Верь мне! - Джин Реник

— Элениум, — выдавила она.

Через несколько минут Элисон заметно успокоилась.

Непроглядная тьма опустилась на холмы и джунгли, настоящая экваториальная ночь; их шепот отдавался эхом в огромной пещере, когда они обсуждали сложившуюся ситуацию, глядя на колечко тусклого света, исходящего из маленького фонарика.

— Предположим, миссис Рейз не заметит нашего исчезновения до позднего вечера, пока не убедится, что мы не вернулись, — сказал он задумчиво.

— Она может решить, что сломалась машина или что мы по каким-то своим причинам заночевали на месте…

— Именно так она и подумает. К тому же вся наша группа уехала в двухдневную экскурсию на риф, а Райдер отправился в Белиз-Сити, — Зекери размышлял вслух. — Итак в лучшем случае они хватятся нас, когда вернутся в отель с прогулки на риф, и миссис Рейз сообщит им, что нас до сих пор нет.

— Это произойдет не раньше, чем через 36 часов…

Он ломал голову, пытаясь понять, в какую именно переделку они попали.

— Может быть, Луизита — наводчица, и ее дружки преследуют нас, чтобы ограбить? Господи, неужели в этой части света нет телефонов!

Элисон не согласилась с ним.

— Я не думаю, чтобы миссис Рейз рисковала своим бизнесом, вступив в сговор с преступницей. К тому же у нас не так много денег с собой, чтобы стоило нас грабить, подвергаясь опасности сесть за это в тюрьму.

Он не стал опровергать ее наивные доводы. На улицах Майями людей убивают и за сумму, гораздо меньшую, чем та мелочь, которая звенит сейчас у него в кармане. Причем ежедневно.

— И потом, я верю, что она действительно занята поисками сестры. При досмотре в аэропорте в ее чемодане я видела детские и женские вещи. И плюшевого медвежонка… — она говорила скороговоркой и, внезапно замедлив речь, задумчиво сказала, — я уверена, это тот самый медвежонок, который был сегодня у Меллы на пристани…

Зекери, по правде говоря, не обратил внимания на вещи Луизиты, но он хорошо запомнил, как она говорила офицеру иммиграционной службы, что собирается пробыть в Белизе несколько дней — срок действия ее визы истекал через две недели. Так какого черта ей понадобилось в Гватемале! На проселочной дороге, которая не контролируется местными властями? Мускулы на его спине напряглись…

— Только гватемальские крестьяне знают и пользуются этой дорогой, — сказала Элисон, как бы подслушав его мысли.

В памяти Зекери вспыхнуло воспоминание: серый седан следовал за ними всю дорогу к руинам! Что было на уме у его пассажиров? Импровизированное похищение с целью вымогательства? Таинственный седан не обогнал их, когда они остановились позавтракать. Зекери это не нравилось, очень не нравилось. Седан только следовал за ними, не желая обгонять… А затем их джип был испорчен. Какого черта они все-таки хотят? Почему эти люди не напали на них во время привала? Единственный ответ: с ними была Луизита. А сейчас их только двое. С другой стороны, все могло быть обыкновенным совпадением. Просто те, из седана, тоже остановились где-то перекусить.

Они снова вернулись к Луизите.

— Зачем она забрала такой тяжелый чемодан в глухом, отдаленном от деревни месте?

Зекери пытался вспомнить тот пакет, который Луизита везла из Майями. Нет, он не был особенно тяжелым… Может быть, детские вещи — только прикрытие?

— Зачем она испортила нашу машину и унесла канистру с бензином? Мы же собирались подбросить ее до деревни? — он не находил никакого смысла в ее поступках. Ни малейшего.

В конце концов, их тревоги уступили место чувству голода. Поев, Элисон и Зекери начали устраиваться на ночлег. Пока она, нервная и напряженная, светила фонариком, он развернул спальный мешок, а затем уселся рядом с ней. Он погладил ее по руке, и хотя Элисон даже не шелохнулась, Зекери ясно ощутил, как она внутренне вся съежилась и замерла от его прикосновения. Ее испуг чувствовался на расстоянии. Та общительная, доверчивая женщина, которую он фотографировал на руинах, та леди, с которой он только что обсуждал сложившуюся ситуацию, — моментально исчезла. Элисон была напряжена, как струна. «Похоже, ей снова пора принимать элениум», — подумал он.

Зекери зажег сигарету и увидел, что этим усугубил ее подавленное состояние. «Прошу прощения за оскорбление Вашего Некурящего Высочества, — подумал он, — но эта дерьмовая ситуация слишком нервирует меня…»

Очевидно, она боится оставаться ночью наедине с ним, но до сих пор он не давал ей ни малейшего повода сомневаться в его честности на этот счет. Поэтому Зекери не мог никак понять, в чем собственно дело. Конечно, она не знала его, иначе она не стала бы разворачивать в своем воображении жуткие сцены, где он, Зекери, наверное играет роль насильника, пытающегося воспользоваться ею, знаменитой фотомоделью Галле, здесь, посреди гватемальских джунглей да еще, быть может, в присутствии злодеев, притаившихся в ближайших кустах.

Он загасил окурок, но вскоре понял: что бы он ни делал, ее испуг только возрастает. Кто разберет этих женщин. Все шло прекрасно, пока не встал вопрос об устройстве на ночлег.

Раздосадованный, он порылся в своем рюкзаке и нашел фляжку. Усевшись по-турецки напротив тусклого огонька, он только собрался выпить пару глотков, как заметил: Элисон, бледная от ужаса, близка к истерическому припадку. Зекери быстро убрал фляжку в рюкзак. Дерьмо. Видела бы она, что творили на войне с женщинами в Лаосе… У него есть более важные проблемы, чем ее комплекс целомудрия.

Привлеченные запахом их разгоряченных тел, в пещеру слетелись москиты. Элисон схватила свой рюкзак и снова уселась с ним на спальник. Она теряла контроль над собой, несмотря на все уговоры и увещевания своего внутреннего голоса; пронзительный писк назойливых жаждущих крови насекомых над самым ухом был последней каплей! Копаясь в рюкзаке, она нашла, наконец, баллончик аэрозоли от комаров и начала беспорядочно разбрызгивать жидкость вокруг себя.

— Я ненавижу всех, у кого больше четырех ног, — неловко попыталась пошутить Элисон со слабой улыбкой на губах. — Кроме бабочек.

Когда в воздухе распространился едкий запах аэрозоли, она убрала баллончик и снова достала коробочку с элениумом. «Тебе это совершенно не нужно, — внушал ей внутренний голос. — Это от того, что стемнело. Он вовсе не собирается обидеть тебя. Ничего ведь не случилось и не случится… Если бы его не было с тобой, ты теперь стояла бы на дороге, с Бог знает какими проблемами. И посмотри, он тоже нервничает из-за твоего дикого поведения». Элисон убрала транквилизатор назад в рюкзак.

— Ты приняла таблетку?

Элисон вздрогнула. Определенно, он уверен, что у нее не все в порядке с головой.