Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович

– Твою ж мать! – Аллен бросился к целителю, тряхнул его за плечо, но тот даже не шевельнулся. Глаза его были абсолютно пустыми, ничего не выражающими. Барон тряхнул еще раз, но добился лишь того, что маг очень мягко, как мешок, завалился на бок. – Твою ж мать! Твою ж мать!

Молнии над головой девушки заблистали ярче, одна ударила в пол, оплавив и раскрошив отполированный за столетия камень. Один из осколков больно ударил Аллена по руке. С этим, похоже, срочно надо было что-то делать – процесс явно никто не контролировал. Как всегда в минуты опасности, Аллен думал и действовал быстро. В три широких шага он добрался до Ирмы, попытался тряхнуть ее, но тело девушки, казалось, окаменело и приросло к полу. Во всяком случае, с тем же успехом можно было попытаться раскачать памятник на столичной площади. Выругавшись, барон поднял глаза, внимательно посмотрел на пульсирующий столб света – и, по старой дворянской традиции решать проблемы силой оружия, рубанул его мечом.

Ничего не произошло. Поток фиолетового огня словно оплел клинок – и остановил его. Аллен дернул меч – и не смог его оторвать, оружие словно прилипло к свету, однако вокруг него клинок повернулся, будто смазанный маслом. Раз – и полоса стали коснулась второго луча.

Вначале руку, а потом и все тело свела судорога. Боли не было, но Аллен почувствовал, что не может пошевелиться. Даже сделать вдох он не мог. Сколько это продолжалось? Может, секунду, а может, и вечность. А потом его отшвырнуло назад, ударило о стену так, что остатки воздуха буквально вышибло из легких. Однако сознания он не потерял и видел, как бьющий из правой руки девушки луч словно оплел висящий в воздухе клинок тысячью призрачных светящихся нитей, а потом меч вспыхнул ярко-красным светом. И тут ударило!

Когда Аллен открыл глаза, то некоторое время видел только плавающие перед ними огненные круги. Царила полная тишина, и Аллен не сразу понял, что оглох. Ударило и впрямь сильно – из правого уха тонкой струйкой текла кровь. Зрение тоже вернулось лишь спустя несколько минут, и все же он пришел в себя и смог встать прежде, чем его товарищи. Все тело ломило, шея просто не поворачивалась, и для того, чтобы оглядеть зал, пришлось крутиться всем корпусом. Увиденное впечатляло.

Из трех окон не уцелело ни одного. Потолок покрылся черной копотью, факелы на стенах вмяло в камень. Как дерево можно загнать в гранитные глыбы, разум понимать отказывался, но так оно и было. Почему-то данный факт заинтересовал Аллена больше всего остального, и он потратил минуты две, тупо хихикая и пытаясь подцепить ногтем плотную деревяшку. Отрезвила его лишь боль, когда загнал щепку под ноготь. Выругался, зубами выдернул проклятую занозу и тут обнаружил, что вновь слышит. С трудом, будто через вату, но слышит. Именно этот факт окончательно вернул ясность восприятия, и Аллен вторично оглядел помещение.

Элтон по-прежнему лежал у стены, но глаза его уже начали приобретать осмысленное выражение. Ричард разогнулся и теперь сидел, тряся головой и очумело глядя вокруг. Ирма лежала, неловко подогнув ноги. Барон выругался сквозь зубы и на негнущихся от боли ногах двинулся к ней. Коснулся двумя пальцами шеи, ощутил биение пульса. Жива, демоны ее забери. Девушка застонала, и тут же была приведена в себя двумя смачными оплеухами. Глаза распахнулись, как по волшебству.

– Ч-что это было?

– Это я у тебя хочу спросить, – мрачно буркнул Аллен. – Встать можешь?

– Не знаю.

– А кто тогда знает?

С его помощью девушка смогла все же подняться на ноги, пошатнулась, но, опершись на стену, устояла. К тому моменту смог подняться и Ричард. Вид у оборотня был потрепанный, но глаза сверкали прежним жизнерадостным блеском. И взгляд его, что интересно, прямо-таки прилип к спине Ирмы. Аллен посмотрел… Лихо! Платье девушки разлетелось по шву от плеча и до бедра. Весьма соблазнительное, надо сказать, зрелище. Плюнув, барон стянул с себя практически не пострадавшую в магическом катаклизме куртку, и под неодобрительными взглядами товарища накинул ее девушке на плечи. Не то чтобы его как-то задевало, что на нее пялятся, но все же, все же…

Элтон смог встать на ноги лишь с помощью товарищей. С трудом откашлявшись и сплюнув на пол вязкую черную слюну, он тяжело помотал головой и поинтересовался:

– А что там, во дворе кричат?

Действительно, кричали… А остальные-то и не заметили. Ричард подошел к окну, высунулся по пояс, а потом повернулся и с кривой усмешкой ответил:

– Там из-за ваших экспериментов сеновал сгорел. Ну, так сказать, бордель закрылся…

Помимо сеновала результаты неосторожного обращения с магией наворотили не так уж и много. Выплеснувшиеся из окна пламя и молнии (во всяком случае, именно так это описывали слуги) ударили в основном по каменным стенам вокруг. Огонь, как говорили, стекал по ним, подобно горящей смоле. Очень похоже, так и было, во всяком случае, следы от потеков сохранились. Камни почернели, закоптились, но этим все и ограничилось, разве что все тот же злополучный сеновал… Набитый хорошо просушенным сеном, он полыхнул ярко и словно бы сам собой. И, кстати, насчет борделя Ричард попал в яблочко – полуодетый дружинник и совсем не одетая служанка оттуда буквально выпрыгнули. Хорошо еще, отделались сгоревшим платьем. Еще пострадал флюгер на одной из башен – молния буквально расплавила злополучную железяку.

У самих же участников действа, помимо ушибов и болящих, как после удара молотом, голов, обошлось практически без потерь. Порванное платье Ирмы не в счет. Правда, у Аллена еще около часа болели все мышцы, но и эта боль прошла, словно ее и не было. Сильнее всего досталось мечу, который почернел, словно был сделан из угля. Правда, больше никаких изменений в нем вроде бы не произошло, сталь как сталь. Во всяком случае, именно так авторитетно заверил Аллена Ричард, который долго крутил оружие в руках, пробовал согнуть, чуть ли не на зуб пробовал и, в конце концов, успокоился, хотя и выглядел при этом озадаченным. Барон не стал раздумывать над ерундой, привычным движением швырнул клинок в ножны и предложил пройти в какое-нибудь не столь пострадавшее место, дабы в спокойной обстановке разобраться, что здесь все-таки произошло.

Да уж, сделай людям добро – и оно к тебе обязательно вернется. Сядет на шею и ноги свесит, мрачно думал Аллен, шагая в сторону малой гостиной. Подобрал на свою голову двух соплюшек – теперь который год сплошные проблемы. И ведь не изменить уже ничего. Отец не зря говорил: ты можешь пройти мимо умирающего щенка – и никто тебя не осудит. Но если ты взял его – ты принял на себя ответственность за его жизнь и судьбу. Будь любезен, заботься. Отец, конечно, прав был, но как только вместо щенков оказывались живые люди… Боги, сколько же проблем из-за этого всегда сваливалось!

За окном догорали закат и сеновал, а в камине неярко тлели крупные, докрасна раскаленные угли. Язычки голубоватого, почти прозрачного пламени над головешками не давали, казалось, света, но заставляли призрачные тени метаться по углам и создавали неповторимую атмосферу тайны. Вот только еще одной тайны нам сейчас и не хватало, с легким раздражением подумал Аллен, опускаясь в кресло. Все мышцы ныли, словно барон весь день камни таскал, хотя в какой-то степени так и было – разговоры с чиновниками любого ранга выматывают сильнее физической работы. А тут еще эти хреновы магические эксперименты…

Остальные расселись кому где понравилось, даже Селеста, разбуженная грохотом, примчалась, и теперь отчаянно зевала на оккупированном диванчике. Разлеглась она на нем, кстати, очень грациозно, этакая пантера, утомленная домашними хлопотами. Халат, в который она закуталась, периодически весьма продуманно распахивался. Совсем чуть-чуть, но то, что ножки у магички очень даже ничего, Аллен отметить успел. Кстати, Ричард, занявший диван по соседству, вооружился кусочком угля и бумагой и стремительными движениями набрасывал рисунок. Аллен мог поклясться, кого изобразит оборотень и с большой долей вероятности предположить, в каком виде. Селеста делала вид, что не замечает творческой вспышки Ричарда, а может, и впрямь не замечала. Все же вымоталась девушка страшно.