Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Остались Галад и его люди.

Перрин мог видеть, как колебались они перед пропастью, хоть и не мог учуять этого. Прежде некоторые из них отказывались от Исцеления Айз Седай.

— Ну? – спросил Перрин. – Вы потребовали взять вас в это место. Идите сейчас или оставайтесь во тьме.

Галад пошел первым. Перрин кивнул ему, как только тот оказался на другой стороне. На этот раз от Галада пахло тревогой.

Что ты там говорил? – спросил Перрин. - Единая сила – просто еще один инструмент?

— Возможно слово «просто» было поспешным, - ответил Галад, оглядываясь на мост из Воздуха, когда его начал пересекать Борнхальд. – Инструмент, да. Но то же самое можно сказать про огонь, и мне не слишком нравится идти, имея такую пропасть под ногами.

Перрин хмыкнул.

— Ну, пока…

Внизу что-то затрещало.

Перрин не колебался. Вытянув вперед руки, он бросился к Борнхальду, который почти добрался до цели. В ужасе, молодой человек уставился на свои ноги, когда камень рядом с Перрином обрушилась, отправляя Борнхальда во тьму.

Перрин схватил юношу за ворот рубахи, но движение заставило его застыть, опасно раскачиваясь, на полпути к пропасти. Он зарычал, крепче вцепившись в Борнхальда, который кричал, протягивая вверх руки. Юноша поймал руку Перрина, лишая того равновесия.

Перрин встретил взгляд Борнхальда. И не отпустил.

— Свет! – воскликнул Галад, хватая Перрина и вытягивая его в вертикальное положение. Борнхальд, раскачиваясь, висел над пропастью. Импульс движения почти утянул вниз всех троих, но, спустя, казалось, вечность, что-то схватило их, - что-то невидимое, - и толкнуло обратно на каменный мост.

Втроем, они повалились в кучу. Борнхальд задыхался и почти плакал. Сев, Галад потер руку, которую ударил при падении. Перрин глубоко вздохнул и сел. Он начал было благодарить Айз Седай и Мудрых за спасшие их потоки Воздуха.

Затем, он увидел Ниалда, стоящего на расстоянии вытянутой руки.

— Кровь и кровавый пепел, лорд Перрин! – сказал он. – Да простит меня Свет! Я почти вас упустил. Я ничего не слышал, пока Борнхальд не закричал!

— Все хорошо, Фагер, - сказал Перрин, вставая и отряхиваясь, - в основном из-за желания двигаться, чтобы не трястись. – Ты спас нам жизнь.

— Ты быстро среагировал, лорд Айбарра, - сказал Галад, когда Перрин помог ему подняться. – Как у тебя получилось?

— Услышал, как камень треснул, - ответил Перрин. – Вот и все.

— Я ничего не слышал, - покачал головой Галад. – Этот волчий слух… Может ли этому научиться другой человек?

Перрин обнаружил себя стоящим, открыв рот.

— Ты? Ты хочешь научиться ЭТОМУ?

— Изучение твоих талантов поможет мне определить, служат ли они Свету, - ответил Галад совершенно рационально. – Я понял, что волки не служат Темному.

По крайней мере, у меня нет доказательств обратного. Я – пока - не вижу ничего плохого в человеке, который учится тому, что делаешь ты.

— Сомневаюсь, что ты понравишься волкам, - сказал Перрин, а затем обнаружил, что посмеивается, несмотря на тьму и пережитое падение. Его проклинали, на него охотились, его боялись из-за глаз. Но никто и никогда не спрашивал, можно ли стать на него похожим. Теперь кто-то спросил. И никак не меньше, чем Белоплащник!

Галад присел на корточки рядом с Борнхальдом.

— Ты в порядке, Дейн?

— Я… Да, Лорд Капитан. Думаю, что да… Думаю, я буду в порядке.

Юноша потянулся к фляге за поясом. Галад позволил ему сделать один глоток, а затем осторожно забрал флягу и бросил за край моста.

Дейн смотрел, как та летит вниз. От него пахло ужасом. Но Перрин покачивал головой с веселым удивлением. Галад всегда был последовательным.

Галад помог Борнхальду подняться на ноги.

— Я присмотрю за ним до конца моста. Кто-то должен идти рядом. Но сначала… Он повернулся к сломанному мосту, туда, где Белоплащники стояли Айз Седай и Эдарра.

— Ну? – крикнул он. – Можете сделать еще один?

— Можем, - крикнула в ответ Эдарра.

— Делайте! – крикнул он, вероятно, ради своих людей. – Чтобы напугать Детей Света требуется что-нибудь посерьезнее страха смерти. Даже в этом месте мы будем идти в Свете, Айил.

Кивнув Перрину, Галад двинулся вперед, держа в одной руке фонарь, а другую положив на явно дрожащее плечо Борнхальда.

Свет, да не столкнемся мы больше с обрывами, - думал Перрин, пока остальные Дети Света по одному пересекали новый мост. Он сомневался, что им удалось бы уговорить Борнхальда перейти еще один.

Глава 4. Прикосновение кузнеца

— Бояться – это нормально, - сказал Перрин.

Борнхальд поднял голову. Он сидел на краю ореола света.

Вокруг них, отряд разбивал лагерь, чтобы провести в Путях свою первую «ночь». Камень в этом месте казался не таким разрушенным, как другие, и Перрин попытался представить Пути, как их описывал Лойал – яркими и освещенными солнцем. Местом жизни и тепла. Стоило ему это вообразить, и тьма была тут как тут. Вторгаясь, как, казалось, хотела она вторгнуться в их лагерь, шныряя за линией света.

Чтобы сдержать её, люди расставили по кругу фонари. Внутри этого кольца они раскладывали свои постели и получали от Арганды расписание смен дозорных. Было примечательно, что все, казалось, пребывали в хорошем настроении, приспосабливаясь к мраку этого места. И хотя по приказу Перрина все говорили тихо, во время приготовления ко сну некоторые майенцы и гаэлданцы посмеивались, обмениваясь дружелюбными остротами.

Перрин улыбнулся, радуясь, что хотя бы эти две группы ладят друг с другом. Что было еще более примечательным – несколько Белоплащников также присоединились к ним, смеясь над какой-то шуткой. Возможно ли, что даже эти суровые люди способны найти с другими общий язык?

Борнхальд, однако, не был в их числе. Молодой тарабонец сидел в одиночестве. Его худоба казалась естественной, но за время пребывания в лагере Перрина юноша почти превратился в скелет.

— Мне не страшно, - выпалил Борнхальд, откусывая кусок хлеба.

Перрин сел, заслуживая пристальный взгляд.

— Слушай, - тихо сказал Перрин. – У нас есть разногласия, но сейчас ты находишься под моим командованием. Последняя Битва на носу. На обиды просто больше нет времени.

Борнхальд продолжал есть.

— Это из-за отца? – спросил Перрин. – Джефрам…

— Не надо, - остановил его Борнхальд. Глубоко вздохнув, юноша продолжил. – Не произноси его имя. Просто… не надо. Прошу. Он тут не причем.

— Тогда – Байяр?

— Мне не нужно твоей помощи, Перрин Айбарра, - ответил Борнхальд. – И твоего сочувствия. Я присмотрю за собой. Оставь