Всего один неверный шаг - Елена Лабрус

Но если моя мать решила причинять добро, спорить с ней было бесполезно.

К нам едет ревизор.

Глава 43. Игорь

На линейку к дочери в школу Игорь Наварский приехал прямиком из онкоцентра.

Онколог назначил ему встречу на семь утра — сразу после ночной смены, ему тоже нужно было на линейку к внукам, и Игорь, конечно, согласился.

Он сидел в машине, глядя, как потихоньку собираются к школе нарядные школьники, топчутся в сторонке взволнованные родители, торопятся по своим делам учителя и возвращался к разговору с врачом снова и снова.

Тот принёс историю болезни Светы, коротко объяснил, что такое меланома, а потом поведал историю, от которой у Игоря встал ком в горле.

— Если бы она два года назад не отказалась от лечения, чтобы выносить ребёнка, возможно, и сейчас всё было бы не настолько печально. Но рост эстрогенов во время беременности спровоцировал повышенный уровень меланина, меланин — рост опухолей, а ребёнка она всё равно потеряла.

— Опухолей? — уточнил Наварский.

— Да, у Светланы злокачественная опухоль, метастазирующая лимфогенным путём почти во все органы, начиная от радужной оболочки глаз и заканчивая ногтевым ложем. Большая удача, что после смерти мужа и потери ребёнка она всё же прошла курс лечения, хотя уговорить её было почти невозможно, но это продлило ей жизнь почти на два года. Сейчас начался рецидив, и процесс стремительно прогрессирует.

— Но неужели ничего нельзя сделать? — выдохнул Наварский. — Что угодно. Какое угодно, хоть самое фантастическое решение. Я слышал, больных лейкозом лечат, заражая краснухой.

— Да, я тоже об этом слышал: о выздоровлении больных лейкозом после перенесённой краснухи, но это скорее совпадение, или исключение из правил, медицинский парадокс, если хотите.

— И всё же, если есть такое решение…

Игорю показалось, врач задумался. Не о том, как бы повежливее ему объяснить, что в данном случае решения нет, а именно о решении.

Он побарабанил пальцами по столу, пожевал губами, посмотрел на часы.

— Оставьте мне свой номер, — сказал он Наварскому, и на этом их разговор был закончен.

Возможно, он взял номер, чтобы побыстрее от Наварского отделаться, и, скорее всего, позвонит, чтобы сказать: сожалею, чудесного способа исцелить эту девушку пока не нашли, но пока человек живёт, надеется.

И хотя Игорь сейчас думал о Свете, надеялся он на встречу с женой. А приехал ради дочери.

И он их увидел.

Лера несла цветы и новый школьный рюкзак, Вероника шла налегке.

Сердце поднялось куда-то к горлу. Игорь даже подумал, если сейчас же не выйдет из машины, оно совсем перекроет ему кислород. И он вышел.

Достал с заднего сиденья букет, что тоже купил, захлопнул дверь.

Первой его заметила жена.

Он видел, как она выпрямила спину, как гордо подняла голову.

Их последний разговор вышел отвратительным. Кажется, даже хуже их первого разговора. Наверняка он очередной раз сказал какую-нибудь фатальную фразу, жена задним умом за него додумала, и на чашу весов его грехов легло ещё и это.

Он знал, что безумную тролльскую логику, когда муж говорит: «Дорогая, ты не права…», а жена: «Я не права? Значит, я лгу? Значит, я брешу? Значит, лаю? Значит, я собака? Мама, он меня сукой обозвал!», никто не отменял.

Какой прогноз у нас сегодня, милая, — порой напевал он жене по утрам, перефразировав известную песню. — С чем ты опять проснулась не в ладу?..

Но с каким настроением она вела ребёнка в школу, не взялся бы и гадать.

Какой прогноз, дожди или туманно,

Не ждёт ли нас нечаянно беда.

Тебя как извержение вулкана

Я предсказать не в силах никогда.

Прогноз был не лучшим. Лера хмурилась и, судя по лицу, что-то выговаривала ребёнку.

А судя по тому, как опустила голову Вероника, она тоже что-то сделала не так.

— Папа! — увидела его младшая и побежала к нему со всех ног.

— Привет! Привет! — обнял он дочь. — Как дела?

— Ну так, — вздохнула она.

— Ты что, плакала? — он приподнял её лицо, заставив на себя посмотреть.

— Немного, — натянуто улыбнулась она.

— Что случилось? — он посмотрел на жену. — Привет!

— Привет! Я не имею к этому отношения, — развела она руками. — Они решили, что уже достаточно взрослые и самостоятельные, и всё могут решить сами. Но пусть сама расскажет, я пойду пока оплачу взносы, а то после линейки там, наверное, будет не протолкнуться.

— Я оплачу, — машинально остановил её Игорь за руку, словно хотел сказать: «Не уходи!».

Может, и хотел, и словно магнитом прилип к её тёплой руке, такой родной, такой знакомой.

Увидел мурашки, что покрыли её нежную кожу. И с трудом, но всё же отпустил.

Лера дёрнула плечиком:

— Ладно, как скажешь, — и осталась.

— Ну, рассказывай, — повернулся он к Веронике.

— Помнишь, я говорила тебе, что у меня греется ноутбук, — сцепила та руки.

— Конечно.

— Я не хотела беспокоить маму, — покосилась она на Леру, но та лишь многозначительно покачала головой и отвернулась, — поэтому попросила Аню, и она сказала, что пойдёт в кино, и заодно занесёт его в ремонт, там же в торговом центре.

— Угу, — кивнул Игорь.

— Она отнесла. Ей сказали, сейчас сделаем, и они пошли в кино. А когда пришли ноутбук забирать, он перестал включаться.

— Как перестал включаться? — нахмурился Наварский.

— Совсем.

— Так, может, он сел?

— Нет, он гудит, но главная страница не появляется, так она мне сказала.

— Это было