Если жизнь мне крылья перебьет... - Виктория Песоцкая

– Никаких, – издевательским тоном произнес шеф. – Но я не поменял своего решения. Знаете ли, Мария... хм... Антоновна, я не вижу в ваших глазах рвения к работе. Проходите, Оленька, располагайтесь, вникайте в суть дела. Да, кстати, если вас не удовлетворит объяснение Марии Антоновны, поднимитесь ко мне. – Бубенцов быстрым шагом вышел из кабинета. Мария оценивающе посмотрела на свою преемницу. «Да, такая сделает для Илюши все, что угодно!»

– Ну что ж, присаживайтесь!

– Спасибо, извините, я не хотела вставать на вашем пути, – ангельским голосочком начала было Оленька.

– Оставим лирику и займемся делом, – сухим тоном ответила Маша.

– Простите, а можно узнать, почему вас увольняют?

– Можно, поднимитесь к Бубенцову Илье Андреевичу и спросите у него. Еще вопросы? – Марию внезапно стала раздражать эта «ангельская» девушка. Потихоньку комната заполнилась приходящими сотрудниками, которые недоуменно поглядывали на новенькую, шепотом интересуясь у Марии, кто это. Когда наконец все пришли, Мария поднялась со своего рабочего места и громко сказала: – Дамы и господа! Минуточку внимания, позвольте представить вам нового старшего редактора программной дирекции Ольгу, простите, как ваше отчество?

– Аркадьевна, – еле слышно пробормотала Оленька.

– Ольгу Аркадьевну, прошу любить и жаловать!

На пару минут в кабинете воцарилась тишина, первой не выдержала Татьяна.

– Какая сволочь! Да как он мог?! – в сердцах воскликнула она, не обращая никакого внимания на новенькую.

– Танюш, не горячись. – Мария глазами указывала на Оленьку. Но Татьяну было не унять.

– Милочка, – приторно сладким голосом обратилась она к новенькой. – Милочка, а вы знаете, куда впрягаетесь? Вы уверены, что сможете здесь работать?

И тут «ангелочек» вдруг сняла доброжелательную маску.

– Если не справлюсь, мне поможет Илюша!

– Ух ты, девушка, знаете, у нас даже официальные любовницы со стажем ведут себя гораздо скромнее, а вы у нашего зама не единственная, так что попридержите язык! – наклонившись к Оленьке, зловеще прошипела Татьяна.

– Ладно, ребята, кто курить? – видя, что дело добром не закончится, громко спросила Мария. В курилку вышли даже те, кто раньше вообще не держал сигареты, оставив новенькую наедине с ответственным секретарем.

– Что-то мне подсказывает, что эта новая овца хорошо споется с нашим секретарем, – на ходу обронила Таня.

– Ребята, послушайте меня. – Мария глубоко затянулась. – Ребята, мне все равно уже ничем не поможешь, а вам еще работать, так что будьте осторожней!

Принимая слова сочувствия со всех сторон, Мария готова была разрыдаться на плече каждого сотрудника. Кое-как отработав последнюю неделю, она получила расчет, попрощалась с коллективом, и... потянулась бесконечная вереница поразительно похожих друг на друга серых дней. Они проходили один за другим – долгие, мучительные, изнурительные...

Каждое утро Мария вставала с постели и провожала в школу Яна. После ухода сына она машинально выпивала чашку крепкого кофе, абсолютно не ощущая вкуса бодрящего напитка, и до прихода сына умудрялась выкурить иногда не одну пачку сигарет. Ее поиски работы оказались безуспешными, местная пресса не нуждалась во внештатных сотрудниках или предлагала настолько мизерную зарплату, что Марии с Яном едва хватило бы на неделю. Накопленный запас денег продолжал таять с каждым днем, Мария обзванивала всех своих знакомых с просьбой помочь найти работу, однако результаты были малоутешительными.

Встав сегодня, как обычно, она натянула на себя теплый старый халат и пошла на кухню готовить ребенку завтрак. Потянувшись за манной крупой на верхнюю полку, Мария ощутила ноющую боль в груди, беспокоящую ее уже на протяжении нескольких недель. «Черт! Ну что за напасть такая! Нужно срочно прекращать курить, – подумала она, грустно улыбнувшись. – Да, обычно после тридцати бросают курить, а я только начала, хотя... у меня все происходит с опозданием».

– Ян, солнышко, вставай, пора в школу! – Мария нежно поцеловала сонного ребенка.

– Доброе утро, мамочка! – Сын бодро вскочил с кровати. – Мам, ну зачем ты встаешь так рано? Я сам могу сделать себе бутерброды. – Ян с укоризной посмотрел на мать.

– Ладно, не бурчи, бегом в душ, а то все остынет! – Мария легонько подтолкнула мальчика и отправилась делать себе традиционную порцию кофе. «Нужно будет позвонить еще раз Кате, она обещала переговорить с Олегом, может, им понадобится пиар-менеджер. Хотя, с другой стороны, уже давно пора искать работу не по специальности, глупо надеяться только на знакомых». Ян вышел из ванной и начал быстро поглощать завтрак. Наблюдая за сыном, Мария в очередной раз пыталась отыскать в нем черты Саши. Мария была неприятна мысль о том, что ее ребенок мог унаследовать внешность и характер бывшего мужа, в особенности характер. «Да, моему сыну явно не повезло с генами: отец – порядочная сволочь и мать с тараканами в голове».

– Мама, спасибо, я побежал! – Ян наскоро поцеловал Марию в щеку и, уже выбегая из двери, на ходу произнес: – Мамочка, ты бы поспала, что-то ты уставшая.

– Иди, иди, а то опоздаешь. – Она закрыла дверь и мимоходом посмотрела на себя в зеркало. «Господи! Да кто меня в таком виде возьмет на работу и кому я вообще сейчас нужна?» На Марию смотрела пожилая тетка с потухшими глазами и серым цветом кожи. «Неужели это я?», Мария провела ладонью по своему лицу, как будто проверяя, действительно ли это ее плоть. Убрав со лба прядь тусклых волос, она попыталась улыбнуться, но вместо улыбки увидела натянутый оскал. Ее глаза непроизвольно наполнились слезами, и, как это часто бывало после ухода сына, Мария опять расплакалась. В последнее время она даже стала получать какое-то извращенное удовольствие, истязая себя рыданиями. На короткое время после изрядно пролитого количества слез Марии становилось немного легче, она в тысячный раз придумывала Павлу очередное немыслимое оправдание и заставляла себя верить в то, что он обязательно вернется.

Закурив сигарету, Мария включила телевизор. Звук знакомого голоса Бубенцова, донесшийся с экрана, заставил ее взять себя в руки и позвонить подруге насчет работы.

– Алло, Катюша, привет!

– Привет, Маш! – На том конце провода раздался сонный голос. – Как дела? – Катя громко зевнула в трубку. – Ты знаешь, мы вчера поздно приехали с футбола, и я совсем забыла спросить Олега, давай позже, ладно?

– Извини, я не хотела тебя будить! – Мария положила трубку. Общение с друзьями становилось все более напряженным. Прошло всего пару месяцев с тех пор, как от нее ушел муж, а многие знакомые старались по возможности избегать ее общества, по-видимому, опасаясь того, что Мария начнет просить помощи или бесконечно жаловаться на судьбу-злодейку. Что ж, люди всегда тянутся к любимчикам фортуны и стараются свести общение к минимуму с неудачниками. Мария и сама так часто поступала, совсем не замечая, какую боль она причиняет своим менее удачливым знакомым. Теперь настал ее черед. Вот уж поистине пословицу «Не имей сто рублей, а имей сто друзей!» следовало давно заменить на «Имей сто рублей – станет больше ста друзей!». Она пересчитала оставшиеся деньги. Если попытаться экономно расходовать, должно хватить еще месяца на два, с учетом всех текущих оплат счетов, а потом... Похоже, с работой по специальности ей на какое-то время придется распрощаться. Мария достала вчерашнюю газету и тщательно принялась изучать предложения. Оказалось, что в основном всюду требуются менеджеры по продажам. Вместо стабильной зарплаты многие компании предлагали поработать на процентах. Но терять целый месяц на то, чтобы понять, сможет ли она работать в таком качестве и получать нормальные деньги, Мария не могла себе позволить. Еще раз пробежав глазами газету, она наткнулась на объявление: требовалась уборщица для квартиры, предлагалась зарплата даже больше, чем на телевидении, и занятость только в первой половине дня. А это значит, Яну можно будет уделять больше внимания, делать с ним уроки, готовить обед. «Боже! Если бы кто-нибудь раньше мне сказал, чем я буду заниматься! А если бы знали мои родители!»