Павшая луна: комплект из 2 книг - Джим Чайковски

– Что с Никс?

– Пусть она и выжила после яда летучей мыши, но, если мы сейчас не сбежим отсюда и не освободим это существо, она не доживет до рассвета!

У принца в голове все смешалось. «Опять эта девчонка!» Ему вспомнились предположения Фрелля относительно ее прошлого, о том, что она, возможно, приходится родственницей принцу. «Проклятие, она что, приходится сестрой всем?»

Услышав слова алхимика, Бастан мгновенно развернулся, схватил буйвола за узду и потащил прочь от костров к ступеням, ведущим вниз. Телега накренилась на своих окованных железом колесах, и принцу пришлось ухватиться за козлы, чтобы не вывалиться из нее.

Собравшиеся начали оборачиваться. Хотя внимание большинства по-прежнему оставалось приковано к тому, что происходило с противоположной стороны костров, те, кто стоял ближе, оглянулись на телегу. Некоторые из этих лиц были выкрашены в алый цвет. Руки легли на рукоятки мечей, потянулись за висящими за спиной арбалетами.

– Поторопи это косматое чудовище! – прошипел с козел Канте.

Бастан потянул за узду сильнее.

Всего в нескольких шагах от них еще двое пристально смотрели на телегу. Несмотря на то что дождь прекратился, Исповедник Витхаас по-прежнему стоял под балдахином, который держал его здоровенный гюн. Глаза праведника превратились в узкие щелочки. Однако он не поднимал тревоги. Он мог бы запросто отправить своего верзилу преградить телеге путь, даже повалить буйвола могучим ударом своего каменного кулака. Но Витхаас лишь молча наблюдал за происходящим.

«Как много удалось подслушать этому костлявому проходимцу?»

Телега наконец полностью развернулась, и буйвол двинулся к ступеням.

– Быстрее! – поторапливал Бастана Канте.

Тот потянул узду, однако Ворчун заупрямился при виде долгого спуска вниз.

«Не могу винить беднягу».

И все же…

– Если нужно, огрей его кнутом! – махнул Бастану принц. – Нам надо шевелиться!

Житель болот нахмурился так, словно Канте предложил ему поднять руку на родную мать. Вместо этого он крепче схватил узду и потянул, упираясь ногами в землю. Буйвол сделал то же самое своими трехпалыми копытами.

Глядя на это упрямое противостояние, принц в сердцах выругался.

– Ну же, Ворчун, пошли! – Бастан побагровел от напряжения. – Никси нужна наша помощь!

Упоминание имени девушки заставило буйвола переставить вперед одну ногу, затем другую. Повозка тронулась с места – но слишком медленно. Канте оглянулся на толпу, собравшуюся на девятой террасе. Все взгляды были обращены на них. Несколько вирлианских гвардейцев уже двинулись в их сторону.

Выругавшись, принц перебрался в задок телеги. Ему нужно было выиграть еще несколько мгновений. Когда он пролезал мимо клетки, оттуда раздалось злобное шипение плененного зверя.

– Я стараюсь спасти твою волосатую задницу! – проворчал Канте.

Добравшись до задка телеги, принц выпрямился во весь рост, закрывая собой накрытую клетку, и поднял руки вверх. Раздались гневные крики.

– Эй вы, бездельники, остановите же телегу! – раздраженно заорал верховный градоначальник.

Рыцари обнажили мечи.

У Канте вдруг возникли сомнения относительно непроницаемого щита его статуса принца крови. Эти сомнения еще больше усилились после свиста арбалетных стрел. Одна ободрала ему ухо, другая оставила огненную полосу на левом бедре.

Пригнувшись, принц полез обратно в передок телеги.

– Теперь или никогда! – крикнул он. Все происходило слишком медленно.

Канте наткнулся за пригнувшегося за клеткой Фрелля – однако алхимик не прятался. Он распутывал тугой узел, рядом болталась другая веревка, развязанная.

«Что он делает?»

Выпрямившись, Фрелль сдернул отвязанный кусок кожи, накрывавший клетку, и отпрянул назад. Летучая мышь набросилась на прутья, щелкая зубами и плюясь ядом. Алхимик увлек Канте к передку телеги.

– Что вы сделали?.. – выдавил принц.

Летучая мышь закричала – этот пронзительный крик ударил ему в лицо порывом ветра. Но не один Канте услышал его. Повозка рванула вперед, отшвырнув Фрелля и принца на прутья решетки. Старый буйвол вдруг понял, кто прятался в телеге, и поспешил спастись бегством от него.

Ревя от ужаса, косматый гигант понесся к ступеням.

– Держитесь! – заорал Канте, обвивая рукой козлы.

Алхимик последовал его примеру.

Поверх могучей спины буйвола Канте смотрел, как Ворчун добежал до верхней ступени и с разбега прыгнул вперед. Бастану каким-то чудом удалось удержаться за узду; ухватившись за нее, он запрыгнул буйволу на спину.

И в самое время.

Спрыгнув на лестницу, Ворчун ловко приземлился на все четыре ноги. Телега последовала за ним, высоко задирая зад. Какое-то мгновение она висела так – затем рухнула на ступень с таким ударом, что у Канте заболели зубы. Где-то сзади лопнул ремень, и клетка сползла вперед под злобное шипение сидящей внутри летучей мыши.

Подпрыгивая на каменных ступенях, телега с грохотом понеслась вниз на восьмую террасу. Ей вдогонку полетели стрелы. Рассекая воздух, железные посланцы смерти врывались в деревянную клетку. Несколько из них, судя по всему, попали в плененное животное. Крик летучей мыши стал таким пронзительным, что, казалось, вот-вот должны были лопнуть барабанные перепонки. Он явно побудил буйвола бежать еще быстрее.

Впереди на лестнице показался отряд рыцарей в сияющих доспехах, привлеченных шумом. Поднявшись во весь рост, Канте замахал им рукой.

– Уходите с дороги! – заорал он.

Ворчун подкрепил его слова громким испуганным ревом.

Повинуясь им, рыцари рассыпались в стороны. Позади раздались новые крики. Оглянувшись назад, Канте увидел рыцарей с алыми лицами, бегущих вниз по лестнице. Ведомые Анскаром, чье лицо раскраснелось еще больше, рыцари неслись, перепрыгивая через несколько ступеней.

Добравшись до восьмой террасы, буйвол и телега вылетели на нее, высекая снопы искр окованными железом колесами. Несколько спиц сломалось, но телега с грохотом неслась к следующей лестнице, ведущей вниз.

Вирлианские рыцари продолжали преследование, стадом горных баранов прыгая по ступеням. Анскар вместе с двумя своими лучшими людьми бежал впереди. Он что-то крикнул им, но его слова потонули в грохоте. Не замедляя бега, двое рыцарей сняли с плеч мотки веревок с крючьями на конце.

«Проклятие!»

Канте повернулся вперед, оценивая расстояние до следующей лестницы.

«Можем еще успеть…»

Но тут у телеги отлетело заднее левое колесо. Разбрызгивая искры, оно покатилось вперед, словно спеша бежать от телеги. Тем не менее телега неслась вперед, удерживая равновесие на трех оставшихся колесах.

«Но надолго ли»

Добежав до конца террасы, буйвол устремился вниз по следующей лестнице. Телега последовала за ним, судорожно раскачиваясь на единственном уцелевшем заднем колесе. Лопнули новые ремни – и вся клетка сползла на Канте и Фрелля. Летучая мышь завывала за прутьями, ожесточенно клацая зубами.

Усевшись в телеге, Канте вжался спиной в козлы и поймал клетку ногами, упираясь в прутья из железного дерева. Однако вес клетки был слишком большим. Фрелль попытался помочь ему, ухватившись за прутья.

– Не смейте! – выдохнул принц, испугавшись, что его наставник лишится пальцев, если не всей руки. – Я один справлюсь!

Но он не справился.

Мышцы не выдержали, и клетка повалилась на них с алхимиком. Одна его нога проскользнула между прутьями. Клетка рухнула, придавив их. Летучая мышь плюнула ядовитой слюной принцу в лицо. Острые когти разорвали ему штаны и вцепились в бедро.

«Значит, вот как я умру».

Такого драматичного конца Канте никогда себе не представлял.

Но тут телега подскочила, и клетка подлетела высоко вверх – освобождая ногу. У него на глазах клетка сорвалась с телеги.

Поднявшись на четвереньки, принц попытался понять это чудо.

Оставшись наверху лестницы, двое людей Анскара закрепили концы своих веревок вокруг каменных изваяний по обеим сторонам от ступеней. Веревки протянулись к клетке, крепко вцепившись в ее прутья железными крюками. Перевернувшись в воздухе, клетка рухнула на землю, открывшись от удара.

Судя по всему, Анскар был готов к этому. Он бросился вниз по ступеням, бросая большую сеть. Расправившись в воздухе, сеть накрыла обломки клетки и заточенного в ней пленника. Летучая мышь забилась, стараясь вырваться. Своими крыльями она сломала еще несколько прутьев; ее когти разорвали в клочья кожаные ремни. Наконец ей удалось высунуть голову. Отчаянно дергаясь, животное вытянуло шею в отчаянном вое, словно терпящий кораблекрушение моряк, цепляющийся