Силы быстрого развертывания - Александр Тамоников

Сцепив часовым руки, усадив их в угол и разрядив их автоматы, старший группы захвата поста вызвал своего командира:

— «Склон-2», я — «Пост № 4»!

Капитан Смирнов ответил:

— «Склон-2» слушает!

— Объект отработан, часовые нейтрализованы!

— Доклад принял! Работать по плану!

— Есть работать по плану!

Смирнов связался с Полуяновым, доложил о выполнении первой части своей задачи и о начале второй.

Такой же доклад прошел и с поста № 3 пограничного караула. Люди майора Суслова также без проблем захватили и второй горный пост заставы, находящийся на террасе, под командным пунктом полковника.

Как только третий пост пограничников был снят, бойцы первой штурмовой группы во главе с капитаном Смирновым, сбросив вниз тросы, быстро спустились к торцу казармы и проникли в комнату отдыха начальника заставы, где затаились до получения приказа на боевое применение.

Проследив за маневром первой группы, Полуянов посмотрел на часы — 6.10.

Все подразделения отряда вышли на рубежи действия, включая группу майора Суслова, с которой командир спецназа планировал отработать задачу непосредственного захвата наркокаравана. Восемь человек было в его распоряжении.

Вновь наступило ожидание, на этот раз недолгое. До времени Ч-20 оставалось всего два с половиной часа. А что такое какие-то часы по сравнению с тем временем, что было проведено личным составом отряда среди камней высокогорного перевала в ожидании приказа на штурм? Пустяки!

Увидев, что начальник заставы отошел от казармы, полковник Полуянов вызвал Соколова:

— «Перевал»! Я — «Спецназ»!

Майор-пограничник поднял голову, словно хотел увидеть того, кто его вызывает. Ничего не заметив, он прошел на стоянку техники, откуда ответил:

— «Перевал» слушает вас!

Полуянов проговорил:

— Мы с тобой, майор, похоже, одну немаловажную деталь не учли!

— Что именно?

— То, что в 8.00 смена часовых вновь пойдет на посты. Мне это простительно, но как ты упустил сей факт? На подходе к горным позициям нейтрализовать твоих подчиненных без шума будет непросто. Что скажешь, Виталий Дмитриевич? Как будем исправлять ситуацию?

Начальник заставы успокоил командира спецназа:

— Я ничего не упустил, и нам не надо ничего исправлять, полковник! Смена постов с шести часов и далее в дневное время будет производиться не через два часа, как это было до вчерашнего дня, а через четыре часа, предусматривая сменный отдых часовых прямо на постах.

Полуянова удовлетворил ответ Соколова.

— Что ж! Коли так, то все нормально. Продолжаем работу! Мои люди уже в твоей комнате, а также на горных постах караула и в Ургабе, трасса к которому перекрыта. Одновременно с захватом наркокаравана одна из моих штурмовых групп проведет акцию против Мансура и освободит твою супругу. Так что работай спокойно, майор, не суетись и не нервничай! Сегодня твоя кабала и диктат Беляева прекратятся.

— Знать бы, что последует за этим.

— Об этом говорить будем после успешного завершения акции. Все! В 8.30 жду твоих действий в отношении личного состава заставы. Конец связи, Виталий!

— Конец, полковник!

Отключившись, начальник заставы прошел к шлагбауму, открывающему въезд на пост со стороны Ургаба. За его действиями следили две пары глаз часовых первого нижнего поста, контролирующего сектор подхода к КПП с таджикской территории.

Соколов задержался там до команды дежурного о построении заставы на утренний осмотр и завтрак. Пища на весь личный состав пограничного подразделения готовилась в полевых кухнях, расположившихся за караульным помещением. Туда и направился начальник заставы снимать пробу.

Время перевалило за семь часов утра 26 августа.

Глава 2

Караульский пограничный КПП, 26 августа, 8.00 местного времени

На площадке особого досмотра майор Соколов выстроил наряд пограничников, выходящих для несения службы по досмотру проходящей через пост техники. Пройдясь вдоль строя и внимательно оглядев подчиненных, начальник заставы обратился к ним:

— Товарищи прапорщики, сержанты и рядовые! С каждым из вас я вчера провел беседу, объяснив сложившуюся обстановку и предупредив о том, кому и что следует делать при появлении бойцов одной из Федеральных спецслужб, проводящей на территории заставы свою акцию. Еще раз прошу быть предельно внимательными и осторожными. Все приказы командира спецназа выполнять неукоснительно и немедленно, какими бы странными они вам ни показались. Помните, спецназ — это мощная, профессионально подготовленная сила, способная на многое и не предрасположенная щадить тех, кто встанет на ее пути. Любой необдуманный шаг с вашей стороны может быть воспринят «профи» как попытка оказания сопротивления, что мгновенно вызовет ответную реакцию. В чем она выразится, я не хочу даже говорить, сами прекрасно все понимаете. В сегодняшний наряд я отобрал вас как лучших специалистов в своем деле и надежных солдат. Не подведите меня и себя. А сейчас старшим нарядов развести личный состав к местам несения службы!

Прапорщики отдали приказания, и две группы по четыре человека в колонну по одному отправились к шлагбаумам.

Неожиданно рация Соколова пропищала сигналом вызова. Это был вызов на частоте пограничников. Майор включил прибор связи и тут же услышал знакомый голос начальника отряда подполковника Беляева:

— «Бастион» вызывает «Перевал»!

Соколов ответил:

— «Перевал» слушает вас!

— Здравствуй, майор!

— Здравия желаю, товарищ подполковник!

— Как дела, Виталий Дмитриевич?

— Все по плану!

— Это хорошо, что по плану, где у тебя там Сонин? Я пытаюсь его вызвать, в ответ — тишина!

Майор объяснил, стараясь говорить спокойно:

— Он не может вам ответить, так как с подъема, используя резервную группу внутреннего наряда, обследует левый от заставы хребет. Я тоже хотел с ним поговорить, но оказалось, что он даже рацию свою не взял, я ее в канцелярии заметил. Непростительная беспечность, я буду вынужден наказать его за халатность.

Ответ начальника заставы удивил подполковника.

— С чего это старший лейтенант полез в горы?

— Дело в том, что вчера, после нашего с вами сеанса, он сам пробовал выйти на вас, но это ему не удалось. Помехи вновь забили эфир. Вот он и решил проверить близлежащую местность, в чем я ему не стал мешать, хотя объяснил при этом, что подобные сбои связи уже имели место до его прибытия на заставу и что причина возникновения этих помех так и не была выявлена. Но Сонин уперся как баран. Он упрям, и это еще не самое худшее качество моего заместителя.

Беляев поинтересовался:

— Что ты имеешь в виду?

— Не сработаемся мы. Слишком он самоуверен и крайне неосторожен.

— Не понял?

— А тут и понимать нечего. Старший лейтенант практически не скрывает того, что прислан на заставу с целью установления контроля надо мной. И прислан лично вами. И это не мои догадки или предположения, это его слова! Так что я бы на вашем месте…

Начальник погранотряда перебил подчиненного:

— Знаешь что, Виталий, давай каждый останется на своем месте, и не будем обсуждать действия вышестоящего начальника.

Соколов согласился:

— Как скажете, товарищ подполковник! Но привлекать к делу такого типа считаю ошибкой.

Беляев повысил голос:

— Я же сказал, майор, не надо ничего решать за начальство. Или ты чего-то не понял?

— Я все понял! Только как бы вы, Сергей Андреевич, позже не пожалели о том, что доверились Сонину. Но… вы правы, обсуждать действия начальника дело неблагодарное, а посему больше вы об этом не услышите ни слова.

Подполковник недовольно пробурчал:

— Вот так-то лучше! Перейдем к главной теме. Ты готов к приему колонны?

— Как обычно!

— Хорошо! Работай по плану, а Сонин, как спустится с перевала, пусть немедленно свяжется со мной.

— Есть, я ему передам ваше распоряжение!

— До связи, майор!

— До связи!

Соколов, отключив рацию, посмотрел на часы: 8.25!

Прошел к казарме, вызвал на улицу дежурного.

Как только тот явился, майор приказал:

— Экстренное построение всего личного состава, включая и караул, кроме смен на горных постах. Командуй, сержант!

Дежурный подал команду на построение.

К Соколову подошел начальник караула, недоуменно спросил:

— Товарищ майор, я не понял, вы и караул снимаете?

— Да, прапорщик, прикажи разводящим вызвать часовых с нижних постов и выводи караул в общий строй!

Прапорщик удивился:

— Что все это значит, товарищ майор? За всю мою службу на границе такого еще не бывало.

Соколов спокойно ответил:

— Выполняйте приказ, прапорщик! Я все объясню перед строем.

Начальник караула, козырнув, вернулся в караульное помещение, тотчас отправил разводящих на снятие часовых с постов у шлагбаумов.

В 8.30 застава, исключая часовых горных постов и наряда по досмотру техники, была построена, о чем старшина подразделения доложил начальнику.