Видение луны (СИ) - Глен Катарина

Он не говорил о родителях годами. Это были не лучшие воспоминания.

— Что случилось? — спросила Эма.

— Ха, вернулся к старым привычкам. Не смог сдержаться. К счастью, тогда я уже владел мечом, учился в одном додзе с Тамой. Там я его и встретил, хотя не знал тогда, что он был лидером клана. Он был просто Тамой, еще одним неуклюжим восьмилетним мальчиком, который начинал путь к становлению воином.

— Вы давно знакомы.

— Да. Мы быстро подружились. Мы всегда помогали друг другу, хоть были из разных классов. Его семья не винила в действиях отца меня или Цуки. От его жадности мы даже получили выгоду. Он хотел получать деньги, которые нам платили бы за работу в армии Рен. Наверное, только поэтому он не мешал нам ходить в додзе. Но он не дожил, чтобы это увидеть. В общем, — он отмахнулся от этого и опустил ладонь на ее плечо, — моя милая Эма, я был на схожем месте. Ребенок с отцом без морали, который старался вести себя по законам. Со смыслом. И все из-за того, что Тама и его семья дали мне шанс, — он погладил ее щеку, нежно скользнул большим пальцем вдоль пострадавшей кожи. Ее дыхание дрогнуло. — Поверь, я знаю такое одиночество, знаю, как это, когда на твоей стороне кто-то есть, несмотря ни на что. Потому я хотел быть рядом, как ты была для меня.

— Хаганэ…

— И я знаю, что ты способная, — продолжил он. — Да, ты не гордишься своим прошлым, но твои навыки всегда будут частью того, кто ты. Я не хочу это убирать. Но у всех есть пределы. Тот, кто сделал это, воспользовался твоей раной, твоим прошлым и твоей репутацией. И они сделали это с женщиной…

Она покачала головой.

— Не важно то, что я женщина.

— О, это важно, — он поймал ее подбородок большим и указательным пальцами, поднял ее голову. — Они поступили непростительно, навредили женщине, которая мне дорога.

— Это так?

Он кивнул, глядя на ее губы, изогнувшиеся в слабой улыбке. Ему нравилось, когда она подыгрывала его флирту. Она была уверена в себе, рядом с ним позволяла себе немного расслабиться. И он ощущал, что с Эмой будет больно, если доверие разобьется.

Она прижалась к нему. Он резко вдохнул. Тысяча картинок мелькнула в голове, во всех были он и Эма почти без одежды. Но, хоть он желал такой близости с ней,

Хаганэ отогнал эти желания. С Ноэ и ши-но-кагэ ситуация была тяжелой.

Но они могли забыть об этом ненадолго. Все заслуживали ощущать себя в безопасности и заботе, даже опасная убийца, как Эма.

Хаганэ склонил голову ближе, улавливал мелкие ответы ее тела. Ее пальцы чуть сжали рукав его хаори. Она вдохнула, и грудь приподнялась от этого. В ее глазах блестела тень улыбки.

Он хотел, чтобы ее внимание было только на нем, чтобы он в ответ мог отдать ей всего себя.

Его губы замерли над ее. Последний вопрос. Шанс для нее выбрать. Когда она прильнула для поцелуя, его душа наполнилась радостью. Духи, она знала, как манила его? Как ее принятие его заполняло все его естество? Что он еще ни к одной женщине не ощущал такие сильные чувства? Это сочетание ее решимости, опасных умений и женственности сводило его с ума.

Он углубил поцелуй, наслаждался ее пьянящим вкусом. Его ладони легли на ее щеки в синяках. Он был нежен, помнил о ее ранах. Ранах, которые она приняла вместо них… или из-за них.

Он скользнул пальцами к ее шее, потом груди, водил кончиками пальцев по ее коже. Он скользнул под воротник ее косодэ, хотел ощутить ее больше, желал забыть о том, что с ней случилось.

Она вздохнула у его рта, разжигала его пыл своим языком.

Дверь распахнулась. Они разделились, и потеря прикосновений к ней вызвала боль.

Акито смотрел на них, Хаганэ заметил вспышку ярости, какую видел редко. Но, когда Акито пересек порог, каменное лицо вернулось.

— Я бы не хотел, чтобы вы портили мою комнату своим вопиющим развратом.

— Ха, ревность — это новое для тебя, Акито. Рад знать, что ты хоть что-то чувствуешь.

Он мрачно посмотрел на Хаганэ.

— Мы не просто так скрывали ее возвращение.

— Даже от меня? Ладно тебе, Акито. Это жестоко.

— Твое рвение удовлетворить свою развратность подвергло опасности ее защиту.

— Разврат? — он не смог найти слова, чтобы ответить. — Я не понимаю. Ты держался в стороне с возвращения. Сильнее, чем обычно. Я не знаю всего, чем ты занят, и мне все равно, пока это на пользу Таме. И ты знаешь, что я никогда его не предам. Как и любой тут. Так что хватит этого бреда, Акито. Мы не можем терять доверие друг к другу сейчас.

Акито смотрел на него еще миг, а потом кивнул.

— Наши действия должны говорить о нашей верности. И, как первый капитан, ты должен выполнять задачи вне этой комнаты.

Он стал возражать, но остановился. Акито точно злился, что его убежище было осквернено. Но был заметен сдержанный гнев, словно он переживал за Эму.

— Ты за нее отвечаешь, — Хаганэ напомнил Акито о словах после налета. Он повернулся к Эме и обхватил ее ладонь своей. — Ты же останешься с нами?

— Хаганэ, я…

— Ты подходишь для нас. Для клана. Даже если другие еще это не поняли, я это вижу.

Он поцеловал ее ладонь и покинул комнату.

Акито был прав, как всегда. Пока Ноэ не уехал — если мерзавец вообще уедет — им двоим нужно залечь на дно. И ранг Хаганэ означал, что у него было больше работы, чем раньше. Ему пока хватало знать, что она была жива и цела. И защита Акито для нее могла быть лучшим вариантом.

Но она в этом не нуждалась. Он усмехнулся. Если подумать, защита нужна была Акито.

27

В ранние часы утра Эма наслаждалась таким долгожданным купанием.

Назэ договорился с Ариной, время выбрали, чтобы ее не побеспокоили и не обнаружили, пока Саитама официально не сообщил о ее присутствии.

— Признаюсь, — сказала она Назэ, пока они шли к ее старой комнате, — было бы приятно иметь кровать, которую я могу называть своей.

— Надеюсь, ты не только поэтому принимаешь его предложение.

Эма усмехнулась, качая головой.

— Шутка, Назэ. Порой можно улыбаться.

Как обычно, он не повеселел.

— Я вернусь позже.

Как тени, которые он так хорошо знал, он выскользнул из комнаты без звука.

Она вздохнула и опустилась на пол для медитации. Закрыв глаза, она погрузилась в ритм медленного дыхания, искала спокойствие, которого ей давно не хватало.

Эма почти всю ночь ворочалась, пытаясь принять решение, хотя все указывало, что нужно было остаться и помочь Рен. Она пять месяцев убегала, не смогла разобраться с Ичиё, и это ее вымотало. Возвращение к жизни, где ни на кого нельзя положиться, не радовало. Она всегда была с командой, даже если часто настаивала, что все сделает сама. Она, пожалуй, принимала надежных спутников как должное в прошлом.

Тут были хорошие люди, которые не обращали внимания на то, кем она была раньше. Арина, Хацуки, Тесуке были добрыми с самого начала. Даже капитан Тоджиро принял ее присутствие после налета. И Сенмей, конечно, который помог незнакомке не умереть.

Как она могла их бросить? Она понимала нависшую над ними угрозу, и уйти, не оглянувшись, казалось… неправильным. И один человек мог изменить баланс жизни и смерти.

Ей нужно быть тут.

В дверь тихо стукнули три раза, отвлекая ее от мыслей.