Двое непутевых. Русальная неделя - Надежда Сергеевна Сакаева

Злата подхватила меня под руку. — Не волнуйся, с ним все должно быть в порядке. Он под действие мракотворца не попал, да и регенерация оборотней…

Соня встала с другой стороны от меня, подставив плечо.

— Не было у него никакой регенерации, он ее мне всю отдал, — прошептала, чувствуя, как щеки стали мокрыми.

Проклятье, неужели волк пострадал из-за меня? Или и того хуже…

Нет, об этом лучше не думать! Он крепкий, он должен был выдержать! Иначе я его с того света достану и покусаю…

Опираясь о девчонок, я кое-как доковыляла до Миши, опустилась на колени рядом с ним. Вблизи волк выглядел еще хуже — губы пересохли, сливаясь с лицом, а вокруг глаз залегли черные тени, будто он не спал неделю.

Злата с Соней отошли в сторонку. Вид оборотня их тоже впечатлил — дриада испуганно прижимала ладони ко рту, а русалка грызла ногти.

Я приложила ухо к груди волка, и слезы брызнули в разы сильнее — там была гулкая тишина.

Миша… нет, быть того не может.

Сердце наполнилось такой болью, что я едва снова не потеряла сознание.

Как же так? Не верю…

В груди застрял огромный ледяной ком, не позволявший ни вдохнуть, ни выдохнуть. А еще внезапно пришло осознание того, что я привязалась к Мише куда больше, чем думала сама. И что он смог проникнуть в мое сердце гораздо глубже, чем просто друг, хотя раньше я и отказывалась принимать этот факт…

— Да вставай ты, волк позорный! — в бессилии ткнула оборотня в плечо, уткнувшись ему в грудь. — Вставай, слышишь! Я ведь без тебя не смогу!

Бесполезно.

Миша даже не шевельнулся, хотя я насквозь промочила его футболку своими слезами.

— Ты, может, и непутевый волк, но зато мой, родной… — всхлипнула я, и добавила, совсем тихо: — Любимый…

— Любимый? — хрипло произнес Миша, открывая глаза. — Значит, и без омелы поцелуешь?

— Ты что, притворялся? — возмутилась, принявшись бить волка кулаками в грудь. — Да я же чуть не умерла от страха! Гад! Псина сутулая!

А потом заплакала с новой силой, и склонившись, поцеловала его.

— Мне трудно дышать… — прохрипел волк, когда отстранилась. — Хотя ради такого стоило потерпеть.

— Тебе больно? — встревожилась я, сразу перестав ругаться, и принялась разглядывать парня на предмет повреждений. — Может Злата даст тебе какую-нибудь настойку?

— Забыла, что ли? Регенерация оборотней лучше любых настоек, — гордо расправил плечи Миша. — Хотя еще от одной игры с щукой я бы сейчас не отказался, чтоб стресс снять. Я безумно напугался за тебя, Мира…

И подняв руку, он большим пальцем погладил меня по щеке с непередаваемой нежностью.

— Кхм-кхм, кончайте голубки, — сбоку раздался недовольный голос Сони. — И может кто-нибудь объяснит мне, почему на тебя, убогая, натравили мракотворца? Его ведь явно натравили, иначе попались бы все…

— Натравили, — согласно закивала Злата. — Но судя по оберегу, Мира ожидала чего-то подобного, и теперь мне интересно, кто же она такая, и почему из-за простой русалки по академии разбрасывают смертельно-опасные растения?

— А может сперва в комнату переместимся? А то пол тут холодный и жесткий, — предложил Миша, поднимаясь на ноги.

Девчонки согласно кивнули, помогая подняться и мне. Волк тоже в помощники рвался, но его самого пока что шатало.

— Готовилась потому, что это уже второй раз… до этого был плющ какой-то стремный… — поглядев на подруг, протянула я, когда мы оказались в спальне.

А потом все им рассказала — о покушениях, о родителях и прочем. В конце концов, они меня спасли (вместе с Мишей). Как после этого я смогла бы их обманывать?

— Во дела, — почесав затылок, выдала Соня, растеряв всю свою вредность. — Так ты, выходит, принцесса морская?

— Ну, видимо так, — развела руками я.

Принцессой — ни морской, ни обычной — себя явно не ощущала. Скорее уж непутевой девчонкой, случайно занявшей чье-то место.

— Можешь меня казнить, но звать тебя «Ваше Величество» я не стану, — фыркнула русалка, уже взяв себя в руки.

— И не надо.

— А у лесных созданий такого нет, — заметила Злата. — Правителей, в смысле, нет. Каждый сам по себе. И про морского царя я только на лекциях слышала, и то мельком.

— Потому что создания воды об этом не распространяются, — вскинула палец Соня. — Иначе представь, сколько бы желающих нашлось завладеть королевскими артефактами? Они ведь дают силы управлять водными сказочниками… Кроме морских русалок никто толком и не знает, где цари живут, как выглядят и какой властью обладают. Даже водяные не так осведомлены, хотя тоже под юрисдикцию морского царя попадают…

— Никто ничего не знает, но родители Миры все равно исчезли, а на нее саму нападают, — фыркнул Миша. — Представляю, что было бы, если бы все знали… а ведь у нее даже артефакта этого нет…

— Кхм-кхм… — кашлянула я смущенно.

— Хочешь сказать, что есть? — округлила глаза Соня.

Кажется, она даже лучше меня представляла всю силу этого медальона.

— Ну, возможно. На нем не написано, — призналась, пожав плечами.

Если честно, давно хотела поговорить с русалкой на эту тему, и узнать что-нибудь полезное.

— А ты умеешь удивлять, убогая… — окончательно растерялась Соня.

— Кулон, или нет, но кто на тебя напал? — спросила Злата, которой было все равно на артефакты власти, если только они не являлись жрущими металл растениями.

— А вот это мы так и не узнали, — развел руками Миша. — Нападали ведь не напрямую, а исподтишка. Сперва «ласковая смерть», теперь вот этот мракотворец… я бы подумал на тебя, Злата, если бы только ты сегодня Миру не спасла.

— А чего это сразу на меня? — возмутилась подруга.

— Так оба раза растениями нападали, а ты дриада, — пояснил волк.

— Ну знаешь, я хоть и дриада, но с мракотворцем связываться бы не стала. Да и смерть тот еще цветочек… с Жориком хоть договориться можно, а эта тварь болотная всех без разбора жрет.

— Как ты сказала? — подскочила Соня.

— Говорю, Жорик куда полезнее…

— Нет, про тварь болотную.

— Так «ласковая смерть» преимущественно на болтах и растет, — протянула Злата.

— Как и мракотворец, пока его не уничтожили? — уточнила Соня.

— Да-да, — покивала дриада, и тут же осеклась: — О-о-о…

И обе подруги посмотрели на меня.

— Что? Чего вы уставились?

— Мира, — вздохнула Соня, словно говорила с умственно отсталой. — А того, что ты знакома только с одним созданием, хранительницей болот. С Прашей.

— О-о-о… — а это уже озарило оборотня.

— И что, думаете, это Праша меня убить пыталась? — не поверила я. — Да зачем?

— Потому что кикимора — она кикимора и есть, — скривилась Соня. — Все они… с болотным душком.

— Но она ведь добрая… — возразила я.