Сага о копье: Омнибус. Том II - Маргарет Уэйс

— К сожалению, в округе не найдешь ни одного жреца, который мог бы излечить его.

Вождь развел руками:

— Тогда сам позаботься о нем, ты же вроде маг. Может, твои заклятия годны на что-то? Заплати нам и поступай как знаешь. У нас впереди еще много важных дел. Замок оказался полностью пустым, когда мы захватили его. А говорят, там была красотка…

Рыцарь зарычал, изо всех сил пытаясь подняться. Его рука бессильно зашарила по боку в поисках меча.

— Береги силы, — вставая, пнул юношу Акар. Настроение его стремительно улучшилось, он почти улыбался. — Вот ваша плата!

Дождь золотых монет посыпался под ноги вождю гоблинов. Тот настолько изумился перемене настроения мага, что открыл рот и изумленно воззрился на деньги.

— Эй, вы, подберите все! — наконец гаркнул он своим подчиненным.

Гоблины гурьбой кинулись исполнять приказ, а вождь с удивлением посматривал на человека, который стоит так дорого. Акар потерял к уродливым воинам интерес и вновь повернулся к рыцарю, который изо всех сил старался не показать слабости.

— Что тебе надо? — вновь прохрипел Николас.

— Этой ночью мне необходимо пролить кровь истинно верующего человека на мосту в Потерянную Цитадель. К сожалению, сэр рыцарь, ты прекрасно подходишь на эту роль. По крайней мере, все твои люди в этом уверены, а в наши дни это редкость, уверяю. А потом черные жрецы получат шанс вернуться обратно из Бездны…

— Я скоро умру, — улыбнулся рыцарь, — и рад, что не буду тебе полезным, хвала Паладайну.

— Не радуйся, сэр рыцарь. Моя магия достаточно сильна, хоть я и не смогу излечить тебя. Да честно, и не хочу. Представляю, сколько хлопот ты бы доставил всем, будучи здоровым. Но ты останешься живым до самой Потерянной Цитадели — это в моих силах, хоть и обойдется мне в год жизни. — Маг пожал плечами. — Но что с того? Когда я обрету власть, сравнимую с мощью Фистандантилуса, то легко верну этот год, да еще и с процентами!

Акар вскинул руки, пристально вглядываясь в голубое небо, туда, где плыла черная луна Нуитари, которую даровано было видеть только магам Ложи Черных Мантий.

— Мое желание таково: пусть рыцарь остается в живых, пока не встретит смерть от острия кинжала! — Маг выхватил собственный нож и поднял его к невидимым звездам. Темный металл на фоне неба внезапно вспыхнул бледным, холодным светом.

— Желание сбудется! — удовлетворенно расхохотался Акар.

— Нет! Паладайн, не допусти этого… Возьми мою жизнь, убей меня сейчас! — Рыцарь отчаянно пытался встать на ноги. Он разрывал на себе повязки, покачиваясь на носилках и пробуя ползти к лесу.

Акар неподвижно наблюдал за его попытками. Николас умудрился встать на колени, но тут силы полностью оставили его. Рыцарь с удовлетворением смотрел, как кровь хлещет на землю. Ужасная боль навалилась на него, и юноша приготовился умереть.

Но смерть не приходила.

Акар коротко свистнул, и к нему подбежала лошадь, запряженная в маленькую повозку, черная, как гоблинская кровь. Ее, собственно, так и звали. Маг нагнулся и, тяжело перевалив тело рыцаря через борт, неторопливо принялся связывать руки и ноги Николаса.

— Я, конечно, не думаю, что ты можешь причинить мне вред, — задумчиво проговорил он, — но вы, рыцари, — крепкая порода… Сожалею, что ничего не могу сделать для того, чтобы облегчить твою боль. Попробуй не стонать слишком громко — тут водятся весьма опасные существа. А нам еще надо найти Потерянную Цитадель…

Акар прыгнул в повозку и, дернув поводья, посмотрел в небо. Там стремительно промелькнула тень, и маг мог бы поклясться, что тень эта не простая. Он краем глаза вгляделся в солнечный свет и через некоторое время увидел искомое. Тень, заметная, только если смотреть под определенным углом, представляла собой широкую полосу тьмы, прорезающую лучи солнца. Все на земле, чего касалась тень, немедленно охватывало пламя, лес расступался, превращаясь в пепел и испуская удушливый ядовитый дым.

Акар фыркнул, сзади закашлялся сэр Николас. Когда дым немного рассеялся, унесенный северным ветром, маг увидел, какая ужасная дорога пролегла через лес.

— Нуитари, благослови, — пробормотал Акар, понукая лошадь ступить на выжженную землю.

Николь и Майкл легко шли по следу гоблинов… слишком легко. Армия уходила, оставляя за собой широкую просеку, по которой к горам катились телеги с добром. Гоблинам не было нужды скрывать свое присутствие, в они не опасались погони: у рыцарей в соседних замках свои заботы и слишком мало людей.

Майкл с тревогой посматривал на свежесрубленные деревья и раненых гоблинов, которых товарищи предпочли добить и бросить на дороге. Но никаких следов брата Николь.

— Миледи, если они действительно везут твоего брата, то сколько у нас шансов освободить его? Ведь гоблинов… не меньше сотни! — сокрушенно покачал головой Майкл.

— Тогда я достойно умру рядом с ним, — ответила Николь, поднимая голову от следа и привычным движением попытавшись отбросить волосы за спину. — Ты знал, с чем мы столкнемся, я предупредила тебя утром.

Майкл не хотел вспоминать о нынешнем утре: спросонок не узнав друг друга, оба непроизвольно схватились за оружие. Он хотел сказать девушке о решении покинуть ее, но не осмелился…

Тишина становилась тягостной, — несомненно, она тоже подумала об утреннем недоразумении.

— Николь… — начал целитель, пытаясь выразить то, что было у него на душе.

Девушка быстро отвернулась и с внезапной застенчивостью уставилась в землю.

— Ты слышал когда-нибудь, чтобы гоблины брали заложников, брат Майкл? — Она сделала особенный акцент на его звании.

Майкл вздохнул и устало покачал головой:

— Нет, никогда. Требуется много умения, чтобы в дальнейшем обменять пленных на выкуп, а гоблины думают только о грабеже и убийствах.

— Верно, но все-таки они преднамеренно похитили Николаса — его одного. Больше попыток увести в плен не было, а Джайлса убили… Почему?

— Значит, у них был приказ схватить твоего брата.

— Вот именно, Майкл! — Лицо Никель озарилось от этой мысли, она даже забыла про формальности в обращении. — Нападение на замок тоже было отвлекающим маневром, чтобы скрыть главную цель — захват Николаса. Значит, кто-то или что-то хочет получить его живым!

— Да, миледи, — согласился Майкл, думая о том, что, возможно, брату Николь следовало бы желать смерти.

Следующие несколько часов поисков не дали никаких результатов. Целитель надеялся уговорить Николь найти убежище в одном из соседних замков, чтобы сам он мог уехать…

— Майкл! — Возбужденный голос девушки прозвенел в воздухе как колокольчик.

Целитель поспешил через кусты к ней.

— Посмотри, посмотри на это! — Николь указывала на кровавое пятно в притоптанной траве. Кровь была красной и явно человеческой.

Прежде чем Майкл смог вымолвить хоть слово, девушка уже мчалась по новому следу, который отходил в сторону от основного пути отряда гоблинов. Он поспешил за ней, не зная, благодарить или проклинать Богов за этот неожиданный знак.

Они выскочили на поляну и замерли. Хотя солнце ярко сияло с небес, здесь ощущалось присутствие зла. Пальцы Николь бессильно сжимали эфес меча. Она посмотрела на Майкла и, поежившись, придвинулась ближе к целителю, которому тоже было не по себе в столь мрачном месте.

— О, Майкл, — отрывисто прошептала Николь, — где он? Что они с ним сделали? Я…

Внезапно она закричала — при виде большой лужи крови под кустом и обрывков грязных бинтов и повязок, которые сама наложила на раны брата. Девушка застонала и, закрыв лицо руками, начала оседать на землю. Майкл обнял ее, поддерживая.

— Миледи, нам нужно уходить отсюда! — Любовь Майкла жгла его разрывающееся сердце смертельным огнем. — Я провожу тебя до замка сэра Томаса, там безопасно.

— Нет! — Николь торопливо вытерла мокрые глаза и отодвинулась от него. — Я на мгновение допустила слабость. Просто это место так ужасно… — Она огляделась, содрогаясь, — Но Николаса тут нет, — продолжала девушка уже более мрачно и решительно. — Они должны были как-то везти его дальше…

Николь начала рассматривать следы на поляне и быстро обнаружила тележную колею вместе с новыми пятнами крови. Они пошли по ним и вскоре наткнулись на выжженную в лесу черную полосу. Майкл с ужасом смотрел на уничтоженные растения, и кровь стыла в его жилах.

— Такое чувство, словно мы через щелку заглянули в Бездну, — вымолвил он.

Николь была бледна как полотно, целитель видел, какая сильная дрожь бьет ее.

— Я не могу идти туда…

Ветер стонал в вершинах почерневших деревьев, словно издавая крики боли… и вдруг Майкл с ужасом понял, что это человеческий голос! Он оглянулся на девушку, надеясь, что та не услышит.

— Миледи, нам действительно надо убраться подальше от этого злого места.