Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

По обыкновению, первым ответил Немиэль:

— Стоя в кругу, каждый воин способен защищать своего соседа слева. Это классический оборонительный строй, используемый при значительном численном превосходстве противника.

— Правильно, Немиэль, — одобрил Амадис. — А зачем нужен внутренний круг?

На этот раз отвечал Захариэль:

— При наличии внутреннего круга оборона намного эффективнее. Такова старинная боевая доктрина Калибана.

— Верно, — снова согласился Амадис. — Идея двух концентрических кругов неизменно была на вооружении всех крупных рыцарских сообществ Калибана. Внутренний круг, направляющий и координирующий действия воинов наружной обороны, предотвращает возникновение разрывов. А теперь — атакуйте!

Младшие воспитанники бросились в нападение на своих старших товарищей, щедро рассыпая колющие и режущие удары деревянными мечами. Мальчики в оборонительном круге отражали удары противников с мастерством, достигнутым за годы постоянных тренировок, но атакующих было втрое больше, чем защитников, так что некоторые выпады все же достигали цели.

Захариэль смотрел, как с хирургической точностью разворачивается битва. Они с Немиэлем, все время оставаясь спиной к спине, поворачивались в кругу и своими ударами предотвращали любые возможности возникновения бреши. Стук и лязг мечей продолжался десять минут, но в оборонительном круге не появилось ни малейшей трещины.

Амадис выкрикнул имена «убитых», и те захромали в сторону от сражавшихся, ощупывая ссадины и ушибы и испытывая немалый стыд, а оборонительный круг снова замкнул линию. Захариэль наносил удары младшим воспитанникам, грозившим прорвать оборону, и Немиэль за его спиной тоже не отставал. Схватка продолжалась еще пятнадцать минут, но круг защитников держался все так же стойко. Затем Амадис объявил конец боя.

В напряженной схватке, требующей большого напряжения сил, и Немиэль, и Захариэль насквозь промокли от пота. Биться столько времени с такой интенсивностью было всегда тяжело, но сражение во внутреннем круге буквально изматывало.

Брат Амадис подошел к измученным воспитанникам.

— Теперь вам должно быть понятно, насколько усиливается оборона при наличии внутреннего круга. Помните об этом, когда настанет время отправляться на бой, и вы никогда не проиграете. Возможно, это звучит банально, но поодиночке мы слабы, а вместе — сильны. Каждый из вас рано или поздно столкнется с врагами, и, если вы не сможете безоглядно доверять своему брату, вы пропали. Братские узы имеют значение только в тех случаях, когда они крепки, как железо. Стоит только на мгновение усомниться в поддержке своих товарищей, круг в тот же миг разорвется и вы погибнете. Разойдись!

Воспитанники поднялись с каменного пола тренировочного зала и разошлись, поднимая на ходу полотенца, ощупывая уставшие и изрядно побитые руки и ноги.

Немиэль рукавом вытер со лба пот.

— Схватка была напряженной, и никто не допускал ошибок.

Захариэль, слишком уставший, чтобы отвечать, слабо кивнул.

— А он здорово нас гоняет, — продолжал Немиэль. — Как ты думаешь, нам и вправду скоро предстоит вступить в бой, а?

— Кто знает, — наконец ответил Захариэль. — Все может быть. Сегодня к вечеру должны прибыть представители рыцарей Волка, и если все, что я слышал, правда, нам действительно скоро грозит война.

— С Братством Волка? — спросил Аттиас, подошедший с неизменным блокнотом в руке.

— Так я слышал, — кивнул Захариэль.

— Ты записал все, что говорил брат Амадис? — спросил Немиэль, заметив приближающегося Элиата.

— Все, — кивнул Аттиас, — за исключением пары слов.

— Если бы ты больше практиковался с мечами, а не с книжками, ты бы успешнее отражал атаки, — заметил Элиат, но в его словах не было и намека на злобу, а только дружеская насмешка.

— А если бы ты был не таким толстым, то успешнее уклонялся бы от ударов.

Мальчики рассмеялись знакомым шуткам, совершенно не сердясь друг на друга. Прошел уже год после нападения крылатого чудовища, и они переросли детскую вражду, когда-то разделявшую их, а совместно пережитые испытания сплотили этих четверых и укрепили дружбу.

Аттиас превратился в миловидного высокого и широкоплечего парня, на руках и ногах у него от постоянных тренировок бугрились крепкие мускулы. Элиат все еще был самым крупным и самым сильным из них, а в его массивном теле давно не осталось ни капли жира, но он по-прежнему оставался самым медлительным из четверых.

— Нет, серьезно, вы считаете, что у нас может начаться война с рыцарями Волка? — спросил Аттиас.

— Я не знаю, все может быть, — уклончиво ответил Захариэль, уже жалея, что поднял эту тему.

Брат Амадис рассказал ему, что в крепость Алдарух направляется лорд Сартана из Братства Волка с намерением выразить протест Ордену за нарушение границ Северной Чащи. Хотя никто не просил Захариэля держать эти новости при себе, поделившись с друзьями, он чувствовал себя чуть ли не предателем.

— Захариэль, Немиэль, быстро приведите себя в порядок, и через пятнадцать минут я жду вас в своей комнате. Полная форма: стихарь, оружие и церемониальное одеяние.

Мальчики удивленно переглянулись, затем уставились на брата Амадиса.

— Сэр, — спросил Немиэль, — что происходит?

— Лев пожелал, чтобы лорд Сартана увидел в Круглом Зале наших лучших претендентов, а это вы двое. А теперь поторопитесь и не тратьте время попусту. Пошевеливайтесь!

Захариэль и Немиэль остановились у края возвышения Круглого Зала и беспокойно переминались с ноги на ногу. Несколько минут назад они вслед за братом Амадисом вошли внутрь и ощущали такое сильное беспокойство, что даже не оценили представившийся случай пройти через западные Монастырские Врата.

Для рядовых членов были предназначены входы в верхней части зала, ведущие на галерею, а входить через Монастырские Врата имели право только старшие рыцари. В обычных случаях претенденты и все остальные, ниже рангом, чем полноправный рыцарь, входили сверху и рассаживались там на каменных скамьях, но в сегодняшнем случае вождями Ордена было дано специальное разрешение.

Коридоры и залы Алдаруха кипели бурной деятельностью, и маленькая группа на своем пути встретила немало рыцарей, слуг и претендентов, спешивших куда-то по срочным поручениям для подготовки к прибытию лорда Сартаны.

В самом Круглом Зале от самых дверей были вывешены очищенные от пыли церемониальные знамена, а боевые, отмеченные красными полосами, заменены на флаги с символами братства и содружества, напоминавшие о легендарном прошлом.

Каменные скамьи вокруг центральной площадки уже заполнялись рыцарями в парадных одеяниях, но других претендентов, кроме тех, кто сопровождал старших рыцарей, не было.

— А что, этот Сартана и впрямь такая важная личность? — спросил Немиэль едва слышным шепотом, помня об отличной акустике зала.

— Наверное, — кивнул Захариэль. — Он один из самых старших рыцарей Братства Волка.

— А я думал, что они уже почти вымерли, разве нет?

— Нет, — ответил Захариэль. — Хотя их число по сравнению с прошлыми веками значительно сократилось.

— А что с ними произошло?

Захариэль мысленно обратился к разговору между сенешалями, услышанному им в первые годы после вступления в Орден.

— Они выступали против кампании по освобождению Калибана от великих зверей и удалились в свою крепость, пока Орден с союзниками очищал леса. Я слышал, что значительная часть рыцарей Волка и претендентов, увидев, насколько успешно продвигается поход, отступились от Братства и присоединились к Ордену.

— Они покинули своих братьев? — удивился Немиэль.

— Так говорят, — подтвердил Захариэль. — И мне думается, для Братства Волка тогда наступили тяжелые и безрадостные времена, поскольку поток претендентов сократился до малой горсточки. Через несколько лет перед рыцарями Волка возникла реальная угроза сокращения численности до такой степени, что Братство могло перестать считаться настоящим рыцарским орденом.

— Как печально, — сказал Немиэль, — оказаться на грани забвения не в славной битве или героической гибели, а из-за того, что твои взгляды устарели.

— Не торопитесь списывать их со счетов, — сказал брат Амадис, наклонившись над мальчиками. — Силы загнанного в угол зверя проявляются с удвоенной энергией.

— Брат Амадис, у меня есть вопрос, — обратился к нему Немиэль.

— Да? Говори, только поскорее, лорд Сартана вот-вот появится.

— Мне кажется, я понимаю, почему мы здесь оказались, — заговорил Немиэль. — То есть я думаю, это немного дерзко — демонстрировать лорду Сартане претендентов Ордена.

Амадис усмехнулся: