Проклятие Эгиды - Сона Исаева

Рене скрипнула зубами, когда я отвернулась от нее на глазах у всего честного народа и пошла прочь.

И нет, мне не хотелось встревать в какие-то там баталии, вообще не до этого, просто заметила Катарину, не сводившую с меня глаз. Она-то знала, что леди Бартел проживает в особняке его брата, то есть кошка леди Бартел с таким же ожерельем, как сейчас на мне.

Если бы девушка могла раскрошить бокал в руках, она бы сейчас это и сделала. Ей и раньше не нравилось все то, что творится, а уж сейчас она и вовсе приняла меня за… а черт ее знает, за кого.

Вот только мне действительно не до разборок. Увидеть сестру, поговорить с ней и свалить — вот мой план. Если она пойдет со мной, будет здорово. Если нет, надо придумать, как вытащить ее из лап порядка.

Вот только ее нигде не было, а ко мне подходило все больше и больше людей, с целью выяснить, кто я такая, и почему обо мне никто никогда раньше не слышал, пока я занималась тактическим отступлением от сестры Гончего. То есть сбегала, но храбро.

— Леди Бартел, — ко мне подошли Варнил и один из жрецов Порядка.

Варнила я и раньше встречала, но вот при столкновении лицом к лицу с одним из жрецов у меня все волоски встали дыбом. Не покидало ощущение, что он вот-вот закинет меня на костер с танцами с бубном и проповедью о том, насколько я злое воплощение Хаоса. Интересно, а где тот, на лице которого я оставила автограф когтями?

— Мы весьма удивлены новым именам. Хотелось бы услышать подробнее о вашей семье? Какими землями владеют Бартел? Где они прятали такую очаровательную особу?

Интересное любопытство. А жрец здесь за тем, чтобы прибрать эти несуществующие земли себе?

— Я росла в монастыре, — предприняла неудачную попытку выкрутиться я.

— Что такое монастырь?

— Эм-м, такое заведение для безземельных девиц благородного происхождения. Я сирота, — прости меня мама. Хотя в этом мире как раз-таки сирота и есть. Почти правда.

— И пришли сюда одни? Откуда именно вы? — Пошел в допросное наступление жрец.

— Издалека, вряд ли вы знаете такую глушь.

— Я весьма хорошо знаю карты, как называется ваша глушь?

Вот прицепился, хуже клеща.

— Зато абсолютно незнакомы с хорошими манерами, раз продолжаете допытывать юною девушку, которая очевидно не желает вспоминать о своем прошлом. Если так хочется ознакомиться с моей биографией, прошу проследовать в архив и ознакомиться со всеми родословными. Здесь хоть станет дышать проще, — вспылила я, но тут же прикусила язык.

На нас все смотрят. Кому-то понравилось, как нахального жреца поставили на место, но большинство глазели именно с осуждением.

Ой, ну правда. Мне сейчас вообще не до правил приличия и всех этих расшаркиваний. За мной ведется охота, сестра в плену, и мы очень-очень далеко от нашего настоящего дома.

Правда, они все об этом не знают, а я нашла в себе силы выдавить вежливую улыбку и уйти из этой части зала. Опять.

Где же моя сестра? Я не смогу так долго бегать из угла в угол, отбиваясь от расспросов о моей якобы семье и моем акценте.

Какое-то время мне удавалось стоять и не отсвечивать, пригубливая сладковатое игристое вино и наблюдая за всеми гостями.

И все эти разговоры о политике, о мелких стычках, о мутном будущем и о Гончем.

Я с удивлением обнаружила, сколько людей здесь его ждали. И сколько молодых девушек останавливали Катарину, чтобы через ядовитые реплики выведать, где он? Да-да, тот факт, что Гончий заинтересовал брюнетку из трио змей, то есть Рене, не был единственным. Не только ее привлекал Гончий, к моему удивлению. И все этого стыдились. Заинтересоваться безымянным устрашающим мужчиной? Какой конфуз! Наверное, поэтому девицы так его презирали, потому что испытывали к нему интерес и ненавидели себя за это.

— Надеюсь, моя книга помогла вам, Полина, — послышался тихий голос Федора Константиновича, заставивший меня поперхнуться напитком.

— Ой, не притворяйтесь белым и пушистым, — прошипела я без экивоков, — вы все эти годы мне врали!

— А что я должен был сказать? Я из другого мира и только ты можешь мне помочь?!

— Хотя бы намекнуть, что это не просто заказы на перевод, а те, которые способны загнать мою сестру и меня заодно в гроб! Как вы себе представляли? Это вы выманили Зарину сюда?

— Я не знаю, как Зарина попала сюда, но я здесь ни при чем, — наша перепалка со стороны могла показаться милой беседой. Я и так была на нервах от переживаний, а тут еще мой старый знакомый ведет себя как ни в чем не бывало. Да, глупо, но мне нужно было кого-то обвинить во всех моих треклятых приключениях за последние месяцы, и он подходил на эту роль как нельзя лучше. Потому что он знал, что творится на самом деле, — я не хотел, чтобы кто-то из вас здесь появлялся вовсе.

— Тогда зачем шастали туда-сюда как челнок с баулами? Сидели бы здесь смирно, и никто бы не пострадал. А теперь смотрите, что творится вокруг?

— Мой мир в опасности, я верил, что все слова Порядка — ложь. Но мне нужен был перевод настоящих Книг, чтобы это доказать.

— И вы всерьез думаете, что поверят вам, а не этим фанатикам?

— Я не знаю, во что я верил, но Хаос никогда не ведет по ложным путям.

Я осеклась.

— Вы — жрец Хаоса? — Почти неслышно спросила я его.

Жрецы Хаоса в моем представлении были такими же, как и Порядка: в рясах, с мечтательно пришибленным выражением лица, а не добрые усатые дядечки, которые дарили мне самые вкусные шоколадные конфеты.

— Скажи об этом еще громче, и нам обоим придет конец, — через вежливую улыбку для очередного гостя на балу сказал он. — Ты уже поняла, сколько слепцов вокруг нас. Мои братья мне не верили, за что и поплатились. Они верили в гармонию, но какими бы ни были могущественными наши Боги, их Слово несут жалкие люди, жаждущие власти.

Я хотела расспросить лорда Колина еще о множестве вещей, но нас перебил выход короля.

Все вокруг не раз задавались вопросом о том, почему у Гончего, безродного и загадочного, столько доверия его величества и столько власти? Уже и армия по сути перешла под контроль того, у кого даже имени нет, но сейчас, глядя на представительного мужчину, окруженного флером власти и беспрекословного подчинения, меня поразила одна догадка.

Они что, родственники?

Что-то неуловимо