Шепот фиалок - Линда Мэдл

– Лорд Сикум и достопочтенный сэр Джордж Деррингтон сегодня не принимают.

– Будьте любезны, доложите обо мне. Возможно, на меня это не распространяется. – В ужасе от собственной настойчивости, Дориан затаила дыхание. Сердце колотилось так громко, что этот бешеный стук наверняка должны были услышать все слуги.

– Слушаю, мисс. – На лице дворецкого было написано сомнение.

Дориан подумала было, что он оставит ее дожидаться ответа на крыльце, но дворецкий сделал шаг в сторону, пропуская в холл Дориан и ее лакея.

– Прошу вас подождать здесь.

Дворецкий величавой поступью удалился по коридору в глубь дома, а лакей – его, кстати, нанял для сестры Дэвис – уставился в потолок, словно не желал иметь ничего общего с этой дамой, которая позволяет себе без надлежащего сопровождения приезжать к мужчине. Дориан была уверена, что лакей все доложит брату об этом визите. «Ну и плевать! – решила она. – Сейчас важно исправить то, что еще можно исправить. Только бы Николас был дома», – молилась она в душе. Ведь если его нет, значит… значит, он скорее всего продолжает поиски рукописи Франца, только теперь уже без нее. Дориан совсем сникла.

В доме витал слабый запах сигар и кожи и явственно ощущался консервативный вкус привыкшего к добротному уюту мужчины – повсюду медные светильники, деревянная обшивка стен, портреты предков и гравюры на военные темы.

Дориан вся превратилась в слух, но дом безмолвствовал; ни звуки шагов, ни мужские голоса не нарушали тишину.

Она уже начала жалеть о своем необдуманном порыве и готова была выскочить за дверь, когда в конце коридора возник Николас. Он спешно застегивал сюртук, а потемневший от беспокойства взгляд уже впился в Дориан:

– Что вы здесь делаете?

Дориан была до того рада его видеть, что и внимания не обратила на резкий тон и сомнительную вежливость приветствия.

– Я… понимаете, милорд… Мне было необходимо с вами встретиться.

Николас приблизился к ней. Дворецкий остановился у него за спиной.

– Надеюсь, ничего не случилось? – Нет. То есть… да. – Дориан не могла подобрать нужных слов. Ожидание встречи отнимало у нее все силы, и она не подумала заранее о том, что скажет, когда наконец увидит Николаса.

– Дэвис знает, что вы приехали сюда одна?

– Нет, – вынуждена была признаться Дориан. – Я надеялась, что ваш дядя будет дома.

– Дядя Джордж отправился с визитом к знакомым. – Предложив Дориан руку, Николас провел ее в гостиную и повернулся к дворецкому: – Чаю для мисс Сент-Джон. Пусть его принесет экономка.

Дождавшись момента, когда слуга удалился, Николас вновь обернулся к ней.

– И что же заставило вас в нарушение всех правил приехать ко мне? – по-прежнему без намека на улыбку спросил он у Дориан.

У нее возникло такое ощущение, словно ей предстоит шагнуть в пропасть. Сделав глубокий вдох, Дориан выпалила:

– Дело в том, милорд, что я, наверное, не совсем ясно выразилась… Боюсь, вы меня неправильно поняли во время нашего последнего разговора…

– Напротив. Вы выразились более чем ясно, – избегая ее взгляда, ответил Николас. Он помог ей снять накидку и жестом предложил садиться.

Дориан не двинулась с места.

– Этого-то я и боялась, – огорченно пробормотала она. – Я вас обидела!

Николас, протянув ее накидку дворецкому, так и застыл с поднятыми руками.

– Обидели?

– Умоляю простить мне привычку все обострять. Уверена, что тем вечером я выразилась слишком резко. Ваше великодушие застало меня врасплох. Нас не связывает истинное чувство, как это должно быть между женихом и невестой, но я очень надеюсь, что моя щепетильность не… в общем, я до глубины души вам благодарна за ваш благородный жест…

Несколько бесконечно долгих секунд Николас молча вглядывался в ее лицо.

– Значит ли это, что вы готовы изменить свое решение?

Дориан заколебалась. При всем желании вернуть расположение Николаса кольцо она принять не могла. Это было бы непорядочно.

– Нет, милорд. Я по-прежнему считаю, что это кольцо должна носить женщина, которой вы отдадите свое сердце.

Николас кивнул.

– Так я и думал.

– Я… вы на два дня исчезли, и я решила приехать и убедиться, что вы не посчитали мой отказ неблагодарностью. Поверьте, я высоко ценю ту честь, которой вы меня удостоили, преподнеся фамильное кольцо Сикумов!

С подносом, уставленным чайными принадлежностями, на пороге гостиной появилась экономка. Николас усадил Дориан на диван. Накрыв чайный столик, экономка устроилась в кресле у камина с вязанием в руках.

Дориан поднесла чашку к губам.

– Благодарю. Вы позаботились о дуэнье.

Лукавая улыбка, молнией промелькнув в глазах Николаса, вселила надежду в душу Дориан. Может, еще не все потеряно?

– Миссис Истис – премилая дама, преданнейшая служанка, но глуха, как фонарный столб. При ней мы можем совершенно свободно говорить о чем угодно… Мне очень жаль, если вас удручило мое отсутствие. Похоже, мы оба не догадывались, насколько непросто будет соблюсти все нюансы спектакля под названием «помолвка»… например, найти подходящую безделицу.

Услышав из его уст собственное легкомысленное определение, Дориан залилась краской.

– И все же вчера вечером я кое-чего добился. – Николас сунул руку в карман жилета. – Вот, взгляните, это куплено для вас – и только для вас.

С совершенно непроницаемым лицом он протянул ей золотой перстень с великолепным сапфиром классической огранки и россыпью мелких бриллиантов по бокам.

– Этот годится для обручального кольца?

Дориан готова была сгореть от стыда. Подумать только, до чего она дошла в своих подозрениях – решила, будто Николас разыскивает нотную рукопись. Без нее. А он искал обручальное кольцо. Для нее.

– Милорд, у меня нет слов.

Николас ответил довольной улыбкой и протянул руку. Щемящая тревога последних двух дней отпустила сердце Дориан. Она молча вложила дрожащие пальцы в его ладонь. Кольцо скользнуло на безымянный палец так, словно было создано специально для Дориан.

– Вы замерзли? – вдруг поднял голову Николас. – Руки ледяные. Да вы вся дрожите!

– Нет-нет, – поспешно возразила Дориан. – Вовсе нет. Я… я потрясена вашим щедрым подарком.

– А мне будет позволено поцеловать невесту?

Робкая улыбка тронула губы Дориан.

– Д-да, милорд, конечно. – Она закрыла глаза и подняла к нему лицо.

Губы Николаса прошлись по ее губам нежно, легко и очень быстро. Дориан разочарованно вскинула ресницы. Взгляд Николаса был прикован к ее рту.

– Н-ну… полагаю, мне пора… – пробормотала Дориан, отстраняясь.

– Разве? Это еще не все, радость моя. Иди ко мне, – шепнул Николас.