Мафия в США - Роберт Иванов

В декабря 1975 г. Джуди Экснер, которой был тогда 41 год, в сопровождении своего второго мужа, профессионального игрока в гольф 29-летнего Дана Экснера появилась в зале для пресс-конференций, где собралось огромное число журналистов. Экснер зачитала текст своего заявления: «Со всей категоричностью я утверждаю, что мои отношения с Д. Кеннеди имели близкий личный характер, и в них не было ничего заговорщического. Мои отношения с Сэмом Джанкана и моя дружба с Джоном Раселли носили личный характер и никоим образом не были связаны и не влияли на отношения с Д. Кеннеди. Я ни с кем не обсуждала этих отношений».

Бывшие помощники президента Кеннет О'Доннел (Kenneth O'Donnel) и Эвелин Линкольн поспешили заявить, что Кеннеди и Джуди Экснер вообще не были знакомы. Это заявление вызвало настороженность, так как по регистрационным журналам Белого дома было очевидно, что между ними состоялось около 70 телефонных разговоров.

Прошло много лет, и в феврале 1988 г. Джуди Экснер заговорила вновь. Она дала интервью журналу «Пипл», которое стало настоящей сенсацией. Джуди 54 года. В августе 1987 г. ей удалили пораженное раком легкое. «Я неизлечима, — заявила Экснер. — Мой врач считает, что я проживу еще около трех лет. И я хочу привести в порядок мою жизнь, чтобы мирно умереть. Вот почему я должна рассказать теперь всю правду».

Джуди долго и в деталях рассказывала о своих любовных связях с Ф. Синатрой, С. Джанканой и Д. Кеннеди, о подарках, которые она получала, о своем карандашном рисунке Джона Кеннеди, воспроизведенном на страницах журнала, который так нравился президенту, но главное ждало журналистов, когда она начала повествовать о связях между мафией и Д. Кеннеди.

«Я лгала, — заявила Экснер, — когда утверждала, что президент не знал о моих отношениях с Джанканой и Раселли. Ему было известно все, так как я встречалась с ними по его просьбе». Экснер рассказала, что на протяжении 18 месяцев в 1960–1961 гг. она была связной между мафией и Д. Кеннеди. С ее помощью было организовано около десяти встреч между Д. Кеннеди и С. Джанканой, в том числе и в Белом доме.

По свидетельству Экснер, Д. Кеннеди с помощью С. Джанканы выиграл первичные выборы в Западной Вирджинии и в Иллинойсе. Мафия финансировала эти кампании Д. Кеннеди. Экснер отмечала, что в тех случаях, когда она присутствовала при встречах Джанканы с Д. Кеннеди, она обратила внимание на доверительный характер их отношений. Джанкана «называл его Джеки, а не мистер президент». Аналогичные отношения были у президента и с Ф. Синатрой, «Они, — вспоминала Экснер, — похоже взаимно восхищались друг другом. Фрэнк трепетал от сознания власти, которой обладал Джек (Д. Кеннеди. — Р. И., Джон Фицджеральд «Джек» Кеннеди — SeNS) как президент, а Джека гипнотизировала жизнь Синатры, ее размах».

Экснер заявила во время интервью, что она никогда не интересовалась содержимым пакетов, которыми с ее помощью обменивались Д. Кеннеди и мафиози. После публикации в 1975 г. материалов сенатского комитета, расследовавшего деятельность ЦРУ, она разобралась в сути контактов между президентом и лидерами мафии. «В конце концов эти публикации помогли мне понять, что я, очевидно, помогала Джеку оркестрировать с помощью мафии подготовку покушения на Фиделя Кастро».

ФБР, следившая за мафией, выявила связи Экснер с ее главарями. Экснер с тревогой проинформировала президента Кеннеди о том, что за ней установлено постоянное наблюдение.

Президент успокоил ее: «Не волнуйся. Они ничего не сделают тебе. И не беспокойся о Сэме (Джанкана. — Л И.). Знай, что он работает на нас». Экснер отмечала, что Д. Кеннеди ненавидел директора ФБР Э. Гувера и называл его «тошнотворной сволочью».

Экснер задали много вопросов на пресс-конференции. И в первую очередь ее спросили, почему в 1975 г. она лгала и на заседании специального сенатского комитета, и на пресс-конференции для журналистов. Экснер ответила: «Раньше я лгала, чтобы защитить себя. Если бы я сказала правду, меня бы убили. Я хранила свой секрет из-за чувства страха».

Ответ был вполне правдоподобен. Накануне вызова на заседание специального комитета сената С. Джанкана был убит в своем бронированном доме на окраине Чикаго семью выстрелами в упор, несмотря на то, что находился под надзором полиции.

Убийца не был найден. Джон Раселли успел дать показания о роли ЦРУ в подготовке убийства Ф. Кастро. Спустя год после этого его труп, запечатанный в бочку, был выловлен в море возле Майами.

Экснер рассказала, что все эти годы она жила под страхом смерти. «Страх парализовал меня. Ложась спать, я клала пистолет под подушку. Я не рискнула рассказать кому-либо, кроме Дана (мужа. — Р. И.), что я была связной мафии».

Выступление Джуди Экснер прозвучало как настоящая исповедь. «Я, — сказала Экснер в заключение интервью, — хотела быть честной до конца. Не думаю, что я имела право умереть, унеся с собой правду о том, что я делала для Джека Кеннеди и что делал он, имея власть президента. Я чувствую, что наконец я свободна от прошлого».

Сенсационное сообщение, в котором многое похоже на правду.

Но невольно возникает ряд вопросов и самый главный из них — почему, сотрудничая с мафией, Д. Кеннеди всемерно поддерживал борьбу своего брата Роберта как министра юстиции с организованной преступностью. На мой взгляд, на этот вопрос есть обоснованный ответ. Описанные в интервью Экснер события имели место в начальный период пребывания Д. Кеннеди в Белом доме. В высших эшелонах власти нередко бывает такое положение, что, использовав помощь определенных сил для прихода к власти, ее носитель стремится не только отмежеваться от этих сил, но и убрать нежелательных свидетелей неприглядных обстоятельств своего продвижения к власти.

Д. Кеннеди вскоре после прихода к власти порвал отношения с тем же Ф. Синатрой, который сделал так много для его прихода в Белый дом. Законы уголовного мира беспощадно карают за такую черную неблагодарность. Может быть, в этом и заключается одна из причин, почему мафия приняла столь активное участие в уничтожении Д. Кеннеди.

Три «убийства века» — президента Джона Кеннеди, Мартина Лютера Кинга, Роберта Кеннеди, серия покушений на премьер-министра Кубы Фиделя Кастро, неопровержимо свидетельствуют о том, что мафия стала социально опасным явлением.

Не является исторической случайностью, что во всех этих убийствах пусть пунктиром, но довольно четким просматривается зловещий союз мафии и американских спецслужб, в первую очередь ЦРУ.

Мощный водоворот выносит на поверхность грязь и мусор. Годы после окончания второй мировой войны — это беспрерывный водоворот в политической жизни США и именно в этот период стали особенно очевидны теснейшие связи мафии с руководящими политическими деятелями страны.

И вновь четко прослеживается десятилетиями устанавливавшаяся закономерность: мафия идет на политические контакты с самыми реакционными представителями власть имущих кругов страны. Сенатор Б. Голдуотер, стоящий на крайне правом фланге политического истеблишмента США, своим многолетним пребыванием в высшем законодательном органе страны обязан тесной дружбе с мафией.

Политическая карьера сенатора Барри Голдуотера — одно из убедительных свидетельств тесных связей мафии с политическим истеблишментом. В годы войны Голдуотер служил в ВВС США. В период «холодной войны» этот владелец ранчо в Аризоне нашел свое призвание в политической деятельности. Махровый антисоветизм, новая «охота на ведьм» в годы маккартизма, погромы левых организаций — все это находило полную поддержку со стороны сенатора-республиканца от Аризоны.

В накаленной политической атмосфере, созданной убийством в ноябре 1963 г. президента Д. Кеннеди, республиканская партия выдвинула своим кандидатом в президенты Барри Голдуотера, представлявшего интересы крайне правого крыла партии.

Резко консервативная позиция кандидата республиканцев в вопросах и внутренней, и внешней политики дополнялась жесточайшим индивидуализмом, возведением в абсолют принципа частной собственности. В ходе избирательной кампании 1964 г. Б. Голдуотер не уставал повторять, что все свои надежды он связывает с этим священным принципом. «В укреплении частной собственности, — заявлял кандидат республиканцев, — мы усматриваем настоящую и постоянно действующую гарантию сохранения конституционного правления в свободном обществе».

К середине 60-х годов преступность стала одной из важнейших проблем общества. Пройти мимо этой проблемы не мог ни один из кандидатов в президенты, в том числе и Барри Голдуотер. Он совершил хорошо продуманный отвлекающий маневр, «эффектно поставив в избирательной кампании 1964 г. вопрос о " преступности на улицах".

Ратуя за традиционные принципы американизма, Барри Голдуотер скромно умалчивал о своих тесных контактах с мафией.