Лисса. Закат последнего дня - Рокси Торн

class="p1">— С универа эту гадость не пила, — сипло ответила я, справившись с тошнотой.

Не, бухать — точно не мой способ борьбы со стрессом, во всяком случае, некрепкий алкоголь точно.

— Ну а чего, самое то сейчас, — вмиг сделался серьёзным парень и молча налил себе полный стакан.

Мне, впрочем, он тоже напиток обновил.

— Да-а, — протянула я, оглядев пространство и натыкаясь на малознакомых людей, не чокаясь, опрокинула в себя вторые сто грамм.

На удивление вторая порция зашла хорошо и приятным теплом разлилась по пустому желудку. Полегчать не полегчала, да и не верила я в способность алкоголя решать проблемы, но пружина, что натянулась ещё на Полигоне, начала ослабляться, и что самое для меня прискорбное, такими темпами я вполне могла скатиться до пьяной истерики.

Мужики споро валили тонкие деревца и заготавливали будущее кострище. Нехилый такой поминальный костерок должен будет получиться, куча дров, мне по пояс была, не меньше.

— Ты уверена? — забрал у меня из рук третий стаканчик Рэй и подозрительно принюхался.

Знать бы ещё, чего сама-то хочу. Даже не так, как добиться восстановления, расшатанного похуизма?

— Аптечка выводит, — буркнула в ответ, но пойло забирать не стала.

— Ага, по нему и видно, как аптечка работает, — кивнул Рэй на пьяненького Птенчика. — А хотя пофиг. Полегчало?

— Если бы, — горько усмехнулась, не чувствуя ничего, кроме лёгкой тошноты.

Однако обидно. Видимо, напиться в слюни чудо-чип мне не даст, а если его и вывести количеством из строя, то модификатор начнёт устраивать забастовку, экстренно очищая организм и, скорее всего, портя пейзаж.

— Может, вином попробуешь? — скептически посмотрев на полупустую бутылку, предложил Рэй. — Вы где вообще эту бормотуху нашли?

— В магазине, — буркнул пристыженный Птенчик.

Чего вот пристал, будто все вокруг в бухле разбираются. Я вот бутылку, что он достал из инвентаря ни в жизнь не угадала бы. Вино и вино, а что там дальше и какие ещё у него характеристики есть, вообще в душе не гребу. Со цветом не промахнусь — уже успех.

Следом появились ещё какие-то бутылки, пузатенькие такие, даже на вид тяжёлые и дорогие, а наша недопитая сивуха отправилась в дальний сугроб без сожалений.

— Травиться, так хоть не палёнкой, — прокомментировал свои действия Рэя, глядя на обиженного Птенчика, а меня разобрал истерический смех.

Ну всё, приплыли.

Что странно, никто на меня даже косо не посмотрел, не то чтобы неодобрительно фыркнуть, один только Рэй достал из своего бездонного инвентаря штопор и протянул мне уже открытую бутылку.

Сколько я припадочно смеялась, утирая выступившие слёзы? Не знаю, никто меня не трогал, только Рэй сочувственно сидел рядом и охранял открытую бутылку. А когда я смогла разогнуться и напоследок неприлично хрюкнуть, чуть не вызвав новый приступ, ловко поднял меня на ноги:

— Тебе это тоже надо.

Вот о чём он? О посиделках у костра и весёлых песнях под гитару?

Но я оказалась в корне не права. Мы просто стояли, смотря, как разгорается пламя.

— Ли и Шу, — вдруг звонко воскликнула Зарина. — Простите мне вашу смерть. Простите, что не защитила. Пусть земля вам будет пухом.

Девушка стояла напротив, и мне без труда удалось рассмотреть не только слёзы, стоящие в глазах, но и грустную улыбку, когда пламя поглотило горстку земли, что она швырнула в костёр.

— Лина, Света, Костя, — продолжала Зарина, неотрывно смотря на яркие всполохи, — простите меня. Я была слаба, я не уберегла вас. Мама… я прощаю тебя.

И новая горсть земли полетела в пламя.

Потом был Ван, затем Рой и остальные, каждому было с кем попрощаться или попросить прощения, и новые горсти земли все летели в костёр, постепенно туша огонь.

Каждый прощался со своими демонами, терзающими душу. Слишком много потерь, слишком много напрасных жертв.

— Простите, — медленно прошептала я, перебирая в памяти лица всех, кого убила за последние дни.

Виновные и невинные, уже не важно, я стояла по эту сторону пламени, а не они. Я выжила, а не они. И именно я должна стать сильнее и отпустить. Отпустить ярость, что разъедала изнутри и выжигала дыру в душе. Отпустить боль и обиду, чтобы встретить новый день, не боясь, что демоны настигнут, когда я закрою глаза.

— Прощайте, — одними губами произнесла я, когда последний робкий язычок пламени лизнул ветку и потух, растворившись сизым дымом.

Глава 31

Трудно судить, насколько этот ритуал помог. Может, отпущенные грехи освободили от метаний истерзанную душу, а может, я просто заебалась до такой степени, что уже было насрать вообще на всё, но спала я как сурок, отрубившись, как только голова коснулась подушки.

Полноценно отоспаться возможности нам никто не предоставил, всё-таки сильных бойцов у нас были единицы, но за свои три часа мне удалось полноценно отдохнуть. Раньше бы такой финт не получился, но модификатор бдит, и пара часов раз в несколько суток стали реальностью, что очень упрощало наше существование.

Уходя, погладила Рэя по разгладившемуся лбу, не позволив себе лишних движений. Пусть спит. В теории он тоже перешёл на режим нон-стопа, но где теория, а где мы, так что пусть спит, тем более он такой милашка, когда не хмурится и не строит планы по завоеванию мира.

А сидя у небольшого костра, который поддерживали мужики в другой стороне нашей стоянки, я наконец-то полезла разгребать всё то, что нам перепало с испытаний. Надо же ознакомиться, каким мешком подарков нынче кинули вдогонку. Слишком уж высок процент отсева получился, давая вполне обоснованную надежду на приличное вознаграждение.

Распределение призовых мест заставило удивлённо поднять брови. Догадывалась, что куча боссов и левиафан в анамнезе, мимо счётчика не пройдут, но чтобы так, это был прям взлёт по карьерной лестнице. Первым был Рэй. Я была только второй, остальная гоп-компашка тоже в шорт-листе была, что не удивительно, но настолько резкое попадание в лидеры Рэя несколько смущало. И плевать, что ему может моча ударить в голову и возомнит о себе невесть чего, но вот что какая-нибудь шушера решит проверить его на прочность — напрягало. Он, конечно, силён, да и голова варит отлично, вот только и у него слабая сторона. И имя ей — гордость.

Очень мне бы хотелось, чтобы Рэй не кидался в крайности, вот только ущемляло его зависимое положение,