Под маской дьявола - Юлианна

— Все хорошо?

Она кивнула не в силах ответить и закрыла глаза, чувствуя себя растерзанной в буквальном смысле. Стоило так подумать, и она засмеялась, но открыв глаза и, увидев лицо Мэтью возле себя, замолчала.

— Ты пахнешь мной.

— Тебе не нравится?

— Нравится. А как пахнешь ты?

— Думаю, мы выясним это позже, — улыбается он, понимая, что не готов к минету в её исполнении. Пока нет. — Я хочу тебя, — говорит он, чувствуя, как член снова наливается после нескольких минут отдыха и она замирает. — Боишься меня?

— Нет.

— Зря, — он улыбается коварной улыбкой и проводит рукой между ног, заставляя ее часто дышать.

Он обхватывает ее сосок языком и перекатывает во рту, обхватывая рукой грудь и слегка сжимая. Потом переключается на другую, заставляя Полли вновь ерзать на постели.

— Мэт…

— Да?

— А если кто-то придет?

Он ничего не говорит и прижимается к ней давая почувствовать всю силу своего возбуждения, и она замолкает. Он порхает над ней, как художник, наполняя её тело новыми красками, эмоциями, чувствами, поэтому, когда осторожно входит в нее, она даже не вскрикивает, лишь слегка ерзает под ним, пытаясь избавиться от неприятного жжения.

— Сейчас пройдет, — шепчет он ей, покрывая поцелуями ее лицо и губы, чувствуя Полли каждой клеточкой. — Ахренеть, какая ты сладкая девочка…

Он двигается в ней нежно, пытаясь помочь Полли почувствовать все то, что чувствует он, и когда оргазм подбирается к ним, оба вскрикивают, часто дыша и падая в нирвану. Спустя время, Мэтью шевелится и, приподнимаясь на руках, замечает, что она спит.

Он уходит в душ, смывая с себя кровь, и возвращается с полотенцем, вытирая ее и укрывая пледом, а после возвращается и падает рядом, стискивая её в объятия и проваливаясь в сон.

Просыпаются они в обед от того, что кто-то стучит в дверь.

— Мэтью открой дверь или я ее вынесу! — рычит Франко и Полли подорвавшись, вскакивает с постели, замечая, что она голая. — Полли у тебя?

Она качает головой, натягивая одежду и он кивает, давая понять, что не станет прятать ее под своей кроватью. Открывает дверь и тут же получает удар в челюсть, едва не падая.

— Франко? — тут же возмущается Полли, подлетая к Мэтью и закрывая его собой. — Мне кажется, я уже давно взрослая и сама могу решать с кем мне проводить время и как!

— Ты не знаешь его! — рычит он, красный от гнева, и подходит ближе, но Мэтью, оттолкнув её, встает перед ним.

— Думаю, что все можно решить наедине.

— Убирайся из моего дома, щенок! — зарычал он, и Полли встала рядом с ним.

— Тогда и я уйду.

— Нет, — цедит Мэтью, вытирая с губы кровь. — Останься, он прав.

— Что? — непонимающе смотрит Полли, и он пожимает плечами.

— Он твоя семья. Я уйду.

Смерив их обоих ненавистными взглядами, она выбегает оттуда и, хлопнув со всей силы дверью, понимает, что поддалась его умелым речам, а ведь он и вправду ничего ей не обещал.

Обзывая себя глупой дурочкой, она вдруг поняла, что совсем не знает его и того какой он. Он показал лишь то, что хотел, не больше. Откуда ей знать, что он чувствует к ней? Уж явно не ураган чувств как она. Её штормит, как море, и от ненависти к нему скачет к его нежности, буквально несколько часов назад. Разве может человек так отдаваться, если ничего не чувствует к ней?

Она, закрывшись в ванне, разрыдалась, проклиная свою глупую девчачью натуру. Она же отшивала его сама, понимая, что ей не нужны отношения, так чего теперь лить слезы? Что изменилось? Неужели она за такое короткое время влюбилась в этого дьявола?

— Дура Полли, ты настоящая дура!

— Детка? Открой мне? — голос Франко за дверью, заставил ее закрыть уши руками.

— Уходи Франко, ты все испортил! Ненавижу тебя! Обоих вас ненавижу!

Ее слезы лились градом, она оплакивала себя, свою девственность, свои первые чувства, а потом и всю жизнь. Она так и уснула на полу, свернувшись в калачик у душевой кабины. Открыв дверь с помощью ключа, Франко и Мина перенесли ее на кровать и вызывали врача. Он не нашел ничего страшного в её состоянии, сказал что ей просто нужно отдохнуть.

Мина осталась на ночь с Полли, а Франко впервые чувствуя вину, не смог уснуть, сторожа ее дверь в коридоре.

33

Он вылетел оттуда злой как сам черт и, пнув двери клуба, чертыхнулся про себя. Полли наверняка подумала, что он конченный ублюдок, а он просто не хотел, чтобы она потеряла еще раз тех, кто по-настоящему любит ее, поэтому и повел себя как подонок.

Решив написать ей смс, он в последний момент останавливает себя и набирает номер Эндрю.

— Забери меня. Адрес сейчас кину.

Через полчаса, он заваливается в квартиру, запираясь в комнате и падая на постель.

— Мэт, что-то случилось? — спрашивает Эндрю и Мэтью кидает в дверь подушкой.

— Отвали малыш. Не сейчас.

Он поднимает телефон и набирает сообщение для Полли.

«Прости меня. Но так будет лучше для тебя» М.К.

Она молчит и он мониторит экран телефона на протяжении нескольких дней, а когда понимает, что она не ответит, отключает его, выходя наконец-то из комнаты.

Эндрю сиди на диване, смотря телевизор, а Кэти не видно.

— Что смотришь? — падает рядом Мэтью, пытаясь завести разговор.

— Влюбился? — смеется Эндрю и Мэтью молчит. — Серьезно?

— Малыш, давай только без твоих мозгоклюйских замашек, иначе начну убивать. Мне херово. Где Кэти? — спрашивает он, пытаясь отвлечься.

— Сейчас вернется, ушла в магазин.

— Прошу, ничего ей не говори, — цедит он строго, и Эндрю ухмыляется, пожимая плечами.

— Не могу этого обещать. От нее очень трудно что-то утаить.

— Тогда соберись, потому что если она начнет глумиться над моими чувствами, мы поругаемся, и я сейчас не шучу.

— Да успокойся, ты чего? Может, скажешь хоть, как зовут эту счастливицу?

— Полли.

— Полли и все?

— Да! — рявкнул он, понимая, что вообще не имел права называть ее имя, ведь ее нет по документам, да и лишний раз подставлять её не хотелось.

— Понял, что тебя о ней лучше не расспрашивать.

— Извини, — бросил он, вновь уходя в комнату и включая телефон.

Увидев сообщение от Полли, его настроение тут же поднялось, но стоило его прочитать, и он разочарованно выдохнул.

«Да пошел ты ублюдок! Не пиши мне больше» П.К.

«Почему, разве нам было плохо?» М.К.

Скривив лицо, он надеялся, что его игривый тон не заставит ее плакать. Он просто хочет разозлить ее. Это лучше,