Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ) - Шаман Иван

– Позвольте, господин?! – низко склонившись попросил Ичиро.

– Едем вместе. – сказал я, нехотя оставляя тестя. – Даже не думайте умирать.

– Не увидев внуков? Да ни за что. – усмехнулся гигант. – Идите.

– Кавалерия вперед, остальные – прикрывать тылы. – приказал я, пуская Чибика галопом. Лев рыкнул, облизав черные губы в предвкушении добычи, и помчался вниз, по выжженному склону, свободному от деревьев. Внизу виднелись последние укрепления отрекшихся, стены, едва достигавшие пары метров. Частокол из заточенных колов, смотрящий прямо на нас.

Враги были готовы к схватке, жаждали ее бегая по стенам, но я совершенно не собирался терять войска на взятии укреплений.

Воздев руку вверх, я привычно создал образ огненного воина, нависающего над округой на добрых пять метров. Меч гиганта полыхал, не подчиняясь законам природы, и чем больше людей видели его огонь, тем сильнее он становился. Одним взмахом я срубил несколько метров копий и снес стену, освобождая путь для тяжелой кавалерии.

Кабаны, одетые в прочные деревянные доспехи, ворвались в пролом, разметав не готовых к подобному повороту событий воинов, но стоило войскам сойтись, и началась настоящая куча‑мала. К счастью цвета доспеха легко позволяли отличить своих от чужих. Воины противника, непривычные к сражению с всадниками, пытались нападать как всегда, биться один на один, но я уже выбил из своих солдат эту дурацкую привычку.

Пользуясь преимуществом высоты, кавалеристы били своими топорами и молотами на длинной рукояти, попадая в основном по головам. Врагам же приходилось вначале убивать животных, и стаскивать противника на землю. Всадники же не стеснялись отступать, и помогать союзникам, ударяя в спину отвлекшемуся врагу.

Даже измененные тела отрекшихся, имевших больший рост, хвост или дополнительную конечность, не давали им подавляющего преимущества. Сражение строя, против одиночек, быстро дало свои плоды, и отряды кавалерии с минимальными потерями продвигались вглубь укреплений, оставляя после себя втоптанные в землю трупы.

– Ян! Подлый трус! Выходи! – взревел Ичиро, рубящийся в первых рядах. После каждого взмаха едва заметного в лунном свете и огнях факелов меча в сторону отлетали обрубленные конечности и головы. – Прими свой последний бой как генерал, а не жалкая крыса!

– Хочешь боя?! Ты его получишь! И никакие призраки тебе не помогут! – выкрикнул в ответ Ян, появляясь на поле боя, окруженный огромными телохранителями, в которых я без труда узнал последних не сдавшихся лидеров беженцев.

Анубис с черной шкурой, достигший двух с половиной метров роста, сжимал в руке выгнутый полумесяцем меч. Горилла, поперек себя шире, из‑за своих шести рук больше похожая на паука чем на примата. Гиена, с горящим загривком, и пылающим хлыстом в лапах. Ползущая на длинном хвосте нага, с извивающимися на голове волосами – змеями.

– Я возьму на себя телохранителей, а ты займись братом. – сказал я, пуская вперед Чимбика, и активируя око урагана.

– Да. – без лишних слов подтвердил Ичиро, бросаясь на врага.

Использовать дух воина в общей мясорубке я не мог, не хватало еще собственные войска порубить, но в остальном никаких ограничений не было. Лев прыгнул на стоящего ближе всего Анубиса. Собачье чутье не подвело противника, он вскинул меч, в попытке защитить шею и одновременно поднял каменный столб преграждающий мне дорогу. Но только позволил тем самым взобраться льву выше.

Лезвие глевы со звоном откинуло меч противника в сторону, мощные челюсти Чимбика вонзились в горло измененного, и вырвали клок плоти. Кровь фонтаном хлынула наружу, но мне было не до того чтобы рассматривать врага. Огненный хлыст взвился в воздухе, пытаясь поймать остающуюся от нас тень. Но лев уже запрыгнул на гориллу.

Поднявшаяся на задние лапы тварь окутала кулаки ледяными шипами, ударив волной сосулек наугад, и Чимбик обиженно рыкнул, когда один из снарядов достал до его брюха. Черная тень упала на гориллу, и я немедля вонзил лезвие глефы в ее глаз, рассчитывая пробить череп насквозь. Тварь пошатнулась, но успела передними лапами перехватить лезвие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Держу! Бей по мне! – хрипя от боли крикнула шестилапая тварь, вцепившаяся в гриву Чимба. Лев, не выдержавший такого унижения боднул ее в грудь, пронзая рогами насквозь. А я, разделив глефу на меч и булаву, поймал огненный хлыст, заработав ожег на половину лица. Запахло горелыми волосами, но я старался не обращать на это внимание.

Нага, ориентируясь на звук боя и намотанный на булаву хлыст выпустила несколько стрел. Каждая размером с копье. Дернув за гриву, я заставил Чимбика отгородится от стрелка телом гориллы, и все снаряды попали в мохнатое тело, испустившее от жутких ранений последний дух. Лев взревел, повергая ближайших противников в ужас, и я отпустил оружие врага, спрыгнув на землю.

Обрадованная тем что видит меня нага тут же выстрелила вперед, но лишь развеяла появившиеся рядом призраки. Армия мертвых, созданная моей волей, бросилась вперед, нанося десятки неглубоких ранений лучнице. Тетива лопнула, перерубленная одним из ударов, и нага сама ринулась в атаку, жутко шипя.

Ее путь кончился спустя пару метров, с торчащим из горла лезвием копья, созданного мною из крови поверженных телохранителей. Не веря в собственную смерть нага еще несколько секунд скребла шею, в попытках остановить кровотечение и вдохнуть, но Чимбик прервал ее мучения, с хрустом сжав челюсти и ломая череп.

Оставшаяся в одиночестве гиена окружила себя стеной пламени. Ее хлыст молнией метался из стороны в сторону, развеивая призраков, но, когда последний из них пал, я просто воссоздал окруживший ее отряд. Моя ментальная сила наконец достигла десятого уровня, а благодаря близости хаоса я мог спокойно создавать призраков в неограниченном количестве.

– Сдавайтесь, и вам сохранят жизнь! – выкрикнул я, усиливая голос с помощью Юань‑ци, так что он прокатился по всему полю боя. – Бросьте оружие, встаньте на колени и поднимите руки. Вы останетесь живы и сможете искупить вину службой. Продолжите сражаться, и мы вырежем всех до единого.

– Лучше смерть чем жизнь в рабстве! – выкрикнула гиена, бросаясь вперед. Огненный хлыст прошел по широкой дуге, зачищая пространство, но это уже не имело значения. Ослепившая сама себя противница отвлеклась, размахивая оружием по сторонам, и пара кровавых шипов вонзилась ей в грудь. Маг захрипела, сделав шаг назад, огонь вокруг нее прижался к земле, и я шагнул в пламя, заканчивая схватку.

Лезвие глефы просвистело в воздухе. Раздалось кровавое бульканье, а в следующую секунду тело гиены с глухим стуком рухнуло на пропитанную кровью землю. Отрубленная головы, с высунутым языком, откатилась в сторону, и я позволил себе обернуться к остальным врагам.

Большинство схваток уже закончилось. Мы побеждали, а кавалерия доказала свою эффективность даже в ограниченном пространстве. Многие уже побросали оружие. Другие смотрели на своего лидера, стоявшего напротив спешившегося Ичиро. В воздухе над моим генералом отчетливо просматривался Тысячерукий. Оба брата готовились к последнему – решающему удару, и я не посмел вмешиваться в их дуэль.

Ян, старший брат, золотой герой более опытный и получивший дополнительную пару рук, за девять месяцев накопил мяса, и больше не выглядел больным. В каждой из ладоней он сжимал по мечу, одной парой нанося удары, а второй блокируя выпады противника. Сражайся он с кем угодно другим – его сопернику не повезло бы. Но сейчас преимущество было не на его стороне.

Прошедший со мной огонь и воду Ичиро вложил меч в ножны, сжавшись, как пружина, он был готов вложить все в один единственный удар. Едва достигший звания героя, младший брат должен был убить своего единокровного родственника, чтобы прекратить бессмысленную бойню.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Звуки окружающей битвы смолкли, напряжение нарастало. Стало слышно, как собираясь в лужу капает с наконечников копий кровь. Мгновение, и братья прыгнули на встречу друг другу. В свете луны сверкнули клинки. Ян победоносно крикнул, увидев, как его оружие отбивает атаку брата, а его собственные мечи вонзаются в упругую плоть. Но крик сменился хрипом.