Барби для Мажора (СИ) - Лукьянова Елена

— Когда ты меня отпустишь?

— Не знаю, я ещё не решил. Но не сейчас, потом. Может, быть завтра или послезавтра…

— Что ты о себе возомнил? Я не собираюсь сидеть здесь взаперти! Мне даже переодеться не во что. Ты в своём уме?

— Не исполняй! Ты уйдёшь отсюда, но только тогда, когда я с тобой наиграюсь. Ты высокомерная, заносчивая стерва. Я собью с тебя эту спесь! Будешь меня ублажать, пока мне это не надоест, — он хотел, как можно больнее ранить её своими словами и у него это отлично получилось.

Она совершила ошибку, когда прилюдно унизила его в «Джазе» и он совсем не собирался забывать ей этого. Ещё тогда он пообещал себе, что она не раз пожалеет о том, что сделала.

— Я тебя ненавижу! — девушка вскочила, и не сдержавшись, выплеснула чай в прекрасное лицо мерзавца.

Поразившись её дерзости, он медленно вытерся салфеткой. С этого момента их ненависть друг к другу переросла в негласную войну. Обогнув стол, он остановился перед ней.

— Глупо, злить меня, девочка!

Она испугалась, и проскочив мимо него, побежала в спальню. Но он не стал её догонять, спокойно пообедал и сразу вышёл из квартиры. Роман отправился в ночной клуб, чтобы встретиться с «братвой» и поиграть в бильярд.

— Кто к нам пришёл?! — цинично отреагировал на его появление главарь. — Неужто, решил извиниться?!

— С чего бы это?! — повернулся к тому он.

— Чувак, ты нагло увёл у меня из — под носа роскошную тёлку!

— Бесишься, что она выбрала не тебя?

— Это не по понятиям, я первый её снял.

— Снял?! Всё настолько печально, что ты решил опуститься до принуждения?

— Она сама хотела. Это было не больше, чем игра.

— Да неужели?! — с иронией проговорил пришедший.

— В общем, расклад такой, ты её тогда увёз, теперь сам найдёшь и доставишь мне, пусть теперь мой леденец пососёт.

— Оставь её в покое.

— Что ты сказал?! Ты имеешь виды на мою цыпочку? Понравилось ей за щеку давать? — взбесился Валера и стал надвигаться на него.

— Во — первых, я с ней этого не делал, а во — вторых, она не твоя. Никогда и ни при каких обстоятельствах не приближайся к ней, — серьёзным тоном заявил его противник, машинально разминая кисти рук.

По тому, как соперник напрягся, он понял, что драки не избежать и принял правильную стойку, чтобы дать отпор.

— Эй, мужики, вы решили устроить бои без правил? Остыньте, ни одна баба не стоит того, чтобы вносить раздор между нормальными пацанами, — принялись разнимать их остальные из группировки и конфликт постепенно сошёл на нет.

Сыграв несколько партий, молодые люди спустились со второго этажа в бар. Дело близилось к вечеру, они заказали себе виски, и присели, блуждая глазами по залу в поисках скучающих особей женского пола. Через два столика от них сидела компания из трёх девушек, явно желающих с кем-то познакомиться, не прошло и десяти минут, как бандиты подсели к ним и начали активно их клеить. Роман сидел с безразличным видом и не проявлял никакого интереса к дамам. А те, наоборот, всячески стремились ему понравиться. Когда уже стало темнеть, он засобирался домой.

— Куда ты так спешишь? Давай этих чаек на сауну разведём! — предложил ему один из его приятелей.

— Да ну их, не хочу, — равнодушно отмахнулся он.

— Чего? Шкуры ничего так, аппетитные.

— Не, пацаны, правда, что-то нет настроения.

— Это на тебя совсем не похоже?! Что, вот так уйдёшь и никому сегодня не присунешь? Глянь, как они тебя хотят, аж пищат.

— Ну, как же без этого?! Сначала потрясающий секс, а потом спать. Но, только не здесь и не с этими.

— К своей пойдёшь, как там её — Полине?

— Нет, не к ней. К себе пойду. Всё — таки в этом, что-то есть, приходишь, а эта красотка уже в твоей постели лежит. И зачем напрягаться и где-то кого-то искать?! Но больше всего меня радует, что потом не надо никуда идти, потому, что я уже дома, — оставив друзей в недоумении, он ушёл.

Анжела у него всего, каких-то пару дней, а он уже возбуждается только от одного взгляда на неё. И это было совсем на него не похоже. Он постоянно думал о ней и хотел её. И во всём этом было что-то не так. Что-то настораживало. Его похоть никогда ещё не была так избирательна. Когда он желал интима, а это происходило почти постоянно, ему всё равно было с кем именно этим заниматься. А здесь было нечто другое — его тянуло именно к ней и с каждым новым взглядом на неё всё сильнее.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Собираясь попить чай перед сном, Анжела поставив на плиту чайник и включила громко радио. Она опустила в чашку пакетик ароматного чая и открыла сахарницу, там оказалось пусто. Тогда она стала заглядывать во все шкафчики, пытаясь найти хоть какие-то признаки сахара.

— Что ты ищешь? — услышала она голос Романа и вздрогнула от неожиданности.

Она так увлеклась поисками, что даже не услышала, как он пришёл домой.

— Сахар, — заволновалась она и развернулась к нему.

Он подошёл к шкафчику, который она ещё не успела открыть и, достав оттуда стеклянную банку, поставил её на стол, продолжая держать за крышку. И при этом его взгляд был полностью сосредоточен на ней. Ну вот, сахар нашёлся, только, как же ей до него добраться? Этот его пристальный, и будто голодный взгляд её пугал. Девушка смотрела на него и ждала, когда же он, наконец, отпустит эту банку. Он сделал несколько шагов к ней, от чего она инстинктивно попятилась назад. Но он поймал её за руку, и придавив к столу, страстно поцеловал. Его дерзкие руки заползли под платье, он подхватил её за попу, и раздвинув колени, посадил на стол.

— Боже мой, ты меня с ума сводишь, — упустив её губы, прошептал он, крепко удерживая её и снова завладевая губами.

Испуг в ней снова взял вверх, и она попыталась оттолкнуть его.

— Не надо, — жалобно попросила она.

— Ты нужна мне, — тихо простонал он, горячо дыша ей в ухо.

Он опустился губами вниз и стал целовать её в шею. Ей стало тяжело даже сидеть, от чего она уцепилась за его плечи, плавясь от дерзких ласк. А затем она почувствовала, как его руки стянули с неё трусики.

— Перестань! Мы так не договаривались, — взмолилась она.

— Я не собираюсь с тобой договариваться, просто беру, что мне надо, — нагло заявил он.

Девушка услышала, как звякнула бляшка на его ремне и он резко вошёл в неё. Для неё до сих пор ещё было нелегко справляться с новыми ощущениями, и то и дело захватывало дух, словно она каталась на каких-то экстремальных каруселях.

— Зачем, каждый раз так ломаться, как будто ты этого не хочешь? Я видел, как ты всё время млела, и таяла, от моих прикосновений, когда мы пересекались в одной компании. Признайся, ты же всегда хотела попробовать, как это, заниматься сексом со мной и узнать, чем же я так всех привлекаю? — произнёс парень, застегивая ширинку, после того, как всё закончилось.

Покраснев, она стыдливо опустила глаза. Теперь она начала понимать, почему ему с лёгкостью отдавались. Было в нём нечто такое, яркое и притягательное, что подобно огню манило к себе глупых девочек — мотыльков. А он сжигал их раз за разом своим пламенем, после чего попросту забывал.

22

Проснувшись утром, Роман повернулся и наткнулся взглядом на нежное личико спящей рядом девушки и её разметавшиеся по подушке волосы. Казалось, утраченное за вчерашний вечер возбуждение, словно морской прибой, накатило с новой волной. Ему захотелось в неё войти и он бесцеремонно полез на неё. Не успев, как следует проснуться, она снова оказалась в плену его страсти.

— Надеюсь, сегодня ты отпустишь меня в институт? — едва отдышавшись от полученного наслаждения, спросила она.

— Спи себе спокойно, — недовольно ответил он, поднимаясь с кровати.

Понимая, что нет никакого смысла вставать и одеваться, она лежала в постели и ждала, когда он соберётся и уйдёт. После того, как за ним захлопнулась дверь, она пошла в душ. Затем выпила кофе с бутербродом и снова легла в кровать, включив телевизор. Повалявшись какое-то время в постели и ещё немного подремав, Анжела решила встать и приготовить суп на обед, ей уже надоело питаться в сухомятку. Пошарив на кухне, она нашла крупу, лук и морковку, ну, а где лежит картофель ей уже было известно. Когда он вернулся из института, она сидела на кухне, в надежде серьёзно с ним поговорить и добиться своего освобождения. Он зашёл и сразу обратил внимание, что на плите стоит кастрюля.