Правила охоты - Джон Сэндфорд

Шорт взглянул на него, его глаза покраснели, по щекам текли слезы.

— Убирайся отсюда, подонок.

— Если ты сказал неправду и это не Спарки, то я вернусь, — пообещал Лукас и улыбнулся на прощание. — Ну, будь здоров.

Когда он вышел на улицу, тело уже выносили. Кругом ослепительно сияли телевизионные прожектора. Полицейские из отдела по борьбе с проституцией маленькой группкой стояли на тротуаре и наблюдали за происходящим. Лукас подошел к ним.

— Ну как, рассказал тебе что-нибудь твой старый приятель?

— Она работала на Джефферсона Спаркса, — ответил Лукас.

— Спарки! — воскликнул один из полицейских. — Кажется, я знаю, где он живет.

— Его надо взять, — сказал Лукас. — За приставание к прохожим на улице или за что-нибудь еще. Мы побеседуем с ним завтра утром.

— О'кей.

Андерсон беседовал с судебно-медицинским экспертом. Закончив разговор, он, покачивая головой, подошел к Дэвенпорту.

— Ничего? — спросил Лукас.

— Ни единой зацепки.

— Вы уже опросили соседей? Может быть, кто-нибудь что-то видел?

— Наши работают по всей округе. Но до утра вряд ли что-либо будет известно.

— Мы установили имя ее сутенера, — сказал Лукас. — Отдел по борьбе с проституцией занимается его розыском. Возможно, завтра он будет у нас.

— Надеюсь, это нам что-нибудь даст, — проговорил Андерсон. — Мы никак не можем сдвинуться с места.

Лукас с полчаса поработал над своей игрой, редактируя сценарий. Это была самая неприятная часть работы. Но после убийства Хизер Браун он никак не мог сосредоточиться.

В два часа ночи Лукас наконец закончил, съел чашку клубничного йогурта, проверил, заперты ли двери, и выключил свет. Он уже минут десять лежал в кровати, когда у дверей раздался звонок. Потихоньку выбравшись из постели, Лукас на цыпочках прошел в комнату, из окна которой был виден фасад дома и входная дверь.

Когда он выглянул, звонок зазвенел еще раз. В свете уличных фонарей стояла Энни Макгаун, она была одна и немного смущена. Лукас присел, прижавшись спиной к стене, и уставился в темноту комнаты. Дженнифер беременна. Карла ждала его в загородном домике. Лукас любил женщин, новых женщин, разных женщин. Он любил с ними разговаривать, присылать им цветы, быть рядом. Энни Макгаун была потрясающей женщиной, с лицом Елены Прекрасной и изящным, крепким телом.

И, кроме того, она была глупа как пень. Лукас думал об этом, пощипывая переносицу.

Энни Макгаун все еще ждала на улице, но через минуту-другую она повернулась и пошла к своей машине. Лукас поднялся на ноги и посмотрел в щелку между шторой и стеной. Она открыла дверцу машины, заколебалась, снова посмотрела на дом. Его рука уже лежала на ручке окна, и ему потребовалось бы только одно мгновение, чтобы открыть его и позвать ее, пока она еще не уехала. Но он не двигался. Она села за руль, захлопнула дверь и выехала на проезжую часть.

Еще через мгновение ее уже не было. Лукас медленно прошел в спальню, лег и постарался заснуть.

Перед глазами стояла Энни...

15

Дверь кабинета Лукаса Дэвенпорта была открыта. Полицейский из отдела по борьбе с проституцией неторопливо вошел и плюхнулся на свободный стул.

— Спарки исчез, — сказал он.

— Черт. Все не слава богу, — проговорил Лукас.

— Мы нашли его обиталище на Дюпон-стрит, но он улизнул вчера ночью. Парень, который живет этажом выше, сказал, что Спарки пришел домой около полуночи, покидал свои шмотки в машину и отбыл с одной из своих дамочек. Этот парень говорит, что было не похоже, чтобы он собирался вернуться.

— Он знал про Браун, — произнес Лукас, откидываясь назад и задирая ноги на стол.

— Да. Похоже.

— Так что теперь?

Полицейский пожал плечами.

— Мы наводим справки. У него есть еще женщины. Мы знаем, что они обслуживают сауну на Лэйк-стрит. Раньше они работали в заведении под названием «Железная бабочка», но сейчас это место прикрыто. Так что мы ведем поиск.

— Родственники?

— О них ничего не известно.

— Когда он в последний раз попадал к нам? — спросил Лукас.

— Примерно год назад — кажется, так. За сводничество.

— Он получил срок?

— Три месяца исправительных работ.

— Дело на него у нас?

— Да. Я могу его принести.

— Не беспокойся, — сказал Лукас. — Я сейчас не занят. Сам схожу и посмотрю.

— Мы продолжаем розыск, — добавил полицейский. — Даниэль с нас не слезает.

Лукас уже закрывал на замок дверь своего кабинета, когда раздался телефонный звонок. Он снова вошел в комнату и взял телефонную трубку.

— Лукас? Это Дженнифер. Так мы идем куда-нибудь сегодня вечером?

— Конечно. В семь часов, подойдет?

В его мозгу промелькнул образ Карлы, как прогибается ее спина, как напрягается грудь, как приоткрывается ее рот.

Карла Руиц.

Дженнифер Кери, она беременна.

— Да, подходит. Заедешь за мной?

— Увидимся в семь.

Бешеный ждал, когда принесут из архива его дела. В этот момент вошел Лукас. Бешеный тотчас узнал его и, сделав равнодушный вид, заставил себя просматривать дела, которые были у него в руках. Лукас не обратил на него никакого внимания. Он прошел через турникет за стойку клерка и направился прямо туда, где за стеклянной перегородкой сидела начальница архива. Он просунул голову в дверь и что-то сказал. Бешеный не расслышал. Женщина оторвала взгляд от стола и рассмеялась, а Лукас вошел и присел на край стола.

Детектив обладал даром общения с людьми. Бешеный сразу это понял и позавидовал ему. Начальница архива была неприступной женщиной, много лет проработавшей в суде и все повидавшей на своем веку, но в присутствии Лукаса она вся затрепетала, как девчонка. Он продолжал смотреть, и вдруг Лукас обернулся; на какое-то мгновение их взгляды встретились. Бешеный быстро пришел в себя и снова опустил глаза в свою папку.

— Кто этот пижон у стойки? — спросил Лукас.

Женщина посмотрела в сторону Бешеного, который уже положил папку в корзину возврата и направился к двери.

— Он адвокат. Не помню, из какой фирмы, но в последнее время он часто здесь бывает. Он вел дело Бэрина, помнишь, ну, у которого богатый папаша, он врезался на машине в толпу людей...

— Да. — Бешеный уже исчез в дверях, и Лукас забыл о нем. — Джефферсон Спаркс. Ужасный малый. Сутенер. Мне нужны последние дела по нему.

— Сейчас принесу. Можешь располагаться за столом Лори. Она болеет, — сказала женщина, указывая на свободный стол.

На Спаркса имелось три недавних дела, в каждом была куча всяких бумажек. Лукас наскоро прочитал их все и обнаружил, что в них раз пять упоминается спортивно-оздоровительный клуб «Силк хэт». Он набрал номер телефона отдела борьбы с проституцией и попросил того детектива, с которым разговаривал утром.

— А что, владелица «Силк хэт» все еще Ширли Дженсен? — спросил он, когда полицейский взял трубку.

— Да.

— Это имя встречается кое-где в деле Спарки. Может быть, там работают его девочки?

— Может быть. Я сейчас вот что вспомнил: Ширли раньше вела бухгалтерию в «Бабочке».

— Спасибо. Еду туда.

— Не теряй с нами связь.

Лукас повесил трубку, сунул папки в корзину возврата и посмотрел на часы. Было чуть больше двенадцати. Ширли должна быть на работе.

«Силк хэт» располагался между магазинчиком, где продавали поношенную одежду, и агентством, сдававшим мебель напрокат. В неоновой вывеске не хватало нескольких букв. Стекла в двери и в окне были выкрашены черной краской. Над дверью горела лампа, которую какой-то умник раскрасил в красный цвет. «А может, это сделал и сам владелец», — подумал Лукас.

Он распахнул дверь и прошел в маленькую комнату ожидания. Но ворсистом ковре стоял столик для кофе и два пластиковых стула. На подоконнике у замазанного черным окна стоял аквариум, в котором плавали гуппи. На столике валялось с полдюжины замусоленных журналов «Пентхаус». Стулья стояли напротив конторки длиной в шесть футов, и было такое впечатление, что ее украли из приемной врача. Дверь за конторкой вела во внутренние помещения.

Когда Дэвенпорт вошел, он услышал, как где-то в глубине зазвенел звонок, и через несколько секунд за конторкой появилась молодая женщина в черном платье с глубоким вырезом. Она жевала резинку, на одной груди у нее была заметна татуировка жука. Она была похожа на Бетти Буп, но благоухала, как жевательная резинка «Джуси Фрут».

— Да?

— Я хочу поговорить с Ширли, — сказал Лукас.

— Не знаю, здесь ли она.

— Скажи ей, что ее ждет Лукас Дэвенпорт, и, если она сейчас же не притащит сюда свой толстый зад, я здесь все разнесу.

Женщина некоторое время смотрела на него, продолжая жевать резинку. Слова не произвели на нее впечатления.

— Ну, ты крутой, — лаконично сказала она. — У нас здесь есть один парень, может, ты с ним поговоришь? Прежде чем ты все разнесешь.

— Это кто?

Она окинула его взглядом и решила, что, возможно, он знает это имя.