100 великих актеров - Игорь Мусский

Будущий актер попал в коммерческую школу в Сити, где преподавали не только арифметику, но и декламацию. Учился он недолго, всего два года, и уже с 13 лет начал работать.

Генри служил в юридической конторе в Чипсайде, через год перешел в торговую компанию. Перед ним открывалась перспектива поехать в Индию и сделать карьеру коммерсанта. Но мысли Генри уже занимал театр.

В пятнадцать лет он поступил в городской Декламационный класс. По вечерам посещал танцкласс и школу фехтования. Примерно в это же время Генри начал брать уроки у актера Уильяма Хоскинса.

Бродрибб дебютировал в театре «Лицеум» в Сандерленде. Здесь он обрел сценический псевдоним. Генри Ирвинг – фамилия, взятая в честь Вашингтона Ирвинга, автора его любимой «Книги зарисовок».

В Сандерленде Ирвинг провел пять месяцев, после чего переехал в Эдинбург, где за два с половиной года на сценах Королевского театра и Театра Королевы сыграл 428 (!) ролей в 327 пьесах.

Восходящую звезду провинциальной сцены пригласили в лондонский Театр Принцессы. Затем Ирвинг выступал в Гриноке и в Глазго. Множество ролей и крохотное жалованье.

В театре Манчестера – работа на износ. Ирвинг постепенно преодолевал природные недостатки. Слабый, суховатого тембра голос, тенор, он разработал до низких, бархатных, «благородных» басовых нот. Много лет актер отшлифовывал дикцию. Еще труднее было с пластикой – от природы он волочил ногу.

Генри вел более чем скромный образ жизни, так как ровно половину небольшого жалованья отсылал домой. Оставшиеся деньги часто тратил на реквизит.

После Манчестера Ирвинг играл в театре «Сент-Джеймс» и Театре Королевы. Определилось его амплуа – исполнитель ролей «светских негодяев». Именно в этом качестве его пригласили в знаменитый театр «Друри-Лейн».

15 июля 1869 года Ирвинг женился на хорошенькой ирландке, мисс Флоренс О'Каллаган, дочери генерала медицинской службы. От этого брака появились двое сыновей, Генри и Лоренс Сидней. Но через три месяца после рождения Лоренса супруги расстались. Если кто и был создан для семейной жизни, то только не Ирвинг. Им владела одна страсть – театр. Дети остались с матерью.

Ирвинг старался утвердиться на столичной сцене. В театре «Водевиль» он появился в пьесе «Две розы» Дж. Олбери. В «изящной семейной комедии» Генри сыграл старого пройдоху Дигби Гранта, обнищавшего отпрыска благородной семьи. Спектакль вызвал бурю восторгов, а Ирвинга объявили одним из лучших характерных актеров Англии.

На 291-м представлении «Двух роз», в свой бенефис, Ирвинг решил выступить в ином качестве. Он продекламировал романтическую поэму «Сон Юджина Арама» – о преступнике, которого многие годы преследует кошмар совершенного убийства. Вот что писала газета «Обсервер» на другой день после спектакля: «Актер выходит к рампе в обычном вечернем костюме и, без всякой помощи декораций или реквизита, заставляет забыть о существовании джентльмена в вечернем костюме и думать только о человеке, сраженном угрызениями совести. Это исполнение не имело ничего общего с чтением в обычном смысле слова. Это была энергичная и мощная игра… Это была такая игра, какую сейчас редко увидишь…»

Известный антрепренер Бейтман заполучил Генри Ирвинга в свою труппу, пообещав ему самые разные роли, в том числе и классические.

Ирвинг заинтересовался пьесой Л. Льюиса под названием «Колокольчики», в которой изображались последние часы жизни бургомистра Матиаса – человека, чья совесть отягощена кровавым преступлением. Нет, преступник не разоблачен; муки совести доводят его до безумия.

3 ноября 1871 года состоялась премьера пьесы Льюиса. Те, кто пришел в тот вечер в «Лицеум», стали свидетелями рождения трагического актера.

В первом сезоне «Колокольчики» прошли 161 раз. Роль Матиаса требовала от Ирвинга огромного напряжения душевных и физических сил. Тем не менее в тот же вечер он появлялся перед зрителями и в роли Джингла в «Пиквике» (через некоторое время Джингла заменит жулик в фарсе «Сбор средств»). Бейтман рассчитывал на то, что сам факт исполнения одним актером в один вечер двух контрастных ролей обеспечит полные сборы.

28 сентября 1872 года Ирвинг выступает в новом спектакле «Карл I». В роли короля Ирвинг добился поразительного портретного сходства.

В конце сезона он сыграл раскаявшегося преступника в пьесе Уилса «Юджин Арам». Спектакль шел три месяца подряд. Триумфальный для Ирвинга сезон завершился его бенефисом.

«Каждый персонаж – характер», – говорил Ирвинг. Этот принцип он старался осуществлять на материале трагедий Шекспира и поэтических драм. В то время среди антрепренеров ходила поговорка: «Шекспир означает разорение». Поэтому сначала никто не поверил, что Ирвинг решил ставить «Гамлета».

Когда Ирвинг вышел на сцену, публика тепло приветствовала его. Но внезапно зал смолк. Озадачила простота облика и необычность поведения Гамлета. Простой костюм из черного шелка, короткий камзол, отороченный темным мехом, тяжелая золотая цепь на груди, черные волосы откинуты назад. Ничто не отвлекает внимания от встревоженного и утомленного бледного лица, от поразительных глаз, в которых боль и смятение. Этот Гамлет не прибегал к эффектным интонациям. Он думал вслух, заставляя зрителей увидеть мучительную работу его мысли.

В моменты сильного волнения Гамлет – Ирвинг начинал быстро ходить по сцене странной подергивающейся походкой. Голос его порой срывался на неприятные пронзительные ноты. Актер смело внес в трагедию приемы характерной игры. Гамлет стал живым человеком, со своими странностями, своей манерой поведения.

На премьере зрители первые два акта встретили настороженным молчанием. Но огромный эмоциональный накал сцены с Офелией решил все. И тогда раздался гром аплодисментов. Ирвинг выиграл сражение.

«Гамлетовская лихорадка» началась 31 октября 1874 года и длилась несколько месяцев. «Гамлет» прошел 200 раз, и на афише «Лицеума» его сменила не комедия и не мелодрама, а еще одна трагедия Шекспира – «Макбет».

Если о Гамлете Ирвинга спорили, то его Макбета критика единодушно отвергла. Внимательно изучив пьесу, Ирвинг обнаружил, что мысль об убийстве короля Дункана зародилась у Макбета задолго до начала действия. Он не в силах противиться искушению, но остатки человечности заставляют его медлить. Убив Дункана, Макбет убивает в себе человека. Постоянный страх возмездия повергает его в отчаяние и толкает на новые кровавые дела.

Но принять такого негероического, неромантического Макбета публика не смогла. Зал «Лицеума» заполнялся до отказа, билеты заказывали за неделю, но зрители во время спектакля хранили молчание.

За «Макбетом» последовал «Отелло». Роль мавра не давалась Ирвингу. В этой же трагедии он играл роль Яго. Этот герой в исполнении Ирвинга шокировал благовоспитанных зрителей цинизмом: он ел виноград, обдумывая кровавый план; ногой переворачивал убитого им Родриго. Яго – первая шекспировская роль Ирвинга, единодушно принятая всеми. Но сыграл он ее всего одиннадцать раз, так как не мог найти исполнителя на центральную роль Отелло.