Смерть — единственный конец для злодейки - Гёыль Квон

class="p1">Когда я увидела их страдания, мне стало жалко себя.

- Может, спустимся к водопаду и еще немного поищем?

- Хорошо. Не похоже, что она в лесу, так что давайте обойдем округу.

- Ха... Но, Ваше Величество. Скорое стемнеет... Что, если это похищение?

Когда я повернулась, плачущая няня начала нагнетать обстановку, навоображав себе что-то.

- Кто может причинить вред принцессе в императорском дворце? Скорее это преступники станут её жертвами.

Однако, когда я услышала слово "похищение", мне стало не по себе.

'Что на самом деле с тобой случилось?'

Я решила вернуться во дворец принцессы, и мои шаги ускорились.

Закусив губу, я раздумывала о людях, которые могли навредить ребенку в императорском дворце.

'Граф Ханнес?'

Некоторые консервативные аристократы выступили против желания императора передать трон принцессе.

По причине того, что Джудит - девочка.

'Нет, у его сторонников нет такой власти.'

Я быстро покачала головой.

Это был всего лишь легкий ропот. Одного слова Каллисто было достаточно, чтобы навсегда оборвать жужжание этих мух.

У них никак не могло хватить смелости на вторжение в императорский дворец или наем убийц, достаточно профессиональных, чтобы нанести вред нашему ребенку.

'Или это мятежники?'

Прошло уже восемь лет с тех пор, как Каллисто взошел на престол.

Большинство стран, которые он завоевал во время своего бытия в качестве наследного принца, стали частью империи.

Но в некоторых районах часто возникают конфликты из-за недовольства населения, поэтому восстания имели место быть.

'Однако пробиться через барьер и войти во дворец непросто.'

Барьер, висящий над всем дворцом, был связан с императором.

Пока Каллисто был здоров, вероятность повреждения защиты оставалась чрезвычайно низкой.

Даже если бы кто-то попытался вторгнуться, это не осталось бы незамеченным ни дворцовыми волшебниками, ни императором.

Восемь лет назад Лейла в теле Ивонны легко захватила дворец, потому что убила императора, когда Каллисто отсутствовал.

'Не может же быть... что Лейла все еще жива?'

Когда я подумала об этом, мое сердце сжалось.

Хотя артефактов для промывания мозгов больше нет, Лейла наверняка попытается проникнуть в Императорский дворец любой ценой.

'Она легко может выбрать объектом мести нашего маленького и нежного ребенка…!'

- Ва-ваше Величество! Вы так упадете. Мы пойдем первыми, поэтому, пожалуйста, идите медленно, хорошо?

К тому времени, как показался шпиль дворца, я почти бежала.

Горничная пыталась меня остановить, но я ее не слышала.

'Черт, нужно было взять карету.'

На протяжении пересечения всего переднего двора моя голова была забита мыслями, как дать Каллисто знать об этом и мобилизовать всех стражников.

Из-за этого я не заметила камень на своем пути.

Когда я поняла, что наступила на юбку, мое тело уже наклонилось вперед.

- А..!

- Ах! Ва-ваше Величество императрица!

Земля приближалась.

Горничные, бегущие за мной, закричали.

- Императрица!

И кто-то с силой потянул меня на себя.

Придя в себя, я оказалась лицом перед чьей-то грудью.

Моего носа коснулся знакомый запах.

Подняв глаза, я увидела золотые волосы, окрашенные в красный закатным солнцем.

Это был Каллисто.

- Ты чуть не поранилась. Почему ты выбегаешь прямо из-за угла?

При виде его беспокойства у меня потемнело в глазах.

- Ваше Величество. Джудит, наша малышка пропала...!

Когда я, пытаясь сдержать слезы, сообщила о пропаже ребенка.

- Умх...

Меня вдруг коснулось что-то теплое и извивающееся.

Я опустила голову. Девочка, которую я искала, спала на руках Каллисто.

Она металась и вертелась, слегка нахмурившись, как будто ей не нравилось быть зажатой между нами.

От активных движений изящные золотые крылышки, высунувшиеся из рук Каллисто, затрепетали.

- Ха...

У меня вырвался вздох облегчения.

К счастью, опасения, которые возникали у меня на протяжении всего моего пути во дворец принцессы, были напрасными.

В этот момент я почувствовала слабость в ногах и пошатнулась. Каллисто вновь обнял меня, щелкнув языком:

- Тц. Ты снова ранила сердце своей матери.

- Где... где вы её нашли?

- Под дворцом Солнца.

- Что?

Я широко открыла рот. Выбранное ею место для пряток поражало воображение.

- Как, черт возьми, она туда попала…? Он же запечатан магией.

Под дворцом солнца было спрятано тело дракона, а также всевозможные зачарованные сокровища.

Вот почему я наложила на него мощное запечатывающее заклинание, чтобы никто другой не мог получить к нему доступ, кроме императора с печатью...

- Маркиз Верданди сказал, что она, похоже, сломала печать.

Каллисто спокойно сообщил о зверствах ребенка.

- Я смог найти её только потому, что у меня был ключ.

У меня закружилась голова, и я схватилась за лоб.

Мое сердце болело из-за ребенка, постоянно совершающего нечто поистине выдающееся.

Однако я не могла будить спящую девочку, чтобы отругать ее.

Не потому что она мое дитя, а потому что она действительно прекрасная, как ангел, когда молчит.

- В кого она пошла? Не слишком ли от неё много проблем?

В конце концов, вместо того, чтобы рассердиться, я нежно погладила её по щеке и вздохнула.

Каллисто пожал плечами:

- Не в меня.

- И не в меня.

- Ну, в это трудно поверить, учитывая все неприятности, в которые мы попадали до свадьбы.

- Ха. Кто вы, черт возьми, такой, чтобы это говорить…!

Мы как обычно перекидывались колкостями.

Когда я вошла во дворец и добралась до детской комнаты, мое одеревеневшее от напряжения тело наконец расслабилось.

- Вам всем пришлось нелегко.

- Нет, Ваше Величество. Я рада, что принцесса не заболела.

- На сегодня достаточно, можешь вернуться и отдохнуть.

Каллисто уложил ребенка на кровать, отдав должное тем, кто искал ее до поздней ночи.

Подойдя к нему, я внезапно обнаружила, что его волосы сзади стояли дыбом и мерцали.

- Джудит снова дергала вас за волосы?

Сидя на кровати напротив меня, Каллисто, гладивший морщащуюся девочку, подмигнул мне:

- Кажется, ей не понравилось, что я силой утащил её.

Я нахмурилась.

Это было совсем не похоже на него, но Каллисто был слаб, когда дело касалось Джудит.

Поэтому, хотя обычно она была милым ребенком, она часто жестоко обращалась со своим отцом.

- Вам следовало отругать ее, чтобы она этого не делала.

- От того, что она больше не покажется мне на глаза, обидевшись на меня, проиграю лишь я.

- Она жестока, потому что вы чрезмерно снисходительны к ней.

- Ты слишком сурова с ней.

- Видимо, вам пора в отставку.

Я хотела дать своему чаду всю нашу власть и богатство.

Так и должно было быть.

Но я