Пять лет на острове Врангеля - Ареф Минеев

На острове Врангеля медведь упорно держится. Ежегодно самки массами выходят на остров и залегают в берлогах, несмотря на то, что каждую весну они уничтожаются почти по сотне экземпляров. Почему медведицы «воспылали любовью» к этому клочку земли? Почему, несмотря ни на что, они не желают уходить в другое место, где еще нет человека, где они могли бы безопасно для себя и своего потомства находиться? Остров Врангеля расположен сравнительно южно, а медведя находили часто значительно севернее. Следовательно, это не может объяснить упорства, проявляемого самками. Именно самками, так как самец не залегает в берлоги и поэтому на острове не держится совершенно.

Мне думается, что это явление можно объяснить отсутствием суши к северу, северо-западу и северо-востоку от острова, во всяком случае на расстоянии 200—300 километров. Если бы к северу от острова была какая-либо земля, медведи ушли бы на нее, а на острове встречались бы так же редко, как на материке. Остров Геральд в счет итти не может, так как он очень мал. Медведи селятся на острове Геральд, и очень тесно. В сентябре 1934 года «Красин» подошел к Геральду. Люди, высадившиеся для ремонта мачты флага СССР, едва подошли на шлюпке к берегу, как тут же убили в берлоге самку. Затем они поднялись на вершину, оставив у шлюпки вахтенного. Тот поднялся к убитому медведю и в метре от себя увидел выглядывавшего из берлоги второго медведя. Немного позже его тоже убили. Так тесно медведь не селится, а уж если поселился, значит был вынужден к этому крайними обстоятельствами.

Туземцы нам неоднократно рассказывали, что видели землю к северу от острова. Эскимос Кмо сообщал, что он видел землю на NW от острова; чукча Кивьяна сообщал, что видел землю на NE и NNE; эскимосы Тагью и Анакуля сообщили, что видели землю прямо на N. Все говорили, что виденная ими земля — гористая с островерхими горами.

Если принять на веру сообщения туземцев, надо заключить, что это или группа островов, расположенных с востока на запад, или, может быть, крупный остров, находящийся недалеко от острова Врангеля и потому закрывающий почти всю нордовую четверть горизонта.

Но не всему, что видишь на севере, даже лично, надо верить. Тут как нельзя более уместно Прутковское изречение: «Не верь глазам своим!»

Часто в хорошие летние дни с совершенно ясным горизонтом мы видели в зюйд-остовом направлении землю. Далеко из-за горизонта поднимались смутные очертания какой-то земли. Наблюдение явления в зрительную трубу еще более усиливало иллюзию. Мы хорошо знали, что в этом направлении земли нет, кроме… северо-западной оконечности Америки, но последняя так далека, что рассчитывать видеть ее было нельзя. Но мы все же видели землю со всеми особенностями ее, и всегда гористую.

Думается, что и «земля», виденная неоднократно к северу от острова Врангеля, имеет ту же самую природу, что и «земля», виденная часто нами в зюйд-остовом направлении.

Остров Врангеля на крайнем северо-востоке является своеобразным медвежьим питомником. Начиная от устья реки Колымы и кончая мысом Дежнева, только здесь медведь выходит в значительных количествах на сушу для размножения. Уничтожение медведя на острове Врангеля приведет к изничтожению его в этом районе Арктики. Процесс же уничтожения идет быстро.

Увеличение населения на острове неизбежно повлечет за собой усиление уничтожения медведя.

Необходимо ввести регламентацию убоя белого медведя, чтобы спасти зверя от полного истребления. Наиболее рационально установить регулярные запуски[36], разрешая охотиться на самок по весне в берлогах и на воле, когда они ходят с ососками, только по четным или нечетным годам. Убой осеннего и зимнего медведя можно не регламентировать: эффективность его невелика. Летний же убой медведя необходимо прекратить совершенно. Летом шкура медведя качественно крайне низка, шерсть короткая, редкая, со многими проплешинами, а на брюхе в паховых областях настолько редка, что они кажутся почти голыми. Находясь в периоде линяния, животное к тому же теряет шерсть, и шкура производит впечатление подопревшей. Ценность ее невелика.

Еще полбеды, если летний убой медведя происходит с промыслового судна. В таком случае хоть не пропадет шкура и жир; о мясе мы не говорим, так как на любом судне найдется достаточно любителей «полярной экзотики», желающих полакомиться медвежатиной. С экспедиционных судов медведя бьют обычно в порядке «спортивной стрельбы». Ведь каждому, побывавшему в арктическом рейсе, лестно по возвращении сообщить сбоим друзьям: «Я убил медведя!»

Убить медведя, находясь на борту судна, нетрудно, но обработать убитого медведя значительно труднее. Снять шкуру, очистить ее от жира, а потом высушить — для всего этого надо много умения и заботливости. Еще по опыту похода к острову на ледорезе «Литке», в 1929 году, и ледокола «Красин» в 1934 году мы убедились, что делается со шкурами медведей, убитых с кораблей.

На «Литке» убивать медведя набралось желающих столько, сколько было винтовок, а… работать над шкурой никто не захотел. Первоначально взялся за это дело Синадский. По недостатку опыта, он ничего не смог сделать, и шкура лежала до самого прихода на остров. Там это дело было поручено эскимосской женщине, но, когда она занялась чисткой, оказалось, что шкура в ряде мест уже успела подопреть.

На «Красине» из полудюжины убитых медведей ни одной шкуры не удалось сделать прилично: все шкуры были крайне грязными от сажи и угольной пыли, падавшей сверху из дымовых труб. Только благодаря настойчивой требовательности начальника экспедиции П. И. Смирнова шкуры не погибли окончательно. Есть ли смысл бить медведя с плохой шкурой? К тому же, последующая обработка значительно ухудшает ее качество, если не портит совершенно.

Совершенно прав проф. Мантейфель, поднявший на страницах нашей печати вопрос о необходимости сохранения быстро исчезающего белого медведя.

Глава X

НЕРПА И ЛАХТАК

Весь май и июнь месяцы, после того как промышленники сдадут пушнину и сырье, идет весенний бой нерпы и лахтака.

Запасы нерпы и лахтака в водах острова не особенно велики. Ежегодная добыча этих ластоногих выражалась в среднем сотней штук. Незначительное количество этих животных у берегов острова объясняется почти полным отсутствием в островных водах рыбных богатств. Как это на первый взгляд ни покажется странным, но рыбы на острове нет. Мы пытались ловить рыбу помощью невода, но за все время нам удалось изловить только четыре рыбешки непромыслового вида.

Странность эту легко объяснить, если вспомнить, что реки острова, как уже было сказано, реки мертвые. Все островные реки промерзают до самого дна на всем своем протяжении, поэтому у острова нечего делать рыбам проходным, так как для нерестилищ[37] им необходимы в верховьях рек непромерзающие до дна ключи, где малек пережидает зиму и вешними водами скатывается в море. Годами к берегам острова подходит в небольшом количестве рыба типа корюшки, и в это время обычно туземцы ее ловят примитивными способами.