Элен и ребята 3. Часть первая - Луи Бардо

— Я разговаривала с отцом по телефону вчера вечером, — Элен повернулась к Лоли, — и мне показалось, что он нездоров. Это не так?

Подруга нахмурилась и тяжело вздохнула.

— Ты угадала, — призналась она. — Доктор прописал месье Леруа покой и постельный режим.

— И поэтому он не приехал на вокзал, — Элен закусила губу, чтобы не разрыдаться. — Бедный папа... Он ведь не виноват, что у него такая глупая дочь.

— У него мужественная дочь, — поправила подругу Лоли. — И не казни себя за то, что у твоего отца ухудшилось здоровье. Каждый мог оказаться на твоем месте. Этот Жюльен, или как там его, оказался авантюристом высшего класса.

— Он признался мне, что готовился к этому преступлению больше года.

— Да, я знаю, — кивнула Лоли. — Арестовали его сообщницу, некую Мишель Фарго. Именно она и рассказала полиции о том, из-за чего погиб Майкл... Оказывается, эта неразлучная парочка, Мишель и Жюльен, подсыпали Майклу в бокал двойную дозу лекарства против аллергии, которое вызывает сонливость. Вот он и заснул за рулем.

Элен опустила лицо в ладони и вжалась в мягкое сиденье. Уна пыталась оставаться спокойной, но это давалось ей с огромным трудом.

— Элен, не надо плакать, — тихо попросила Лоли. — Майкла все равно не вернешь, а Жюльен наказан по заслугам. Вот только жаль Якоба...

Казалось, Лоли сама вот-вот разрыдается. Элен протянула ей свой носовой платок, и подруга, признательно улыбнувшись, взяла его.

— Спасибо, — поблагодарила она. — Жаль, что ты так и не познакомилась с Якобом. Он был замечательным детективом и классным парнем.

Элен только покачала головой и ничего не ответила. Ей было стыдно, больно и неприятно вспоминать о той злополучной неделе, проведенной на острове.

«Во всем виновата моя дурацкая самостоятельность и нежелание прислушиваться к мнению кого бы то ни было, — решила девушка. — Если бы я хоть одно мгновение посмотрела на Жюльена трезвым взглядом, то...»

Мысли Элен прервал радостный голос Лоли. Она несколько раз нажала на гудок и сообщила:

— Уже почти приехали!

— Вижу, — кивнула Элен и почувствовала, как в груди нарастает волна нежности.

Ей не терпелось увидеть родителей и, как в детстве, крепко обнять их. Не успела подруга остановить автомобиль, как Элен выскочила из машины и побежала по дорожке к дому. Распахнув дверь, бросилась на шею матери, стоящей в холле. Мадам Леруа крепко поцеловала дочь и, прижав к груди, спросила:

— Как ты себя чувствуешь?

— Мама, как хорошо, что я снова с вами...

С восторгом оглядев знакомый интерьер, Элен подошла к роялю и, открыв крышку, провела пальцами по клавишам.

— Как отец? — осторожно спросила она.

— Он так переволновался, что я дала ему снотворное, — мадам Леруа устало улыбнулась. — Думаю, как только Жан увидит тебя, то сразу же забудет обо всех своих болезнях.

— А кто это утверждает, что я болен?! — послышался сверху знакомый голос.

Элен подняла голову и, увидев на верхней ступеньке отца, бросилась к нему. Месье Леруа крепко обнял дочь и поцеловал ее в макушку. Только сейчас Элен поняла, что все кошмары позади, и почувствовала себя легко и свободно.

Спустя полчаса вся семья сидела за огромным столом, за которым вполне могло поместиться двадцать человек. Новая горничная разливала чай, бросая любопытные взгляды на Элен. Горничная, как и все парижане, тоже читала газеты и была в курсе истории с похищением. Она ждала, что молодая хозяйка начнет вспоминать о своих приключениях, и она узнает многие подробности, до которых так и не удалось докопаться журналистам. Однако семейство Леруа молча пило чай и болтало о всякой чепухе. Лишь когда новая горничная вышла из столовой, месье Леруа сказал:

— Арестовали Мишель Фарго. Кристоф сказал, что она была женой Жюльена.

Элен опустила глаза и вздохнула.

— Я хочу что-нибудь сделать для семьи Якоба, — продолжил отец. — Он действительно нам помог.

— Я знаю, — кивнула Элен.

Мадам Леруа слегка поморщилась и перевела разговор на другую тему.

— Какао? — предложила она, повернувшись к дочери.

— Да, с молоком.

В столовой вновь воцарилась тишина, которую нарушало лишь позвякивание ложек о чашки.

— Не уходи больше от нас, — вдруг сказал отец. — Нам тебя очень не хватало.

— Я тоже скучала по вас... — Элен едва сдерживала слезы. — Папа, мама, я люблю вас.