Без оглядки (СИ) - Гринвэлл Ольга

Вера молча села в машину, и они поехали. Говорить не хотелось. Дорога вконец вымотала девушку. Казалось, чем дальше она отлетала от Канады, тем острее ощущала свою потерю. Весь следующий день после того, как Анжела уехала по делам, Вера проплакала.

Ей не хотелось ни есть, ни пить, ни двигаться, ни тем более собирать вещи. В конце концов, она вяло побросала в небольшую сумку на колесиках пару брюк и футболок, туфли и зубную щетку. После того как она приняла душ, девушка долго расчесывала мокрые волосы. Потом, разозлившись, она схватила ножницы и начала кромсать прядь за прядью. Сначала испуганно, а затем исступленно. Алекс всегда говорил, что волосы Веры пахнут ромашками, и он так любил погружать в них своё лицо. Любил. Ну вот и некуда теперь будет погружать. И не надо. Ничего не надо. Вера слегка поморгала, досчитала до десяти и обратно. Она своё уже отплакала. «До свидания, Канада. Мы ещё встретимся».

Эдуард Евгеньевич встал из-за стола и вышел Вере навстречу.

— Ну здравствуй, дорогая, — он оглядел её, вздохнул. — Рад что ты смогла приехать.

— Здравствуйте. Я тоже рада. Я пока не собираюсь никуда уезжать.

— Прекрасно. У нас тут кое-какие дела с тобой. Их надо немедленно решить, и извини, но должен тебе сказать, что так как родители твои… погибли не своей смертью, то тебе надо написать завещание.

Адвокат увидел, что в глазах Веры что-то мелькнуло, но ни один мускул не дрогнул на её лице.

«Как она держится. Далеко пойдёт», — с невольным восхищением подумал он.

— Расскажите мне про моих родителей, Эдуард Евгеньевич.

— Может, кофе или чай для начала?

— Спасибо. Не откажусь от кофе.

Мужчина позвонил секретарю, и уже буквально через пять минут перед Верой дымилась чашка с крепким напитком.

— Ты где остановилась? — Поинтересовался мужчина.

— Пока нигде, но планирую в «Аэростаре». Во всяком случае, на сегодняшнюю ночь.

Он кивнул.

Они говорили долго. Эдуард Евгеньевич был давним другом отца и его доверенным лицом. Он рассказал Вере все, что было ему известно об убийстве её родителей, и высказал свои подозрения на этот счёт. Под конец разговора Вера была полна внутренней решимости разобраться с теми людьми, которые были замешаны в гибели матери и отца.

— Я хочу от души поздравить тебя с вступлением в наследство. Теперь многие двери перед тобой открыты.

Вера улыбнулась.

— Извините, Эдуард Евгеньевич, я все-таки никак не могу понять, как большая часть их состояния оказалась нетронутой этими подонками? Разве не из-за этих денег мои родители лишились жизни?

— Нет, дорогая. Они всегда думали о тебе и никогда не указывали эти деньги ни в каких финансовых документах. Да, это было сложно и, признаюсь, информация просочилась. Я очень нервничал, когда ты вдруг так быстро собралась и уехала в другую страну.

Вера хмыкнула.

— Да уж, там мне пришлось несладко.

— Меня интересуют те люди, которые организовали твой отъезд. Боюсь, что это было частью операции по овладению твоим капиталом.

Вера удивленно подняла брови, но ничего не сказала. Эту версию надо обдумать.

— Ну что, теперь, когда ты у нас богатая леди, могу ли я поинтересоваться твоими дальнейшими планами?

— У меня просто кружится голова от всего этого. Я, честно говоря, не ожидала такого.

— Может быть, ты хочешь, чтобы я помог тебе с приобретением жилья?

— Я даже не знаю, — Вера пожала плечами. — Не хочу торопиться.

— Вера, думаю, для начала тебе необходим отдых. Почему бы тебе не съездить куда-нибудь отдохнуть. В Италию, Францию, может, на Кипр?

Девушка рассмеялась. А ведь действительно — ей нужен отдых и перезарядка. Она так устала за последние несколько дней. Вера мечтательно прикрыла глаза и увидела себя, лежащей на белом песке. Рядом шелестят морские волны. Подходит Алекс, садится рядом и гладит её по волосам. В руках у него только что собранные ромашки… Стоп. Нет больше его, и он никогда не будет сидеть рядом с ней. Она никогда не увидит его серых глаз. Вера выдохнула, досчитала до десяти и открыла глаза.

— Пожалуй, съезжу на Кипр. На пару недель, — девушка поднялась с кресла. — Там я и подумаю о будущем.

Уже у дверей, она добавила.

— Передайте нотариусу, что я буду завтра в полдень.

Аэропорт Ларнаки встретил Веру влажным зноем. Девушка глубоко вздохнула, впуская в легкие слегка солоноватый морской воздух. Она спустилась с трапа самолета и прошла в быстро заполняющийся туристами автобус. После стандартных таможенных процедур, Вера наконец-то вышла на улицу. Её двухнедельный отдых и, как она надеялась, отрыв от реальности начался.

Эдуард Евгеньевич помог ей снять апартаменты прямо на берегу Средиземного моря. Веранда выходила сразу на песчаный пляж. Каждое утро девушка начинала с небольших физических упражнений, потом готовила себе молочно-фруктовый коктейль и пару часов проводила лёжа в гамаке, пролистывая журналы. Вечерами купалась в тёплом, как подогретое молоко, море. Она ни с кем не общалась и, казалось, наслаждалась одиночеством.

Вера много думала. Теперь, когда она не ограниченна финансово, девушка могла многое себе позволить. Купить хорошую квартиру? Не проблема. Дорогие шмотки и украшения? Пожалуйста. Но девушка помнила, что когда-то сказала Анжела — заниматься благотворительностью может только человек, который имеет много денег. Так теперь их у неё достаточно. Значит, надо их заставить работать.

Прежде всего, Вера решила, что большую часть средств вложит в ценные бумаги. Конечно, для этого ей понадобится помощь знающего человека. Оставшиеся деньги Вера потратит на своё образование. Анжела ведь сказала ей, что было бы хорошо получить образование, построить карьеру. Ну а пока тоже нечего сидеть сложа руки. У Веры до сих пор в ушах стояли слова Алекса о том, какая она скучная и неинтересная. Девушка докажет себе и ему, пусть даже никогда с ним больше не встретится, что может быть совсем другой. Смеётся тот, кто смеётся последним.

Вечерело. Вера лежала на нагретом за день песке, положив голову на руки и лениво наблюдая, как море катит в её сторону волну за волной. Томик Хемингуэя на английском языке лежал неподалёку, незаслуженно забытый. Вера ни о чем не думала, полностью отключившись от окружающего мира. Это были драгоценно-редкие моменты. Именно поэтому она вздрогнула, услышав легкое покашливание совсем рядом.

— Интересная книга, — у мужчины, присевшего рядом на песок, был приятный бархатистый голос. Он говорил на английском языке с сильным славянским акцентом. Вера скосила в его сторону глаза. — Вы не замёрзли?

Вера повернула голову.

— Нет, не замёрзла.

Сердце слегка забилось. Этот мужчина был так похож на Алекса. Чёрные волосы, легкая небритость, бронзовый загар, подчеркивающий яркость его серых глаз. Мужчина провёл пальцами по руке девушки.

— Как тебя зовут, красавица?

— Зачем вам это знать?

— Я хочу составить тебе компанию, но мне бы хотелось называть тебя по имени.

Вера усмехнулась.

— Вы так уверены, что я не откажу вам в своей компании?

— Просто не вижу смысла отказывать, — молодой человек настойчиво заглянул в глаза Веры. Его рука прошлась по её спине. — Я один, ты одна. А так я мог бы помочь нанести на твоё тело лосьон.

— Я не пользуюсь лосьонами, — девушка встала и, не глядя на мужчину, пошла к воде. Ей пришлось долго идти — море было достаточно мелкое в этом месте. Когда вода достигла пояса, Вера нырнула, поплыла. Неожиданно почувствовала, как кто-то сжал её ягодицы и провёл рукой вверх по животу. Она забарахталась, вынырнула с расширенными от ужаса глазами, отплевывая воду. Прямо напротив неё стоял тот самый мужчина. Он усмехался.

— Вы сошли с ума?

— А что, разве я не похож на сумасшедшего?

— Мне кажется, вы чересчур много себе позволяете.

— Как тебя зовут, красавица?

Вера резко отвернулась и поплыла к берегу. Быстро собрала свои вещи и пошла по направлению к дому, спиной ощущая взгляд сероглазого незнакомца.