Третий виток - Сергей Николаевич Стоян

очнитесь вы! Вспомните, хотя бы, что творилось на Земле пару сотен лет назад, а ведь то были люди.

– Не стоит опускаться до животного состояния, – глядя в медленно светлеющее небо, сказала Шерон. – Нам потом с этим жить.

– И ты туда же, – скривился Уэйн. – Интересно, как долго вы еще будете играть во вселенских гуманистов?

– Вломиться в поселок мы всегда успеем, – мрачно заверил его Тед. – Надо лишь убедить себя, что иного пути нет…

– Первая здравая мысль, – констатировал Уэйн. – Но тянуть до последнего – опасно. А то перемещение произойдет в самый неподходящий момент, и наши вдруг поглупевшие тела станут легкой добычей для аборигенов. – Он покосился на безучастно смотрящую вдаль Кэрри. Что творилось сейчас в ее мозгах? Зачем чужому разуму потребовалось человеческое тело? Неужели лишь для того, чтобы вселить в него этакую амебу?

– Тоже верно, – согласился Макс. – Либо мы решаемся на что-то конкретное, либо немедленно сваливаем отсюда…

– Я стрелять в аборигенов не пойду! – заявила Жанет. – Хватит с меня…

– Это и не обязательно, – поддержал ее Уэйн. – Тед и Хенк позаботятся о нуждах женщин. Или я ошибаюсь? А, Хенк?

– Без тебя разберемся!

– Вот и чудненько, – Уэйн хлопнул в ладоши. – Я рад, что вы наконец осознали необходимость силовой акции.

– Мы еще ничего не решили, – осадил его Макс.

– Главное, убедить себя, что иного пути нет, – напыщенно повторил только что сказанное Тедом Уэйн.

Макс тяжело поднялся, подошел к «главарю» и встал у него за спиной. «Главарь» вел себя смирно и за все это время ни разу не попытался сбежать или как-то досадить пленившим его людям. Макс положил руку ему на плечо.

– Когда наступит «очищение»? – спросил он.

– Скоро… – односложно ответил тот.

– Что станет с нашим разумом?

– Покинет тело…

– Дальше!

– Не существенно…

– Отвечай на вопрос!

– Не знаю…

– Расскажи, что знаешь!

– Могу только в присутствии хозяина…

– Кто твой хозяин?

– Основа основ…

– Зачем ему людские тела?

– Воскрешение…

– Он что, умер?

– Да…

– Оставь его, – недовольно вмешался Тед. – Это бестолковое занятие. Мы уже пробовали. Похоже, он и впрямь служил лишь связующим звеном для получения информации. И кое-кто эту информацию охотно предоставлял!

– Откуда мы знали, что у него на уме? – огрызнулся Джефф.

– Вот и помалкивали бы, – прорычал Макс.

– Сейчас легко рассуждать… – буркнул Джефф.

– Да-а, очень легко.

Джефф хотел что-то ответить, но Тед яростно махнул рукой в его сторону.

– Хватит препираться, – сказал он. – Надо найти какой-то нестандартный ход. Думайте, думайте!

– Нестандартный ход? – кисло усмехнулась Шерон. – Пожалуйста! Мы не смогли захватить аборигенов, значит, для того чтобы оказаться рядом с ними, нам придется самим сдаться в плен…

Крайнее удивление, отразившееся на лицах землян, постепенно уступило место угрюмой задумчивости. Люди медленно осмыслили услышанное, и оно вдруг перестало казаться им бредом перепуганной женщины.

8

Риск, конечно, велик, но другого выхода, похоже, действительно не было. Если все грамотно организовать, то вероятность стать жертвой дикарей сводилась к минимуму. В крайнем случае, операция переходила в силовую фазу, подкрепленную уверенностью в том, что других путей к спасению нет.

Несмотря на весьма непродолжительное время наблюдения за жизнью аборигенов, кое-какие характерные нюансы их взаимоотношений удалось определить достаточно четко. Так, например, у них имелось, по меньшей мере, три варианта приветствий. Один использовался при встрече равных по социальному положению особей, второй – для оказания внимания представителям противоположного пола и третий, самый подобострастный, выражал смиренное преклонение перед вождем племени и его приближенными.

Выяснить, обременены ли они семейными узами или предпочитают свободную любовь, не удалось.

Наряды пещерных жителей не отличалась особым разнообразием. Днем это были в основном набедренные повязки, по вечерам к ним добавлялись накидки из шкур и только во время ночных языческих плясок аборигены облачались в корсеты и юбки из пальмовых листьев, утыканных крупными розовыми цветами. Выглядело это красиво, но было совершенно непрактично.

Ритуальные танцы происходили на довольно обширном каменном плато с отвесными рублеными краями. К нему вело всего две тропинки, охраняемые десятком вооруженных копьями самцов. Вождь появлялся на празднике, сидя на плетеных носилках в неком подобии трона. Это сооружение несли шестеро «добрых молодцев» исключительно свирепой наружности.

Вот, собственно, и все. Отталкиваясь от этой скудной информации, и был разработан план «дружественного визита». Его психологическая основа была достаточно проста.

Во-первых, надлежало коренным образом изменить внешность. Что-то в естественном обличии или одежде людей наводило на аборигенов панический ужас такой силы, что даже здоровенные самцы-охотники молниеносно принимали решение расстаться с жизнью. Во-вторых, требовалось как-то озадачить дикарей, сбить их с толку и пока они своими скудными умишками будут соображать, что к чему, перейти к следующей стадии знакомства – наглядной демонстрации своих категорически дружественных намерений.

Легко сказать «изменить внешность». Сидя в гримерке какой-нибудь крупной киностудии, это, пожалуй, действительно несложно, но в лесу чужой планеты подобная задача способна вызвать головную боль у самого изобретательного стилиста. С другой стороны, отсутствие широких возможностей делало ее одновариантной и избавляло от лишних сомнений.

Раздевшись до нижнего белья, люди тщательно обмазались красноватой глиной заимствованной из русла скромного лесного ручейка. Это, конечно, нисколько не сделало их похожими на местных жителей, но лишило тела и лица пугающей, ухоженной белизны. Теперь в их дикости не усомнился бы ни один психиатр. Возможно, и аборигены при виде подобных созданий не почуют в них опасного превосходства и не станут больше хвататься за нож. Правда ситуация могла опрокинуться в другую крайность. Из существ, одним своим видом повергающих туземцев в трепет, земляне сами могли превратиться в объект агрессии. Но, на этот случай они были вооружены – под наспех скрученными из листьев пальм накидками висели пояса с лучевиками и парализаторами. Не захотят аборигены по-хорошему знакомиться с представителями другого племени, что ж придется дружить с ними насильно. Главное – избежать лишних жертв.

С целью окончательно сбить аборигенов с толку было изготовлено сооружение, отдаленно напоминающее их «тронные носилки». Предполагалось, что, увидев тронную процессию, чем-то похожую на их собственную, они не посмеют ее атаковать и вообще любопытство возьмет верх над врожденной агрессией.

В итоге расклад получился такой. На носилки усадили Паркера, он хоть и самый тяжелый, зато и выглядит солидно. Нести новоявленного вождя доверили Уэйну с Тедом и женщинам. Максу досталась особая роль – возглавлять шествие, периодически изображая самое подобострастное приветствие. Оно заключалось в низких поклонах с похлопыванием ладошками у себя над головой.

– Дурдом! – возмущался Макс. – Похоже, облако уже получило контроль над нашими мозгами и теперь глумится…

Джефф оставался на подстраховке, кроме того, ему надо было присматривать за «главарем», то бишь за своим собственным телом и за телом Кэрри, оберегая их от всяческих недоразумений.

– Отвечаешь за нее головой! – предупредил его Уэйн. – Я не шучу!

Идею взять Джеффа с собой отвергли с самого начала. Хотя, пожалуй, во главе с ним приблизиться к поселку было бы проще. Но аборигены могли узнать в его колоритной внешности бывшего соплеменника и, убедившись, что он теперь ведет себя, мягко говоря, странновато, перепугаться еще сильнее.

Одежду, ранцы с остатками провизии и палаточные тюки свалили в наскоро сооруженный тайник. При условии что Джефф ничего не перепутал, все должно произойти именно этой ночью. Следовательно, если все-таки удастся войти в доверие к жителям поселка и остаться там до утра, проблема будет решена, а остальное дело техники.

Во второй половине дня с приготовлениями было покончено и, пожелав друг другу удачи, они двинулись в путь.

– Ну, боров! – кряхтел Уэйн, поддерживая шершавый, деревянный брус плечом. Дорога пошла в гору. Сидевший на носилках Хенк пытался перебороть страх и придать своему лицу надменно-величественное выражение. Женщины немного запыхались и сил на разговоры старались не тратить. Тяжело дыша, они мысленно тоже поминали недобрым словом комплекцию Паркера. Особенно Шерон. Тед, лучше всех подготовленный физически, то и дело поглядывал на Хенка