему в затылок, но он умер с улыбкой на лице, ведь успел нажать кнопку. А после началось то, чего никак не ожидали искатели кнопки.

39

Космоворот начал медленно затягивать пространство вокруг. Бесчисленные обломки флота притягивались к центру. Джонни намеревался прорваться к своим новообретенным друзьям сквозь тысячи осколков и летящих в бездну кораблей. Двигатель кряхтел и молил о пощаде, как и все члены экипажа, чьи тела вжимались в спинки кресел или стен с такой силой, что казалось они умрут от перегрузки. «Мы так долго не протянем», — заключил капитан последнего корабля пиратов, а после использовал рискованный гравитационный маневр, чтобы буквально скользить по стенке бочка унитаза. На его счастье тяга к центру космоворота оказалась по силам двигателю. Серебряный видел перед глазами лишь рябь и как пространство начинает обретать растянутую форму, но несмотря на это он уклонялся от всего, и бубнил себе под нос от чего именно уклоняется: «Осколки, плазма, ракеты, торпеды, лазеры, корабли». Эти слова стали мантрой для экипажа, что молился всему чему только можно и нельзя. Джонни прошептал