Росич. Книга 2. Мы наш, мы новый - Константин Калбанов

Вот так вот и закончился этот разговор, столь негативно начавшийся для Песчанина. Антон еще только садился в катер, на котором прибыл на "Аскольд" где держал свой флаг адмирал, а по трапу уже сбегал адъютант, который вскочив на палубу адмиральского катера тут же приказал рулить в минную гавань. Ага. Не иначе как понесся за Науменко. "Страшного" уже спустили на воду, но ремонтные работы все еще продолжались и Петр Афанасьевич почти все время проводил на его борту. К тому же, бóльшая часть команды была из экипажа, людей нужно было учить, несмотря на продолжающиеся ремонтные работы, так как когда они будут закончены, придется вновь выходить на боевое дежурство.

— Здравствуйте, Петр Афанасьевич.

— Здравия желаю, ваше превосходительство.

— Вы наверное гадаете, по какой такой надобности могли понадобиться начальству, от которого предпочитаете держаться подальше, да еще и столь срочно?

— Есть немного. Признаться забот в настоящий момент у меня хватает. Ремонт на "Страшном" уже практически закончен, команда назначена и сейчас горячая пора, нужно сколачивать людей.

— А что Петр Афанасьевич, по окончании войны вы вероятно собрались на пенсию?

— Так возраст уже.

— По моему это будет ошибкой для флота, терять такого офицера, а потому мне кажется вам пора бы уже и расти.

— Ну, тут уж от меня ничего не зависит.

— Отчего же. Значится так. Сегодня же сдадите "Страшного" Малееву, по-моему вполне дозрел. Вас я назначаю командовать новым миноносцем, мало того, предлагаю на выбор любой из восьми, — в глазах старого боевого товарища Степан Осипович увидел огонек понимания, — вы все верно поняли. Я принял решение о закупке кораблей у концерна, как только нас отрежут от России, — сказав последнее Макаров как-то посмурнел. Вот сколько раз за сегодня он говорил об этом и каждый раз не сомневался в правоте своих слов, а осознание этого, как неизбежного пришло только сейчас. — Ваш зять оказался еще тем прохиндеем. "Росич" в прошлую навигацию прошел всесторонние испытания и проявил себя в высшей степени. Все выявленные недостатки учтены при постройке серии, так что особых проблем возникнуть не должно. Во всяком случае, с теми двумя, что прошли испытания, проблем не возникло. Как, довольны, что будете ходить на своем детище?

— Не скрою, доволен.

— Вот и замечательно. Но есть одно "но". Сейчас готовы только четыре миноносца, примерно через месяц будут готовы еще четыре, но информация эта секретная. Вас я назначаю командиром истребительного отряда. Начинайте подбирать офицеров. Берите всех кого посчитаете нужным, никто никому препятствий чинить не будет. Единственное условие, все они должны быть добровольцами.

— Предполагается горячее дельце?

— Очень горячее. Настолько горячее, что надеюсь у Того волосы на голове зашевелятся вместе с Микадо. Ваша задача в настоящий момент, подготовка экипажей, учеба, учеба и еще раз учеба. Если и случатся выходы в море, то только для учений. Как все это организовать, чтобы не привлекать внимания, представители концерна знают прекрасно, столько времени всех за нос водили. — Это уже с налетом сожаления.

А кому понравится узнать, что его обвели вокруг пальца? С другой стороны он уже отдавал себе отчет в необходимости этого. Передай концерн свои корабли флоту, смогли бы их использовать с должной эффективностью? Сомнительно. Чего греха таить, даже в себе он сомневался, ведь когда еще матку вырвут из ледового плена, а миноносцы нужны были всегда, так долго ждать не был готов даже он. Сейчас ситуация отличалась тем, что пока будут подготовлены экипажи, в Артуре уже будут готовые специалисты, так что нечего было пороть горячку. Правда это отнюдь не умаляло необходимости готовить кадры, война, она и есть война, а потому предстояла их естественная убыль в результате ранений и чего уж, гибели. Трудно рассуждать о людях как о цифрах в статистических отчетах, но иначе командиру нельзя. Свихнешься. Или не сможешь отдать в нужное время нужный приказ.

— Может все же повременим, Степан Осипович. Время сейчас горячее, каждый миноносец на счету. Я думаю без потерь никак не обойдется, а у нас всего-то двадцать вымпелов.

— Это уже не ваша забота Петр Афанасьевич. Для вас все это осталось в прошлом, сегодня вы должны заботиться только об укомплектовании отряда и подготовке личного состава. Отправляйтесь к своему дражайшему зятю, кстати с сегодняшнего дня ему присваивается звание прапорщика и он поступает на службу, с ним определитесь сколько и каких именно специалистов не хватает. Не затягивайте, забот у него много, а времени остается все меньше и меньше и уже завтра предстоит дальний путь.

— Вы хотя бы намекнуть можете, что именно планируете?

— Глубокий рейд по японским морским коммуникациям. Уничтожение максимального количества транспортов, а случится и боевых кораблей. Но это уже будете решать вы, как и то, где именно и каким образом действовать.

— Но для этого нужна матка. Запас хода у миноносцев куда как скромный и тысячи миль не наберется, по проекту было восемьсот, а там что они еще намудрили неизвестно, но все одно не больше тысячи.

— Есть матка. Причем отопление котлов тоже нефтяное, что будет способствовать маскировке. Ох и не завидую я японцам. Эти красавцы оказывается выдают при полной загрузке тридцать пять узлов, да за вами никто просто не сумеет угнаться. Все Петр Афанасьевич, можете приступать к работе.

— Разрешите ваше превосходительство, — в каюту вошел средних лет лейтенант, высокого роста стройного телосложения, так и просящийся на плакат с агитацией в пользу флота. Глядя на него, тут же начинаешь понимать, что именно таким и должен быть настоящий морской офицер, просто картинка. Многие столь подчеркнуто выступающие образцом для подражания, на деле оказываются пустышками. Но за два месяца Макаров успел хорошо узнать своего флаг-офицера, Дукельский был именно тем, за кого его безошибочно принимали, знающим и толковым офицером.

— Да.

— Прибыли капитаны второго ранга Бубнов и Елисеев.

— Пусть проходят. Петр Афанасьевич, если у вас пока нет вопросов, можете идти. Господа, — это уже к появившимся кавторангам, командирам отрядов миноносцев. — Сложившаяся ситуация вам известна. Назвать ее рядовой не могу, но идет война и от просчетов и случайностей никто не застрахован. Что имело место, трагическая случайность или злая воля, мы еще разберемся, но в настоящий момент приходится думать несколько об ином. Итак, вся наша эскадра до последнего крейсера заперта на внутреннем рейде. В море способны выйти только ваши миноносцы и канонерки. Соответственно, задачи значительно расширяются. Канонерки взваливают на себя основной груз по обеспечению безопасности прохода. Насколько показывает практика малые калибры не способны в достаточной мере эффективно способствовать их остановке. Крейсера заперты, так что остаются канонерки. На месте адмирала Того, я непременно постарался бы развить успех и закупорить проход еще сильнее. Каждую ночь на дежурство будут выходить четыре миноносца и две канонерки. В случае появления брандеров миноносцам не размениваться на бесполезный артиллерийский огонь, если только не для подавления огня с брандеров. Приказываю использовать мины.

— Дороговатое удовольствие, — с сомнением высказался Бубнов.

— Не дороже возможности эскадры беспрепятственно выходить в море, — отмахнулся от подобного высказывания Макаров.

— Ваше превосходительство, неплохо было бы наладить дополнительное освещение.

— С броненосцев будут сняты наиболее мощные прожектора и установлены на берегу, необходимые распоряжения я уже отдал, так что в ближайшие сутки на берегу появится еще несколько прожекторов. Это то, что касается прохода. Теперь самое главное. Миноносцы каждую ночь будут выходить в море, для производства поиска десантных судов противника. Уверен, что японцы в самое ближайшее время предпримут десантную операцию. Сохранять осторожность, стараться избегать столкновений с военными кораблями, ваша задача будет в первую очередь транспорты. Еще до высадки нанести как можно большие потери, лишить армию столь необходимого им военного и огневого снаряжения, вот первоочередная задача. С эскадрой Того мы еще посчитаемся.

ГЛАВА 4

— Фью-у-у-у... Бых-ш-ш!!! – белопенный водяной столб взметнулся на многометровую высоту и достигнув своего пика с гулким шипением опал, большая волна устремилась от центра взрыва и без труда достигла скалистого берега, жадно его лизнув.

— Фью-у-у-у... Бабах!!! – взметается черный султан, разметав по сторонам тонны земли и раздробившегося камня и укутав окружающее пространство густым пылевым облаком, так же опадает.

Обстрел назвать эффективным никак нельзя, но со своей задачей он справляется. Русские баржи поспешно начинают отходить, чтобы укрыться за возвышенностью Тигрового хвоста. Она здесь не так высока и в принципе их могут достать и там, но как только плавсредства отходят от затопленного парохода, правый борт которого выступает из воды, обстрел тут же прекращается. Основная цель достигнута. Операция по подъему затонувшего судна прервана, а большего и не надо. Нет никакого смысла разбрасывать драгоценные снаряды.