Отбор для герцога (СИ) - Гайская Елена

Да, возможно, на ее месте я бы согласилась на предложение Изабеллы, если бы мои родные остались в живых и оказались в затруднительном положении. Но подругу бы не подставила, рассказала историю с предложением сразу после того, как узнала о настоящем месте жительства. А не тогда, когда от нее толку никакого. Поступи Мили так, глядишь и не было бы никакого покушения.

В общем, обедала я, отстранившись от всех и чувствуя одиночество как тогда, когда простилась с дедом.

Мили перестала мозолить глаза и нашла себе новую подружку. Рейнальд же не удостоил меня и взглядом. Прошла любовь, завяли помидоры. Если б не отметина на руке, посчитала бы, что то волшебное свидание и совместная ночь, были игрой моего воображения.

А потом меня ждал сюрприз. Не могу однозначно сказать приятный или нет. Место Мили заняла Маша.

Моя вздёрнутая бровь была проигнорирована, но вот тот факт, что я застыла в двери, нет.

— Чего встала, как вкопанная? — совсем некультурно меня толкнула рыжеволосая красотка, до привала сидевшая напротив.

От позорного падения спасло лишь чудо, точнее невидимый Эйр на которого умудрилась налететь.

— Леди, где ваши манеры? — вступилась за меня Маша. — Ведёте себя как девка в разгар ярмарки.

Защита со стороны заклятой подруги, мягко говоря, была странной, но сейчас, когда истерика готова взять верх надо мной, как нельзя кстати. Что-то расшаталась за последние дни моя психика. Давно мне не было так паршиво.

Меж тем путешествие продолжалось. Ехать нам предстояло ещё долго. Дракончик сказал, что сегодня не доберёмся точно. Так и случилось. Когда начало смеркаться, вереница карет остановилась у постоялого двора на окраине деревеньки. Нас накормили нехитрым ужином и разместили по комнатам. Мне в соседки досталась Маша, чему я обрадовалась. Пусть лучше она, чем Мили или какая-то высокомерная дамочка, которая может и напакостить исподтишка.

В резиденции я слышала, что при прошлой подобной ночёвке одна из девиц осталась без гардероба (платья, порезанные на лоскутки на нормальную одежду, не очень походят), а две другие на утро обзавелись царапинами и фингалами.

— Тут здорово, правда? — произнесла соседка по комнате, когда я вернулась, смыв с себя всю дорожную пыль.

Она явно не имела ввиду крошечное спальное место. Узкие кровати с неприятно пахнущим постельным и два табурета — вот и вся обстановка.

— Здесь все по-другому, но женщинам живётся тяжелее, — ответила я. — А ещё мы очутились в этом мире не просто так.

— Скажи ещё, что нам нужно спасти здесь всех, — в ее голосе слышалась насмешка.

Я же оставалась серьезной.

— Магия почти пропала. Говорят, что попаданка должна как-то исправить это. Но не всем такой исход по душе. Меня уже дважды пытались убить.

— Ты шутишь?

— Какие уж тут шутки, — обхватила плечи руками и принялась рассказывать, опуская некоторые детали.

— Как о тебе узнали? — теперь Маша и не думала улыбаться.

— Сама рассказала не тому человеку.

— Рейнальд в курсе?

— Нет. Как бы я ему призналась?

— Я знаю, что тот мужчина, с которым ты вчера была, наш жених.

— Кристен рассказал? — хмыкнула понимающе.

— Проболтался. Знаешь, я думаю, нужно ему рассказать о том, кто мы. Уверена он сможет защитить.

— Так сильно доверяешь ему?

— Да. Он не предаст. Не думала, что можно вот так по уши влюбиться. Скучать в каждое мгновение разлуки и наслаждаться каждой секундой, когда он рядом. Это стоило того, чтобы попасть сюда.

— А как же герцог?

— Он мне не нужен. Забирай себе. Кристен тоже не бедствует, и я люблю его. Это намного важнее.

— Ты изменилась, — заметила я.

— Я просто не показывала себя настоящую. Жизнь многому учит. Наш мир жесток. В нем выживают сильнейшие. Если показать слабину, сожрут и не подавятся.

— То есть ты самоутверждалась за мой счёт?

— Либо ты, либо тебя, — не стала отнекиваться землячка.

Глава 41

Раздался стук в дверь, и Маша подпрыгнула на кровати, на которой сидела. На ее лице расцвела счастливая улыбка, а глаза засверкали не хуже бриллиантов. Какой бы красавицей не была девушка, любовь делает ее ещё прекраснее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не говори ничего за меня, — предупредила я, прежде чем землянка распахнула дверь.

А вот тут уже и мои губы растянулись в улыбке. К нам пришел не только Кристен, но и Рейнальд. Он быстро наверстал разделявшее нас расстояние и заключил в крепкие объятия.

— Милая, как же тяжело видеть тебя, но не иметь возможности прикоснуться, — говорил он, покрывая мое лицо поцелуями.

Подобное приветствие становится традицией.

Все тревоги отступили прочь. Стало уютно и тепло. Далеко не сразу я вспомнила, что мы не одни в комнате, а когда отстранилась, оказалось, что уже одни.

— Ушли в комнату Кристена, — ответил Рейнальд на мой невысказанный вопрос. — Я, собственно, тоже за тобой.

— Зачем?

— Ты меня прости, но на этой кровати и одному тесно, а вдвоём мы здесь элементарно не поместимся.

— В тесноте, да не в обиде, — вспомнила земную пословицу.

— Единственный вариант уместиться здесь — сдвинуть кровати, но лучше пошли ко мне. Поверь, там удобнее.

Спорить не было смысла. Мне и вправду понравилось засыпать и просыпаться вместе. А их местные приличия… Я не отсюда, мне все можно. Вон Маша ушла и ничего.

Плюсами комнаты Рейнальда оказалась не только большая кровать, но мягкий матрас и ароматно пахнущее постельное. Это все я отметила мимолётно, прежде чем почувствовала на губах губы любимого.

Сегодня он был как изголодавшийся по ласке зверь. Его откровенные прикосновения туманили рассудок, оставляя лишь одно — желание… Желание довериться, отдаться в полную его власть и наконец завершить то, чего так жаждем мы оба. Поэтому, когда он с трудом отстранился тяжело дыша, я провела рукой по животу и спустилась ниже на этот раз не остановившись.

В нашем мире интернет позволяет изучить любую интересующую информацию. Однажды, мне стали любопытны значения слов непонятных в полном смысле. Тогда я, покраснев похлеще вареного рака, быстро пролистала картинки, но мозг устроен так, что может выдавать в нужный момент то, что некогда было прочитано. И в этот момент я была этому рада.

В любовных романах я всегда жутко стеснялась постельных сцен героев и не понимала, что может быть приятного в том, что несёт боль. Сегодня я поняла что. Да, боль не обошла и меня стороной, но ласковые касания и нежные успокаивающие поцелуи, быстро перерастающие в страстные, помогли отрешиться и погрузиться в новые невероятные ощущения, от которых внизу живота распускается цветок, а потом с судорогой фейерверком рассыпается на множество лепестков.

— Я люблю тебя, — сказал Рейнальд.

Нежности, прозвучавшей в голосе, хватило бы, чтобы затопить половину Земли. И я отчётливо поняла, что тоже люблю. Но ответить не успела. Потому что мужчина замер, но вовсе не из-за того, что ощутил тоже наслаждение, что и я.

— Ты ведьма? — спросил он неверующе.

— Там, откуда я родом, говорят, что все мы женщины чуточку ведьмы, — за наигранной веселостью, скрывался звериный ужас. Неужели я всё-таки ошиблась? Неужели доверилась зря?

— Судя по силе, которую ты в меня влила, не чуточку, — это было уже потрясённо. — Я думал, что вас не осталось.

— Как минимум одна ещё есть, — призналась со вздохом.

Тонуть так с музыкой и не в одиночку.

— Ты это о ком?

— Об Изабелле.

Он скатился с меня, лег на бок и приподнялся на локте. После чего зажёг неяркий магический огонек.

— Ты уверена? Она не обладает магией.

— Если б сама не видела, не говорила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Перед мысленным взором вспыхнуло кольцо пламени, и я повела плечами, чтобы скинуть наваждение. Судя по волне беспокойства, пришедшей от Рейнальда, это не укрылось от него. Вообще, что-то странное сейчас происходило между нами. Я чувствовала все его эмоции, как свои. Не так как раньше, острее. И это не походило на плод моей фантазии.