Ужас. Иллюстрированное повествование о нечистой силе - Игорь Винокуров

Решили обратиться в больницу. Только стали обсуждать это дело, как из-за оконной занавески летит записка: «Зря стараетесь, врачи не помогут, Юрку всё равно замучаю. Катька».

Долго без толку стучались в разные инстанции. Но однажды достучались: прибыли директор совхоза, председатель исполкома сельсовета и секретарь парторганизации. Но Катька об этом знала заранее и предупредила их приезд такой запиской: «Что, учёных привести хотите, сволочи, ну, я вам устрою чудо. Юрку не убрали, ну, я ему ночью дам, гады».[15]

Сказано (вернее, написано) — сделано. Юру щипало, било как бы изнутри матраца (совсем как меня «Барабашка», только тот делал это почти нежно), подушка вырвалась из-под его головы и зашвырнулась в другую комнату; застёгнутые на Юриной руке часы сорвались и, хрястнувшись о пол, вдребезги разбились. Тут уж было не до сна.

Пригласили участкового инспектора — Николая Фёдоровича Ахремина. Только тот вошёл — записка: «Что, Фёдоровича пригласили, ну и что, ничего не выйдет. И кидаться вам ни к чему, гадам. Я вам дам, сволочи. Катька».

Рассказывает участковый:

— Сижу я за столом и глазам своим не верю. Летит подставка из-под сковородки, и прямо по портрету — шлёп. Затрещали стёкла. Роман[16] берёт её, отнёс на кухню. Через несколько минут она опять летит. Прошло немного времени — ведро с водой прилетело из кухни и стукнулось о стену. Вода разлилась. То валенки прилетят, то пластинки, то пузырьки разные. И летят они в основном оттуда, где сидит Юра, хотя он к ним даже не притрагивается. Стемнело. Включили свет. Поговорили немного, слышу скрип. Глядь, пробка в счётчике выворачивается. Свет погас. Пробка улетела и с силой стукнулась где-то. Зажгли керосиновую лампу, поставили на стол. Через минуту свист вьюги и словно кто-то дунул. Лампа погасла. Лежит на столе коробок спичек и вдруг сам открывается. Зажигаются спички и горящие, словно свечки, выстраиваются на полу.

Однажды Юра исчез сам. Сидел рядом на диване и вдруг исчез. Всё обыскали — нет нигде. Нашли на чердаке:

— Почему ты здесь?

— Меня затащили.

— Кто?

— Не знаю.

Зашли в дом — опять исчез. Оказалось, решил убежать. Догнали, а четверо здоровых мужчин остановить, справиться с ним не сумели. Справились с ним, лишь когда кто-то прочёл «Отче наш». Почему и куда бежал, объяснить Юра не мог.

Опять пошли записки: «Уберите Юрку, иначе замучаю». Решили увезти Юру в Середино-Буду, к старшему брату. И опять, только заговорили об этом, записка: «Что, Юрку в Буду хотите отправить, знаю, догоню и там. Только вот в Брянске не знаю, где искать». И добавлено: «Моя сила действует за 50 километров, всё видит и всё может».

Решили обратиться к помощи церкви. Но и тут записка: «Что, в церковь поедете? Лучше б о Юрке позаботились, пока не поздно, а то убью и дом спалю. Хотела это сделать, да Юрка увидел». Катька добавила, что попа она не боится.

Тогда задумали пригласить в дом местное начальство. Катька узнала и об этой задумке, написала: «Что, Роман, и начальство пригласил? Да я их выгоню. Роман, помни, до конца Юркиного срока 9 часов осталось. А завтра утром ты его уже не увезёшь, потому что ноги у него не пойдут. Если хочешь, то только вечером. Вообще-то, как сам знаешь. Думай, Роман, 9 часов осталось. Катька». И стал Роман Леонтьевич думать.

Решили вызвать из Брянска зятя Сергея, чтобы забрал Юру, а заодно и своих детей Сашу с Олей. Тут же записка: «Тонь,[17] я знаю, ты дала телеграмму Сергею, чтобы приехали. Я их переверну при первом же повороте».

Сергей приехал с женой на своей белой «Волге». Решили уезжать вечером. Перед выездом мать Юры окропила «Волгу» святой водой. Дети при этом были в машине. И тут по ней пошли удары, да такие, что боялись, как бы не перевернулась. Отложили выезд до утра.

Утром не нашли ключей от машины, использовали запасные. Уехали. Антонина Степановна вошла в дом — ключи от машины из печки летят, вслед записка. Катька сообщает, что ключи она спрятала, что детей зря отправили — в больнице теперь они…

И тут в доме появилось письмо без почтовых печатей, написанное знакомым почерком дочери Антонины Степановны, жены Сергея. В письме сообщалось, что под Навлей они попали в аварию: у Саши сломана рука, у Оли повреждены лоб и переносица. Они в больнице.

Позвонили в Навлю: да, была авария. Всё правда. В машине — белой «Волге» — ехали муж с женой и двумя детьми. У мальчика сломана рука, у девочки разбиты лоб и переносица. Но фамилия пострадавших другая!

Как оказалось впоследствии, Сергей подъехал к Навле несколько позже той белой «Волги»…

До Брянска доехали благополучно. Но и там нечистая сила, похоже, достала бедного Юру. Наврала, как всегда: за пределы 50 километров её возможности распространяются…

Но история имела продолжение. Об этом я узнал из сообщения ТАСС. Оказывается, летом 1991 года в Подывотье побывали брянский экстрасенс Игорь Сенчилин и корреспондент ТАСС Леонид Свердлов. Когда зашли в дом Юры, упала записка: «Сенчилин, зайди ко мне, поговорим по душам». В процессе такого душевного общения посредством записок получили совет сходить к той женщине, что якобы напустила на Сашу всё это. Но по указанному адресу в доме никого не застали. Когда вернулись, нашли Юру в сильном возбуждении: глаза бегают, косится на печку и шепчет:

— Вот она, лицо круглое, красное, сейчас вон на кровать села!

Решили замерить в доме радиационный фон. В основном норма, но у печи, где Юре виделось лицо, дозиметр дважды засвистел, цифры понеслись с бешеной скоростью. Остановились в пределах 500 микрорентген! Повторили замер — всё то же самое…

Божьи ли метки?

Летом 1990 года многие десятки людей стали жертвами до того им неизвестной и малоприятной напасти: на их коже вдруг возникли странные изображения. И что любопытно — почти во всех известных мне случаях жертвами оказались исключительно женщины…

Если к этому добавить и более ранние случаи, то вырисовывается такая картина. Форма изображений — самая разная. Тут и рисунки неведомых листьев с зубчиками и прожилками, как бы еловых веток, различных геометрических фигур (квадраты, треугольники), стилизованных цифр и каких-то каббалистических знаков, стрел, трёх порхающих по кругу бабочек, человечка с антенной на голове, а над ней — испускающего лучи солнца, буквы W, ковша, различных изогнутых и прямых линий и так далее, и тому подобное.

Возраст пострадавших — от подросткового до пенсионного. Места появления меток — руки, ноги, спина (обычно правая лопатка). Цвет меток — красный, ярко-красный, ярко-розовый, оранжевый, цвета солнечного ожога. В отдельных случаях появлялись метки белого цвета, в других — они со временем белели или тускнели. Время жизни меток — от нескольких часов до десятков лет. Иногда метка наносилась на кожу одного и того же человека повторно, с интервалом от нескольких недель до нескольких лет. Время появления меток — лето и осень. Обнажено тело или одето, в помещении человек или на открытом воздухе, солнце сияет или скрыто за облаками, жарко или прохладно — похоже, принципиального значения не имеет. Хотя наибольшее число меток, сообщают их владельцы, появилось у них 21 июня 1990 года.

Изображения поражают своей фотографической ясностью, чёткостью передачи рисунка на коже. Они словно нарисованы очень старательной детской рукой…

Метки, как правило, гладкие, нерельефные, несмываемые. В отдельных случаях контур изображений рисуется на коже глубокими вмятинами.

Иногда нанесение меток не было связано с изменением самочувствия. Но при этом возникали удивление и чувство тревоги, как почти всегда при встрече с непонятным. Иногда появляются боль, ощущение укола или укуса, невероятно чешется тело, на месте метки, бывает, наблюдаются ожоговые симптомы — воспаления, волдыри. Обычно ожоговые симптомы, если и проявляются, то в лёгкой форме.

География сообщений весьма обширна: Прибалтика, Таджикистан, Украина, РСФСР. Особенно много сообщений из Прибалтики. Сколь-нибудь правдоподобного объяснения этих странных «божьих меток», насколько мне известно, ещё не предложено. А вместе с тем некоторые особенности их появления заставляют думать, что и эти метки принадлежат к сфере моей компетенции.

Дело в том, что мне известны подобные же метки, но появляющиеся в типично полтергейстной ситуации. Так, в случае, которого я коснулся в первой главе (хозяйка квартиры испытала состояние ужаса, подобное моему), метки красного цвета появлялись в основном на теле взрослой дочери хозяйки и дважды — на ней самой… Меток не было только на теле её взрослого сына.

Впервые красные метки появились через несколько месяцев после начала полтергейста. Утром 10 мая 1990 года хозяйка квартиры обнаружила на теле дочери красные отпечатки рук. Вот что она рассказывает: