"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

— А, корпоративная солидарность! я рад, что вовремя попал в реестр.

— Нет, просто нао щадит неопытных новичков.

Настал черёд Форта помрачнеть и замолчать.

— ...но ты заработал три благодарности, так что нарекание из личного дела вычеркнули.

Форт постоянно упускал из виду, что числится на службе кандидатом — наподобие солдата-стажёра — и состоит на довольствии; оказалось, на него уже завели табель л педантично вносят туда подвиги и ляпсусы.

— Не ожидал, что меня кто-нибудь похвалит. Сразу трое! что и кому я нечаянно сделал хорошего?

— Семья Родонов из корня Анда — ты отвадил их старшего сынка от подозрительной компании; от страха парень даже вступил в клуб диггеров, чтобы не видеться со старыми дружками. Затем от мужа Тими — благодарность за стремление её спасти.

После паузы Pax прибавил:

— Если б удалось — за заслугу тебя произвели бы в полные солдаты.

— А третий кто?

Pax не ответил.

Затем началось подводное плавание. Или подземное?.. короче, и то и другое вместе.

Нырять Форт не любил. При жизни у него была возможность записаться в секцию дайвинга, но он выбрал кружок «расширенного познания», где обещали за два года обучить методикам транса без всяких химических стимуляторов. Подумаешь, пятнадцать бассов в месяц — зато сможешь уходить в эфирный мир, не покидая квартиры. Один наладчик в фирме, много старше Албана, умел так делать — часок посидит как Будда, пропылесосит мозги от усталости, и снова свеж. Духовные методички Албан штудировал старательно, как технические справочники. Вход в Сияющий Эон казался ему чем-то вроде скачка космических судов, только с меньшими затратами. Овладеть катапультированием за грань миров он не успел, зато вскоре освоил квантовый переброс на «флэше».

Кто любил дайвинг — так это Альфер Даглас! До поступления в проект «Сефард» он вымучил у родителей абонемент на подводный спорт и истязал весь клуб дайверов — облачите меня, подключите меня, погрузите меня, я ведь немощный! И вдруг, отпетый и почивший в бозе, очнулся в новом теле. Едва ему позволили гулять по Баканару, Альф побежал к пруду. Как в воду вошёл, так с макушкой — удельный вес великоват. Побродив по дну, Альф вышел похожий на утопленника, вызванного на берег колдовством, — туфли чавкают, рожа унылая, изо рта вода льётся, на ушах водоросли. «Не пруд, а выгребная яма, — отчитался он с отвращением. — Банки, бутылки, нижнее бельё, дрянь всякая! тут что, каждый выходной устраивают пикник с дебошем?» Форт убедился, что под водой нет ничего хорошего. Значит, лазать туда незачем. И вот — пришлось!

— Отсюда, — деловито расписывал Pax, делая смелые пассы над траурно-чёрной водой, мерцающей бликами на дне провала, — мы опустимся на семь саженей и перейдём в сифон. Течение там сильное, может закрутить. Всего пятнадцать саженей с уклоном вниз. Так мы окажемся в пещере Водоворотного Стока. Очень красивое место.

— Обязательно полюбуюсь. — Форт заставил себя заглянуть в провал. Что ужасней — высота или глубина?.. здесь обе опасности слились в одну.

У подземелья есть свои тайники и гробницы. Люди ходят по поверхности, не догадываясь, что в каких-нибудь пятидесяти метрах под травой в полной тьме струятся реки, содрогаются своды и гремят обвалы, растут гипсовые и соляные колонны. Вековая борьба воды и камня вырезает в земной толще бассейны кристальных озёр и необъятные пещеры — дворцовые залы Владыки Тьмы, где отчаянные спелеологи крадутся и ползут, как тайком забравшиеся в чужой дом воришки. Не для людей эти места. Когда хозяин сочтёт, что чертоги готовы, он войдёт сюда л воссядет на каменный трон под балдахином сталактитов.

— Потом будет тоннель Кривая Кишка, его пройти нетрудно. В зале Адских Челюстей передохнём и закусим. Оттуда поплывём на надувной лодке — река Путь Злых Смертей приведёт нас в Слепую пещеру, там мы свернём и Проточный лаз. Маршрут извилистый, зато надёжный — выйдем прямо в Отхожее Жерло, это один из ассенизационных коллекторов Аламбука. Главное — оказаться там во время днёвки, когда чёрная братва дрыхнет, а рабы перестают таскать к Жерлу вагонетки. Мы поднимемся из Жерла незаметно, его никто не сторожит.

— Ещё бы его сторожили! Выставлять караул у помойки — рафинированное пижонство. А нас не отследят по запаху? я так понял, остаток пути мы пройдём не в воде.

— Увы, придётся поплавать в отбросах.

— Надеюсь, возвращаться будем не через Жерло.

— В Аламбуке кое-кто работает на нас. Они подготовят путь отхода.

— Ты уверен — они ничего не напутают? Им сообщили, что я вешу сто семь килограммов?.. э-э, то есть два кентаря и пять восьмериков? и что я тяжелее воды?

— Именно так я велел передать, — успокоил Pax.

Вздохнув от тяжести сомнений, Форт потрогал миниатюрный гравитор, закреплённый спереди на сбруе акваланга. Машинка сильно уступала ранцевому варианту и обеспечивала всего несколько часов частичной плавучести, то есть путь в одну сторону. Без этого устройства Форт плавал как наковальня.

Встав в ластах на край бездны в обнимку с непромокаемым тюком снаряжения, Pax кивнул и канул вниз. Вода в провале охнула и забурлила; потом голова Раха, словно поплавок, показалась над волнующимся водяным зеркалом, блеснуло стекло его маски и раздался крик:

— Теперь прыгай! я отплыл!

«Легче в космос на стуле взлететь! — застонал Форт. — О, почему мне страшно?! почему я никогда не лазал в ямы, не рыл подкопы и не стремился в подвал? Потому что это ненормально! Пусть мне не говорят, что внизу чисто, мёртво и спокойно. Мне туда не пора! Может, вернуться? Нет уж, отступать поздно. Зачем я вызвался, зачем шумел на совете? почему я не подумал, что понадобится плыть по рекам, которых нет и которые текут в клоаку? Всё, хватит!.. с меня довольно! Контракт не учитывал чрезвычайный риск, я буду требовать прибавки!»

После этих невысказанных слов Форт мысленно воззвал к богу и сиганул вслед за Рахом. Он не успел поклясться что-нибудь пожертвовать церкви, как полёт закончился. Толчок включившегося гравиполя и гроздья пузырей кругом. Невидимые в прозрачной воде конические лучи фонарей, отражаясь от стен, наполняли всё вокруг мягким таинственным свечением. Гидроакустический телефон скрипнул, крякнул, и Pax заговорил неземным голосом:

— Порядок?.. Тогда следуй за мной по ходовому концу. Моя метка — треугольник голубых огней. Остальные метки — это глаза викусов, не гляди на них. Поплыли.

Отрегулировав плавучесть, Форт осознал, что гнетущее ощущение глубокого подземелья и зловещего колодца быстро исчезает. Вода была настолько чиста, что плывущий впереди Pax казался парящим в воздухе на фоне драпировки из причудливых бледно-лиловых водорослей. Ядовито-жёлтый ходовой конец, изгибаясь, уходил вниз — свет фонаря легко проникал вглубь, где плавно шевелился молочный туман. Что это?.. Поперёк колодезного ствола торопливо проскользнула извивающаяся белёсая тень, за ней другая... между слабо колеблющимися прядями водорослей стремительно сновали какие-то существа — то мелкие, прозрачно-розовые, то величиной с ладонь, чёрные и блестящие. Хвостатый викус — Форт разглядел выпученные бирюзовые глаза и широкую белую пасть — схватил чёрного плавунца и поспешил скрыться, а добыча ещё дёргала ногами у него во рту.

Навыки работы в невесомости и сопротивление воды сложились в расчётном секторе мозга как схема эргономически выгодных движений. Ориентируясь по ходовому концу и голубому треугольнику, Форт перешёл на свободное падение. Он опускался мимо зияющих входов в боковые отнорки — а может, в огромные пещеры, — различая каждую трещинку на стенах.

Pax рассказывал, что карты естественных подземных переходов и пещер вне града, а тем более вне периметра, приравнены в Эрке к государственным секретам. Сколько пещерных рек, озёр и карстовых каверн разведано — знают одни военные и безопасники. Сотки вёрст тайных тоннелей, ведущих во все стороны; речные потоки, уходящие на север к океану... Сюда проникают и разведчики из Аламбука — ищут лазейки в град, присматривают места водозабора и удобные пещеры для стоянок. Стычки градских и чёрных разведгрупп беспощадны.