Моё сердце в тебе бьётся - Даша Коэн

И вот теперь, сделав все важные дела, я мчал в свою квартиру, где меня ждала Алёнка. Почти ожившая мечта, если так посмотреть! И чхать я хотел, что все это вынужденно! Главное, она там, а дальше хоть трава не расти.

Снова взвалил на себя неожиданно тяжелые сумки и попер в сторону лифта, поднялся на этаж и вставил ключ в замочную скважину. Провернул, открыл дверь и чуть в голос не застонал.

Кто-то бы сказал, что в помещении просто пахло борщом и блинчиками. Но для меня это был слишком сладкий запах всех моих надежд. Один раз прочувствовать как это бывает – уже за гранью. И я, черт возьми, просто захлопнул дверь, привалился к полотну и принялся жадно хапать воздух, запоминая навсегда, как должен пахнуть дом, в котором меня ждет моя Алёна.

- А что ты тут делаешь? – услышал я свой собственный голос и открыл глаза.

Она стояла растерянная и хлопала глазами, будто бы увидела приведение. Картинка мечты засбоила и пошла жуткими трещинами, а потом и разбилась на мелкие осколки. Но так было всегда и мне не привыкать. Криво улыбнулся и пожал плечами.

- Я тут живу, Княжина.

- Но…ты же сказал, что будешь жить в общежитии! Погоди, мы так не договаривались! Я не хочу существовать с тобой под одной крышей. Ясно? – и в груди от ее слов привычно заныло. Отмахнулся от боли, как от назойливой мухи и непринужденно выдал.

- Ну, а я не собираюсь ютиться в общажном клоповнике. Поняла? Общие душевые, туалет на бокс, постирочная хрен пойми где. Про загаженную кухню и скрипучую койку я вообще молчу. Так что, в задницу это все! У меня есть вот эта миленькая квартирка, а тебе, если что-то не нравится, то дверь вон там.

- Соболевский, ты…ты просто отвратительный, мерзкий, подлый…

- Тараканище? – подсказал я услужливо, хотя в вены от одного этого слова поступила убойная доза яда.

- Именно! – яростно тыкнула она в меня указательным пальцем.

- Что ж, спасибо за комплимент, я очень польщен. Но жить я все равно буду здесь. Тем более ты сама вопила как резаная еще пару часов назад, что я вдали от тебя посмею разглядывать все твои сомнительные прелести, – подбил я итог.

- И ничего они не сомнительные! – вспыхнула эта фурия.

- Ну, тут уж, извини, не могу поверить тебе на слово, – хохотнул я, а потом разулся и двинул прямиком на кухню, где так аппетитно пах тот самый борщ.

Открыл крышку и захлебнулся от восторга!

- Алён, а мне можно? – спросил я и сглотнул слюну.

- Нельзя! Я не для тебя его варила!

- Но тогда твое тело помрет с голоду. Ведь я с самого утра ничего не ел, – и театрально приложил руку ко лбу, изображая максимально изможденный вид.

- Ладно, ешь, черт тебя дери!

Снизошла, королевишна!

Но спорить не стал, а тут же достал тарелку и навалил себе от души. Рубанул хлеба, прихватил из холодильника сметану, горчицу и еще парочку блинчиков со сковороды. А потом оголтело начал все это добро в себя закидывать, закатывая глаза от наслаждения.

Господи, Боже ты мой, Княжина готовила как богиня, отвечаю!

Вот только съесть я эту всю пищу богов не смог. Тормознулся где-то на трети тарелки, а потом удрученно посмотрел на нетронутые блинчики. Ну какого черта?

- Капец, Алёнка, прости, что не доел, но я сыт под завязку. Больше просто не поместится.

- Зато я теперь жру как не в себя, – возмущённо выдохнула девчонка, а я улыбнулся, прикрывая глаза и представляя, что это она настоящая сидит передо мной, а не будучи в моем теле. Как было бы здорово, но увы…

- Спасибо, это был лучший борщ в моей жизни, – честно признался я и блаженно вздохнул.

- Спасибки мне от тебя не нужны, – потянула Княжина и прищурилась.

- А что нужно?

- Соболевский, ну ты бы все-таки свалил в общежитие, а? Или квартиру бы себе какую снял, пока все не образуется. Да и спальня у тебя всего одна.

Улыбнулся своим мыслям, а потом без стеснения и угрызений совести выдал ей:

- Правильно, Алёнка, спальня у меня одна и спать я буду именно там.

- Что? – вспыхнула девчонка, а я только про себя добавил «и ты тоже».

24.1

POV Никита

- А что такое? Это моя квартира, моя кровать, будет совершенно справедливо, если я лягу там, где привык. Не находишь? – состряпал непринужденный вид, а сам аж весь завибрировал, в ожидании новой словесной стычки с ней.

- Да что уж там, нахожу. Ты мне только выдели, что на диване постелить, – мстительно процедила Княжина и я еще шире улыбнулся.

- Да без проблем, – встал и двинул в сторону предполагаемого места ее ночевки, а потом тормознул и сдал чутка назад, где на журнальном столике стоял мой ноутбук.

Вгляделся в картинку и ошарашенно приподнял брови.

- Вот у меня вопрос насущный. Княжина, ты часом не офигела ли? – и обвинительно ткнул в монитор, где красовалась мужская шотландская юбка.

Но эта наглая девчонка даже не покраснела и не смутилась.

- Ничего не знаю, Соболевский. Буду ходить так, как посчитаю нужным. Ты мне жизнь, начиная с детского сада, отравлял. Теперь моя очередь, – воинственно сложила руки на груди.

- Да щас! – осклабился я.

- Попробуй меня остановить?

Ну надо же, обросла мускулами, вкус жизни почувствовала, да? Сейчас мы девочке крылышки немного обрежем.

- Алёна, я предупрежу тебя всего один раз. Услышишь – хорошо. Не услышишь – плохо. Но, если мое тело где-то сверкнет по Москве вот в этом клетчатом непотребстве, то я тебе обещаю, что уже на следующий день ты будешь зажигать в институте в костюме городской сумасшедшей, напевая матерные песни «Ленинграда». Усекла?

Конечно, я блефовал, но оно того стоило. Дай ей волю и начнется форменная вакханалия. Она меня реально ненавидит, так что на тормозах спускать все это никак нельзя. В мои планы вот эти все выкрутасы уж точно не входили.

- Я тебе вопрос задал, Алёна!

- Усекла, – процедила мстительно и отвернулась, а я принялся доставать из диванного отсека запасную подушку, одеяло и постельное белье.

И пока девчонка стелила себе насест, я подхватил сумки с ее одеждой