Серебром и солнцем - Ирина Якимова

   - Серьёзное решение, - заметил он. - Ты более не Избранный, но вновь хочешь заняться ни много ни мало решением судьбы мира! Нужно хорошенько всё обдумать.

   Внезапно успокоившись, он вернулся к картине и на несколько часов полностью отрешился от мира. Сегодня Винсент занялся высокой Короной, ловящей первые солнечные лучи.

   Был полдень, когда он оторвался от картины.

   - Слишком много ненависти, Винсент! - сказал он.

   Он отыскал на захламлённом столе в кабинете главную городскую газету полугодовой давности и нашёл краткую статью о широком праздновании дня рождения единственной дочери герцога.

   - Лауре Вальде - три года, Себастиану - пять, Виктору - десять, - прошептал он, быстро пробежав мелкие строчки глазами. - Нынешние Арденсы - не чудовища. Может быть, они и сами не знают о своём родстве с Основателем. Хотя, что я говорю! Конечно же, знают, но...

   "Они - люди, и у них есть семьи, дети..."

   "Но у тех, кого сотнями в год убивают carere morte, существующие благодаря Арденсам, тоже есть семьи и дети!" - возражение было хорошим, но оно не склонило чашу весов. Он, более не Избранный, вновь колебался, он вновь пытался решить неразрешимую задачу: как уничтожить вампиризм без единой невинной жертвы?

   Вампир возвратился в гостиную, где установил холст. Он долго стоял перед своей последней картиной. Созерцание её придавало Винсенту решимости. Пять лет, прошедшие с момента обращения теперь казались жутким тяжёлым сном. Он почти потерял себя, но сумел вновь обрести. И вместе с уверенностью к нему возвращалась жажда деятельности.

   "Я найду Макту и стану сопровождать его. Бой не начинают, не узнав противника. Если я замахнулся на саму Бездну, нужно узнать Её истоки", - рассудил он.

   Через неделю Винсент закончил картину, через две - начал готовиться к возможному скорому отъезду.

   Мира появилась дождливым августовским вечером, неслышно, осторожно как всегда. Она скользнула в окно гостиной и устроилась на подоконнике, скинула мокрую тень.

   - В Карду пришли дожди, - звонко заметила она, с любопытством оглядывая почти пустую комнату. - Вижу, ты решился избавиться от старой мебели? Молодец!

   Винсент смутился:

   - Прости. Мне нужны были деньги на краски и холсты. Добрый вечер, тётушка.

   - Да, чудесный...

   Мира соскочила с подоконника, прошлась по гостиной. Её шаги гулко отдавались в пустом зале. Винсент с улыбкой следил за её перемещениями. Вампирша замерла перед большой картиной, прислонённой к стене.

   - Ого! Рассвет! Рисовал по памяти?

   - Не язви.

   - Не могла не сделать этого замечания, - сделав круг по комнате, вампирша вспрыгнула на подоконник. Племянника она обошла стороной и старалась не смотреть на Винсента, но иногда он ловил её робкий взгляд. Она всё искала что-то в его лице...

   - Орден скоро начнёт поиски Дара, - вдруг сказала она.

   - Ты спешила ко мне, чтобы сообщить это?

   - Нет! То есть, да. И ещё... Латэ приглашает меня в Орден! - выпалила Мира и замолчала. Винсент мягко улыбнулся:

   - Это очень хорошо, тётушка

   - Винсент, скоро Дар будет найден и тогда...

   - Давай не будем об этом. Пожалуйста!

   Мира помолчала ещё. Проницательно заметила:

   - Ты собираешься в путешествие?

   - Да, - Винсент был слегка ошеломлён.

   - Далеко? Надолго?

   - Я не могу тебе сказать...

   - Ещё один! - до этого она играла, изображала легкомыслие, но сейчас горестный вздох был настоящим. - Орден обожает тайны!

   - Я не выполняю чужое задание. Это только моя цель, - он отвернулся от неё, подошёл к последней картине и тихонько коснулся нагромождения белых и золотых пятен - Короны. Мира молчала. В молчании прошло несколько минут.

   - Значит, ты уедешь, - прошептала вампирша, с ненавистью глядя в ночь за окном, и он вздрогнул. - Уедешь... оставишь меня?

   Винсент вздохнул, но не обернулся к ней.

   - Признайся себе: ты же рада, - ровно сказал он картине. - Я вижу, как тебе тяжело находиться со мной рядом.

   Мира тоже не обернулась к нему.

   - Картина хороша, но слишком ярка. Будто очень большая открытка. Слишком много жёлтой краски, - её голос дрожал.

   Художник усмехнулся, коснулся причудливой золотистой змейки - Несса:

   - Зато совсем немного чёрной... Не плачь, тётушка. Знаешь, я благодарен тебе. Кто там считает, что смертная казнь милосердней пожизненного заключения? Он не прав. Всё лучше, чем небытие.

   - Я и не плачу! ...Я ухожу, Винсент.

   Он всё-таки оторвался от картины, обернулся.

   - Я всё равно найду способ помочь тебе, - сквозь зубы пообещала Мира его отражению в оконном стекле.

   - Оставь это, Мира. Твой Дар не спасёт меня. Неужели ты до сих пор...

   - Я найду способ!

   Вампирша преобразилась. Несколько взмахов сильных крыльев, и она скрылась из виду. Ночь распахнула ей объятья. Тогда Винсент равнодушно накрыл картину полотном и, задув свечу, покинул гостиную.

Глава 11

КЛУБ САМОУБИЙЦ

   Тёмная комната. Несколько зеркал развешены по стенам с особым умыслом - всякий, кто посмотрится в любое из них, увидит себя стоящим в бесконечном коридоре пустоты. Два канделябра едва освещают людей, сидящих на ковре в центре комнаты. Здесь двое юношей и две девушки. И она, Лира Диос...

   Смертные сидят в кругу, а бессмертная замыкающая и начинающая. Она - паук в паутине, она пустила нить к каждой из жертв. Добыча слабо барахтается, и Лиру раззадоривает дрожание четырёх тонких волосков её паутины.

   Чёрное одеяние бессмертной огромно и бесформенно. Оно сливается с мраком комнаты, делая Лиру частицей тьмы. Жертвы глядят заворожено. Она - воплощение их наивных детских мечтаний. Она - тёмная половина каждого из них. Она - всё то зло, к которому каждый смертный втайне стремится. Она олицетворяет для них свободу без ответственности, власть без ограничений и жизнь без смерти. Она - та, кого они так долго искали. Carere morte, вампир... -

   Лира слышала, как бьются их сердца. Её нес, качая, этот единый ритм. Лира закрыла глаза, напевно, монотонно как Владыка вампиров, начала:

   - Я расскажу, что обещала вчера Эрин, - услышав своё имя пухленькая блондинка, устроившаяся по левую руку от Лиры, затрепетала. - Я расскажу о разрушенной башне "Тени Стража", замка Владыки вампиров... -

   Лира говорила, и ей нравилось, как ровно, плавно льётся её речь. Правда, внимательно слушал вампиршу лишь один молодой человек, Адриан Керте. Невысокий, худенький, со смешно взъерошенными волосами. Одевающийся и ведущий себя совсем не по статусу своих известных и обладающих немалой властью и богатством родителей, он был самым незаметным в компании, но Лире нравился вкус его крови. Вампирша ожидала, что она будет жиденькой и безвкусной как вода и долго потом изумлялась, оценив богатство оттенков её вкуса. Человек, в чьих жилах текла такая кровь, должен был быть очень сильной, красивой личностью... Лира видела Адриана драгоценный камнем, спрятанным в простом деревянном ларце.