Осколки разбитых иллюзий (СИ) - Турана М.

Услышав своё имя из моих уст, он прикрывает глаза. Буквально на долю секунды. Сдаётся. Оттягивает мои трусики вниз, я перешагиваю через них. Его ладонь накрывает самое сокровенное место на моём теле. Пальцы проникают в потаённые складки. Начинают медленный чувственный танец. Вторая рука скользит к груди, накрывает её, лаская в такт с пальцами.

Сознание уплывает от меня. Голову кружит, опрокидываю её назад, ему на шею. Ёрзаю телом, подстраиваюсь под движение его рук. Сгораю от мучительного желания. Дыхание становится отрывистым. Слышу собственные сдавленные стоны. Впиваюсь пальцами в кожу его рук.

— Бл*ть. Что ты со мной творишь, — рычит он. — Сука, я убью подонка, который тебя касался. Я убью его.

Движение его пальцев ускоряют ритм, надавливают сильнее. Терзают меня. Моё дыхание становится тяжёлым, это мучительно прекрасно. Ещё немного, и я достигну пика.

— Да, — извиваюсь, предчувствуя, что меня ожидает фееричная разрядка, которою я когда-либо получала.

И доведёт меня до неё Адэм, а не его образ в голове.

— Не так быстро, — цедит жестко.

Убирает руки. Я готова взвыть от досады и разочарования. Разворачивает к себе, хватает за подбородок, заставляя сфокусировать на себе взгляд.

— Хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, когда будешь кончать, — яростно целует, сминая мои губы.

Я отвечаю ему с таким же напором, засасываю его язык. Поднимаю руки, начинаю лихорадочно расстёгивать пуговицы на рубашке. Стягиваю с его плеч. Помогаю снять. Не перестаём целоваться. Просунув руки между нашими телами, тянусь к ремню на брюках. Расстёгиваю его. Управляюсь с пуговицей и замком. Брюки ползут вниз.

Его рука мнёт мою грудь, сжимает ягодицы. Приподняв меня, сажает на свой торс, обвиваю его ногами, удерживаясь на весу. Он засасывает вершинку на холмике груди. Мычит. Зарываюсь пятерней в его волосы, навожу беспорядок в волосах. Вбираю в себя запах наших тел.

Адэм шагает к кровати, укладывает меня на постели. Стягивает с себя боксеры. Беззастенчиво изучаю его обнаженное тело, скольжу по торсу, иду вниз по дорожке тёмных волос. Сглатываю от увиденного. Едва перевожу дыхание. Он ухмыляется, поймав мой взгляд. Ложится сверху, придавливая тяжестью своего тела. Жесткая ткань фатина царапает мою спину, причиняя дискомфорт.

Адэм проходится поцелуями по шее, ключицам. Руки по-хозяйски шарят по всему телу. Припадает к груди, обводит языком вокруг ореола, поддразнивает. Воздух покидает лёгкие. Выгибаюсь рефлекторно. Он разводит толчком колена мои ноги в сторону. Устраивается между бёдер. Природный страх пробуждается в глубине естества, заставляя сжаться, словно в пружину. Зажмуриться.

— Открой глаза, — требует, замерев надо мной. — Я хочу, чтобы ты видела, кто тебя тр*хает, — хриплый голос пронизан гневом.

Склоняется ко мне. Ведёт носом от впадины на ключице до шеи. Вцепляется в губы, обтягивает зубами кожу. Цепляет мой взгляд. Удерживает его.

Смотрю на него. С изощрённым удовольствием жду момента, когда поймёт какой он м*дак! Желаю, чтобы этот момент наступил как можно скорее. Упираю ладонь в его грудь, ползу к плечам, притягиваю к себе.

— Я хочу тебя, — ускоряю процесс, посылая ему взгляд полный похоти.

Его член упирается в меня, расставляю ноги шире, обхватываю ими его бёдра. Призывно поддаюсь вверх.

— Бл*ть, — рычит, удерживая мой взгляд.

Резким стремительным выпадом вперёд проникает в меня.

Ощущение, что меня прорезает насквозь. Тело немеет. Боль парализует сознание. Низ живота обдаёт раскалённым железом. В глазах рябит. Адэм замирает надо мной. Превращается в каменную статую, не дышит. Удары его сердца, как раскаты молнии, отбиваются у меня в ушах.

«Не верит. Он не верит.» — клокочет в голове.

Отстраняется мгновенно. Встаёт с меня. Его движения вызывают новый приступ боли внизу живота и мышцах. Сползаю назад по кровати. Сажусь. Обнимаю свои колени. Мышцы ног сводит судорогой. Игнорирую боль. Наблюдаю за каждым движением Адэма, изучаю его эмоции на лице.

— Ты… Что это? — обтирает пальцами кровь с паха, преподносит к лицу.

Рассматривает. Глаза расширяются. Бросает взгляд на кровать и видит алые пятна, размазанные по фате. Потом на меня.

Его лицо мрачнеет, искажается. В глазах вспыхивает ледяная ярость.

Безудержное внутреннее ликование вырывается из меня истеричным хохотом. Вот момент, которого я ждала. Из-за которого позволила всему зайти настолько далеко. Нельзя его упустить. Встаю с кровати, каждое движение даётся мне с трудом. Комкаю фату в руках. Подхожу к нему.

— То, чего ты так хотел! — швыряю ему под ноги доказательство. — Девственность. Чистота. Невинность. Мой свадебный подарок тебе. Можешь потешать своего эго.

Глава 10

Сидя на переднем сидении автомобиля, я просматриваю ленту своей странички в социальной сети. Читаю поздравления в личных сообщениях. Разгребаю множество отметок и упоминаний с отрывками вчерашней свадьбы. Во многих группах гуляют видео с участием приглашённых звёзд и наши тоже. Уже трижды натыкаюсь на видео, где я кормлю Адэма тортом и улыбаюсь. Выгляжу счастливой невестой. На моём лице нет и намёка на истинные чувства, что я испытывала в тот момент. Я оказалась хорошей актрисой.

В груди нарастает раздражение. Нажимаю кнопку блокировки экрана. Сжимаю в руках телефон. Поднимаю голову, смотрю в лобовое стекло. Мы проезжаем в центре города, мимо небоскрёбов и святящихся ярких вывесок модных бутиков. О вчерашнем снеге напоминает лишь сырость, окутавшая город.

Мой взгляд плывет к рулю машины и останавливается на руке водителя, сжимающей руль. На безымянном пальце красуется обручальное кольцо. Вены и сухожилия выступают на запястьях. Память напоминает о том, какие крепкие эти руки на ощупь. Ладони, сжатые вокруг баранки, плавно двигаются по рулю. Перед глазами возникает образ, как я переплетаю наши пальцы и направляю их вниз. Вспышки картин вчерашней ночи заставляют меня мгновенно прикрыть глаза. Щеки воспламеняются огнем. То, как я вчера себя вела, сейчас при свете дня, кажется верхом бесстыдства.

Неудивительно, что он не поверил в мою невинность. Я сама бы не поверила, учитывая с каким пылом отвечала ему и какой страстью была охвачена.

«Воспитанные» девственницы на моём месте покраснели бы, стыдливо опустив глаза. Убежали, спрятались, расплакались — да что угодно, но точно бы не направляли мужчину к зонам, которые доставят ей максимальное удовольствие.

Но я никогда не была скромницей по натуре. И стеснение умею только изображать. Вообще, с трудом представляю, как можно оставаться неосведомлённой в сексе в наше время, когда он так откровенно пропагандируется всюду.

Бросаю осторожный взгляд на лицо, сидящего рядом мужчины. Он смотрит сосредоточенно вперёд. Одной рукой умело управляет машиной. Второй — нервно сжимает и разжимает кулак. Мне становится жутко интересно, чем сейчас заняты его мысли.

Я вжимаюсь в сидение сильнее и прокручиваю в голове вчерашнюю ночь:

Бросив ему под ноги фату и высказав всё, что хотела, прошла мимо к ванной комнате. Он схватил меня за руку, не дав уйти. Пространство в этом гребанном месте слишком маленькое.

— Ты восстановила девственность? Иначе как…?

Отшатнулась, словно от удара пощечины. Заледенела от его предположения.

— Восстановила девственность? Это как? — переспросила онемевшими губами.

Конечно, я осведомлена о подобной медицинской услуге. Знаю, что некоторые девочки восстанавливают девственную плеву. Никого не осуждаю. Если кто-то видит в этом выход для себя, чтобы начать всё сначала — его дело. Но я бы не стала прибегать к данной услуге, даже если бы Инглаб лишил меня невинности. От того, предположение Адэма на мой счёт оскорбили меня до глубины души. Словно удар хлыста по телу.

— Хирургическим путём. Зашилась. Чтобы устроить представление, — чеканил он. — Ты умеешь.

Вырвал моё сердце из груди, бросил его в помойку. У него что предназначение — смешивать меня с дерьмом? Заставлять чувствовать себя ничтожной? Бросила молниеносный взгляд в сторону кухонной столешницы. Там лежали ножницы. В красках представила, как хватаю их и сажаю в сердце мерзавца. Он заслужил. Да и опыт у меня есть.