Нет, нет и ещё раз... да! - Ольга Обская

Карины не было. И на первый взгляд просьба Торбьона выглядела сущим пустяком. Почему бы Карине и не прогуляться к храму? С неё не убудет.

Однако она понимала, что где-то кроется подвох. Не стал бы Торбьон предлагать сделку, если бы всё было так просто и невинно.

— Какова будет цель визита? Зачем вам нужно, чтобы я вас сопровождала?

— Я бы хотел, чтобы вы приняли участие в ритуале.

— Думаете, от меня будет какая-то польза?

— Там и увидим.

Звучало очень подозрительно и… интригующе. Зачем-то Карина нужна Торбьону. Затевается что-то двусмысленное, плетётся какая-то интрига. Но Карина не спешила соглашаться.

— Мне нужно подумать. Ответ я дам вам завтра. После праздника.

Она собиралась поговорить с Корнелиусом и узнать у него больше подробностей и о самом храме, и о ритуалах, которые в нём проводят. Он хорошо знаком с историей рода Дак'Кастеров и всеми их традициями — он подскажет, есть ли причина для волнений или путешествие в храм будет для Карины совершенно безопасным.

— Больше не смею вас задерживать, мой канцлер, — Карина намекнула, что Торбьону пора ретироваться. — Увидимся завтра. На празднике.

Хотелось успеть хоть немного поспать — впереди насыщенный событиями день. К счастью, Торбьон намёк понял и, пожелав доброй ночи, удалился.

Отправилась ли Карина спать немедленно после его ухода? Нет, она не могла. Нужно было поговорить с Корнелиусом — выяснить насчёт храма и ритуала. Не хотелось откладывать разговор до завтра, потому что к завтрашнему вечеру у неё уже должен быть готов ответ на предложение Торбьона.

Карина полагала, что найдет Корнелиуса либо на кухне, либо в его спальне. Но обе комнаты оказались пусты. Пришлось совершить рейд по особняку. Она заглянула в кладовую и даже на чердак, но и там садовника не было. Да где же он? Пошёл прогуляться по скверу? Карина вышла на крыльцо и огляделась. В свете редких фонарей можно было разглядеть устроившихся на ночь на ветках "милых крошек", висящих вниз головой, а больше никого.

Ночь была холодной и сырой — совершенно неуютной и не располагающей к прогулкам. Карина напрягла слух, но не услышала ничего подозрительного: ни шороха листьев, ни звука шагов. У неё даже мелькнула мысль, что она осталась в особняке одна. Что если Корнелиус отправился вместе с Торбьоном в замок? Однако эту версию пришлось отбросить — он обязательно предупредил бы Карину, прежде чем уйти.

В полной растерянности она снова вернулась в особняк. Наверное, не будь Карина сегодня такой ослабленной и разбитой, то догадалась бы, где искать Корнелиуса. В общем-то, осталось единственное место, куда она ещё не заглядывала. Но об этом месте она вспомнила, только когда оттуда донёсся странный глухой звук. Собственно, звук раздавался снизу — из подвала. Подвал! Точно! Вот куда отправился садовник.

Ещё ни разу за всё время, что живёт в особняке, Карина туда не спускалась. Она прекрасно помнила предупреждение Матильды ни при каких обстоятельствах не заходить в подвал. Хозяйка особняка так и не объяснила почему. Но категоричность, с какой прозвучали её слова, подсказывала, что там подстерегают какие-то неприятности. И это ещё мягко сказано. Вот только Карина забыла поставить в известность Корнелиуса.

Странный глухой звук повторился снова. У Карины холодок побежал по спине. Что там происходит? Нужно было срочно поспешить на помощь другу. Она схватила переносную масляную лампу и бросилась вниз по лестнице, ведущей в подвал, навстречу неизвестности.

Глава 42. Подменили

Карина спускалась в подвал, гадая, что её ждёт. Наверняка ведь что-то опасное. Фантазия рисовала крыс и ядовитых пауков. Почему нет? У Матильды прослеживается любовь к экзотическим питомцам, и если в своём сквере она развела летучих мышей, то почему бы в подвале не содержать ещё более обворожительных "милых крошек".

Однако, к счастью, никакой живности Карина в подвале не обнаружила. Первое, что бросилось в глаза — это сильная захламлённость. И вдоль стен, и прямо посреди прохода стояло множество самых разнообразных предметов — всё достаточно ветхое и поломанное: напольные часы, вазы, канделябры, сундуки. Венцом этого царства раритетной рухляди, безусловно, являлись два стула — один о трёх ножках, другой о двух.

Как может трехногий стул сохранять устойчивое вертикальное положение — это загадка, особенно учитывая, что на нём примостился Корнелиус. На коленях у него лежала большая изящная чёрная кошка. То, что Карина приняла со страху за подозрительный сдавленный звук, было не чем иным как довольным урчанием хвостатой. Ну ещё бы ей не урчать, если садовник почёсывал её за ухом.

Картина была настолько милой и безопасной, что Карине оставалось только мысленно посмеяться над своими страхами. Мчалась спасать Корнелиуса от неведомой напасти, а тут, можно сказать, идиллия.

— Я услышал шум, и спустился в подвал проверить, что происходит. А тут эта чёрная красавица хозяйничает, — пояснил садовник. — Люблю кошек.

— Кто ж их не любит? — улыбнулась Карина. Она подошла поближе, чтобы погладить четырёхлапую по голове. – Когда я была ребёнком, у нас жила кошка. Рыжая с белыми пятнами, добрая и до ужаса ленивая.

— У меня тоже в детстве была кошка. Почти такая же, как эта, только крупнее.

— Ещё крупнее? – удивилась Карина. Тут и этот экземпляр был довольно примечателен по размерам. — Интересно, откуда взялась наша красавица? Матильда не говорила, что держит кошку.

— Это моя Тиола, — объяснил Корнелиус. — Соскучилась и решила навестить.

Вот удивительно! Карина слышала, что собаки сильно скучают по хозяину и могут найти его, даже если он уехал за много десятков километров. Однако кошкам обычно не свойственна такая привязанность. Хотя… считается, что питомцы очень похожи на своих хозяев, и если так, то неудивительно, что Тиола обладает редкой преданностью, потому что сам Корнелиус тоже очень надёжный и верный друг.

— Кстати, раз уж мы оказались в подвале, то должна кое о чём предупредить, — спохватилась Карина. — Матильда крайне не советовала сюда спускаться. Не знаю, правда, почему. Мне кажется, тут нет ничего, представляющего опасность, не находите?

— Да, на первый взгляд тут безопасно, — согласился Корнелиус, — но знаете… особняк ведь очень старый, пережил не одного хозяина и, похоже, ни разу не ремонтировался.

Так вот о какой опасности речь? Чисто технической.

— Полагаете, здесь может обрушиться потолок или провалиться пол? Матильда это имела в виду?

— Возможно. У каждого старого дома, который много повидал на своем веку,