Замерзшие (ЛП) - Дженнифер Л. Арментраут

— Ты уверена, малыш? — спросил он своим глубоким и хриплым голосом, таким чертовски сексуальным. — Мы можем остановиться прямо сейчас.

— Я уверена. — Я положила свою руку на его бедро и обернула его ногой, притягивая к себе. — Пожалуйста, Кайлер. Я хочу этого. Пожалуйста.

Кайлер

И это единственное слово сломало меня.

Пожалуйста.

Будто она должна умолять меня сделать это, когда я готов умереть за то, чтобы оказаться внутри нее. Именно я должен ее умолять.

Я наклонился, взял ее дрожащую руку, которую она прижимала к моему сердцу, и поцеловал в центр ее ладони. От того, как она задрожала подо мной, я чуть не кончил. Мой взгляд скользнул вверх, встречаясь с ее. Грудь сдавило. Ее глаза были такими голубыми, что казались нереальными.

Меня наполнило сильнейшей и необузданной похотью. Такой, что я никогда не чувствовал прежде. Мое тело требовало войти в нее, полностью раствориться в ней. Я умирал от желания сделать это, потерять себя в восторге от наслаждения, которое я обязательно почувствую, но я заставил себя замедлиться. У нее это было только один раз, и я не хотел, чтобы ей было больно. Я не хотел быть тем моментом, который не окажется величайшим и идеальным для нее.

Скользнув рукой под ее худенькие бедра, я приподнял ее, пока не коснулся ее входа. Мое сердцебиение ускорилось, а потом и вовсе зашкалило. Она освободила руки и обхватила меня за шею.

Я чертовски потерян.

Захватив ее губы, я скользнул языком в ее теплый ротик, пока медленно входил в нее, и твою ж мать, я чувствовал каждый сантиметр каждого нервного окончания. Восхитительно. Двигаясь в ней, я почувствовал, будто это был мой первый раз. И в некотором смысле именно так и было. Я никогда не занимался сексом вот так — лицом к лицу. Я чувствовал себя чертовым девственником. Даже не думал, что когда-нибудь почувствую подобное, но это произошло. Мое тело тряслось от усилия, которое требовалось, чтоб удержаться от полного погружения в нее и от всех моих ощущений и эмоций. Оторвавшись от ее губ, я протолкнулся глубже. Она была невероятно тугой. Каждый сантиметр ощущался чертовски чудесно прекрасным. Наверное, прошла вечность, прежде чем я целиком и полностью вошел в нее. Заполненная мною. Полностью. Мои бедра дернулись, и я застонал от острых ощущений, которые пронзили мое тело.

Сид всхлипнула, и я замер, а мое сердце подскочило.

— Тебе больно?

— Нет, — прошептала она, ее глаза такие яркие и так широко открыты. — Это потому что ты ... — Сладкий румянец покрыл ее щечки, и черт бы побрал все мои чувства. — Ты большой и у меня не было...

Я сдержал улыбку и прилив тупой гордости.

— Я знаю. — Я погладил пальцем ее подбородок. — Через несколько мгновений ты привыкнешь к нему.

Она кивнула и улыбнулась, но оттенок ее глаз был слишком ясным, слишком четким. Она была влажной и теплой, но тело было напряжено. Дерьмо. Она не наслаждается этим. Не так сильно, как я.

Полный решимости исправить это, я, стараясь не двигать бедрами, наклонился, чтоб нежно поцеловать ее. Сид поцеловала меня в ответ, но я чувствовал, как она все еще дрожит подо мной. Я сдержал проклятья, понимая, что мне нужно двигаться еще медленней.

Я скользнул рукой между нами, двигая ею вдоль хрупкой линии ключицы и потом вниз к округлости ее груди. Обхватив ее, я погладил пальцем ее сосок. Он сразу затвердел, и это было хорошим знаком. Ее реакция посылала в мое тело немедленную невероятную пульсацию.

Углубив поцелуй, я все еще оставался внутри нее, позволяя ей самой сделать следующий шаг. И она его сделала. Ее бедра дернулись, сначала совсем чуть-чуть, но я почувствовал это как ударную волну. Переместив голову, я взял в рот ее розовый сосочек и всосал его. Ее бедра дернулись еще раз, и я поднял голову, сжав зубы. Ее пальцы скручивались на моих волосах, а взгляд начал затуманиваться, она обернула меня ногами в молчаливой просьбе. Ее бедра снова приподнялись, и я испустил резкий вздох. Сид застонала, и моя кровь буквально закипела.

Теперь, когда я получил чертовски понятный знак, мне нужно было еще раз удостовериться.

— Ты в порядке? — спросил я, едва узнавая свой собственный голос.

Она обняла меня за шею.

— Да. Теперь... теперь уже лучше.

— Лучше? — Мои губы дрогнули в полуулыбке. — Мы можем сделать лучше, чем «лучше».

— Мы можем? — спросила она задыхаясь.

— Ухумм, — пробормотал я, раздвигая ее ноги и оборачивая одной мое бедро. Ее вздох удовольствия был именно тем, что мне нужно было услышать. — Как насчет этого? — Я поцеловал ее и медленно вышел из нее, а потом снова вошел. Она вздрогнула, когда я наполовину вышел. — И этого? — спросил я.

Ее глаза были открыты только наполовину.

— Это... Это хорошо. Это... ох… — Потом ее глаза закрылись, и она толкнулась ко мне бедрами, чтоб я снова полностью вошел в нее. — Ох... ого.

— Ага, — хмыкнул я. — Ого.

Сид снова толкнулась ко мне, и я уперся руками в подушку за ее головой. Я позволил ей задать темп, и дорогой Бог, когда у нее получилось и она крепче обернула вокруг меня свои невероятные ножки, моя сдержанность полетела ко всем чертям. Я глубоко входил в нее, снова и снова. Ее тихие стоны возрастали вместе с увеличением темпа моих толчков. Я начал двигаться быстрее, касаясь своими бедрами ее, и, слегка приподняв ее, вошел еще глубже. Она начала дергаться сильнее, и я просто обезумел, когда она начала выкрикивать мое имя, а ее мышцы стали туже сжимать мой член, посылая чувствительные волны. Я не смог сдержаться. Больше нет. Еще два толчка, и я зарылся лицом в ее шею и плюхнулся на нее, кончая.

Мой член пульсировал в ней, пока я изливал из себя все свое семя. Просто ад. Я наконец добрался до этого момента, который прежде был для меня недостижимым. Секс имеет значение... ох… святые небеса, он имеет значение, когда он с человеком, который что-то значит для тебя.

С Сидни он имел значение.

Глава 17

Сидни

Мое тело болело во всех правильных местах, но боль ощущалась совсем, совсем по-другому. Боже, теперь я понимаю, почему люди так сходят с ума от секса. То, что мы сделали, было удивительным. Я не была настолько наивной, что не знала, что это не всегда может быть таким потрясающим, но такой секс у меня был впервые, никогда я так не кончала или чувствовала себя настолько — Боже, не могу поверить, что думаю об этом так — переполненной и целостной.

Никогда не думала, что секс может так ощущаться.

Мой пульс приходил в норму, казалось, вечность, и я знала, что у Кайлера так же, потому что когда он вышел из меня и перевернулся на спину, то притянул меня к себе. Я полулежала на нем, одной рукой и ногой обнимая его, а щекой прижималась к его сердцу. Так мы и лежали, он медленно поглаживал мою спину. Я прижалась к нему еще ближе, насколько это было возможно, намного ближе, чем когда-либо была к нему.