Прикамская попытка – 2 - Виктор Зайцев

Через две недели активную работу по созданию линии обороны мы прекратили, больше десятка мест возможной дислокации вражеских командиров и артиллерии были минированы. От заложенных зарядов закопанные в земле провода вели к заранее определённым местам, надёжно укрытым от противника. После этого, решив перестраховаться, вдруг нас атакует конница, перед укреплениями установили несколько полей заострённых кольев, с проходами в нужных местах. В этих проходах вырыли по две-три волчьих ямы, с кольями на дне. Эти работы мы доверили китайцам, колья всё равно не скрыть от них. Но, если перебежчики расскажут о волчьих ямах, других сюрпризов враг ожидать не станет. А сюрпризы, всё-таки, подготовить удалось. Китайцев, наловчившихся тянуть медную проволоку, я привлёк к изготовлению железной проволоки, уже трёх миллиметрового диаметра.

На эту проволоку пришлось пустить всё трофейное оружие, что мы придерживали для торговли. Тысячи мечей, наконечников копий, даже фитильные ружья, пошли в печь. Железо у них было отвратительное, самый раз для проволоки. Вы уже догадались, что я решил использовать полученную временную фору для изготовления колючей проволоки. Её мы решили натягивать после появления вражеских войск, ночью. Колья под проволоку, однако, забили заранее, авось, не пригодятся. Едва мы закончили наши оборонительные укрепления, прибыли долгожданные корабли с переселенцами. Все жители занялись строительством изб для новосёлов, а я вздохнул с облегчением. Приехал Палыч, все военные проблемы можно скинуть на него.

— Смотри, Иван Палыч, ничего более умного я придумать не смог, — извинялся я перед ним, в первый же день устроив ему экскурсию по укреплениям, — зато герметичность наших мин могу гарантировать. Как и надёжность проводов до взрывателей. Мощности одной аккумуляторной батареи вполне хватит, но, мы запасли, на всякий случай, две.

— У меня, ведь, для тебя сюрприз, Андрей, — хитро улыбнулся Палыч, — думаю, тебе понравится. Я вчера разговаривал с Володей, а потом с Никитой, они передают тебе приветы и поздравляют с днём рождения.

— Они, что, на Белый Камень приехали? — Я и забыл про свой день рожденья, напряжённо прикидывая, как Палыч мог говорить с Таракановкой и Петербургом одновременно. — Не пугай меня, Иван, коротковолновый передатчик привёз, так?

— Догадливый ты наш, привёз, да не один, а сразу два, тебе и мне. — Хохотнул довольный Палыч, — пошли домой, отметим нашу встречу и сногсшибательные подарки от Володи. Твоя линия Маннергейма меня устраивает, не переживай, всё сделал правильно.

Дома, за рюмкой женьшеневой настойки, мы засиделись до полуночи. Я, словно Робинзон Крузо, буквально млел, вчитываясь в перечень гостинцев от друзей. Довольный Иван, комментировал каждую позицию, он успел часть груза испробовать и распределил по трём нашим крепостям. Больше того, он привёз два пуда золотого песка, для анализа и принятия волевого решения по золоту.

— Какого решения, — не сразу понял я, слегка захмелев от радостных новостей и пяти рюмок настойки, — деньги мы чеканить, не можем. Придётся сдать государству.

— Вот-вот, как сдать золото государству, нам и надо решить, — кивнул Палыч. Он добавил в рюмки напиток и продолжил, — Никита весной планирует морскую экспедицию на Дальний Восток. Связь у нас будет, корабль и команду он уже нашёл, обещанные товары и людей нанимает. Да, за зиму успеете всё обсудить. Так вот, он предлагает устроить тебе триумфальное появление в столице. Не караваном из Сибири, а на корабле, в сопровождении пароходов, с дарами императрице. В качестве главного дара будет несколько пудов золота, меха, остальное по выбору. Желкевский уверен, что получишь, как минимум, дворянское звание и расширенные полномочия по освоению Дальнего Востока, вплоть до губернаторства Приморья.

— Так мы всех компаньонов без денег оставим, и сами в трубу вылетим, — развёл я руками, — меха подарю, откуда серебро возьму для выплат своим людям и тому же Лушникову?

— За парней не переживай, они времени даром не теряют. Вовка только на дамских револьверах пятьдесят тысяч серебром заработал, не считая ружейных поставок во все уральские гарнизоны. У него двадцать пароходов по Каме и Волге ходят, знаешь, какую прибыль он с тестем получает с перевозок? Восемьдесят тысяч за нынешнее лето. Лушников давно в первую гильдию вышел, золочёную трость себе купил и два морских корабля на верфи закладывает. Жаль, не успеет к весне. Никита наш добился права разработки угля и железа на Украине, всё нынешнее лето заводы закладывал в будущем Донбассе. Пока мы с тобой пятилетку выполним, он от Питера до Москвы рельсы положит. На армейском заказе в сто тысяч ружей и три миллиона патронов, отгадай, какую прибыль он получил? Вернее, получит, выполнение заказа растянуто на пять лет. Да, часть оплаты Желкевский компенсирует льготами на строительство заводов.

— Молодцы, парни, — я искренне обрадовался успехам друзей, приятно чувствовать поддержку единомышленников, — давай, за здоровье наших друзей!

Мы немного усугубили и снова принялись за список гостинцев, гревший душу лучше бутылки шампанского. Одни барнаульские паровые двигатели чего стоят, алтайцы поработали на совесть, машины мощные, доведённые до ума руками, даже отшлифованные. С ними мы за считанные недели пустим две лесопилки, паровые молоты и обеспечим всем станкам мощный привод. Аграфена сразу расплатилась за них, выдав аванс ещё на десяток машин, которые обещали подготовить к будущей весне. Денег же моя дочь привезла невероятное количество, сорок тысяч рублей серебром. В пересчёте на зарплату китайским работягам, мы на эти деньги сможем содержать тысячу разнорабочих три года, после выплат учителям и нашим воинам-ветеранам. И на содержание рабочих и мастеров достаточно, чтобы год прожить. Да ещё как прожить, я снова вернулся к паровым двигателям, прикидывая приспособить их к насосам, чтобы организовать литьё с принудительной подачей воздуха.

— Стой, — неожиданная идея пришла мне в голову, — я понял, зачем Никита хочет меня в Петербург привезти, да ещё с золотом. Ты говоришь, он на месте Донбасса свои заводы начал строить, так?

— Да, он не скрывает, что лучшие места присмотрел.

— А нашим золотом он всех любителей быстрой наживы отвлечёт от своих затей. Добыча угля и железа дело специфическое, тут нужны специалисты, крупные вложения, рынок сбыта и долгое ожидание прибыли. Вернее, не ожидание, а титанический труд. На другой чаше весов добыча золота, о принципе которой все имеют понятие, со сбытом золота никаких проблем с античных времён не бывает. — Палыч кивнул, с интересом выслушивая мои рассуждения, — Ответь мне, куда направят своё внимание любители наживы, желающие выгодно вложить свои деньги, после моего подарка императрице в виде нескольких пудов золота и сотни-другой собольих шкурок?

— Ежу понятно, Сибирь станет самым популярным регионом России. О степях Донбасса забудут, как минимум, лет на несколько. И этих двух-трёх лет хватит Никите, чтобы развиться в крупнейшего заводчика России. Строгановы и Демидовы наверняка своих людей отправят в Сибирь. Молодец Никита, ай, молодец!

— А я ему помогу, расскажу о богатейших запасах золота на притоках Амура и Ленских приисках. Их, правда, ещё не открыли, так откроют, на сто лет раньше. Эх, нам бы алмазы в Якутии найти, была бы заманка, так заманка.

— Ладно, хватит о Нью-Васюках мечтать, давай спать, завтра работы с утра немеряно.

Увы, выспаться той ночью нам не удалось. Ещё затемно нас разбудил гонец от Ильшата, вернее его дозорных в районе озера Ханка. Передовые части китайской армии, на две трети, состоящие из кавалеристов, два дня назад вышли к озеру, направляясь в сторону Владивостока. По приблизительным подсчётам, в китайской армии тысяч пять вооружённых всадников, не меньше полутысячи пушек везут в повозках упряжки быков. Пехоты немного, по китайским меркам, в пределах пяти тысяч человек, в основном, артиллерийская обслуга. Сразу возникла мысль о массированной атаке всех наших поселений. Мы срочно связались с острогами, коменданты выслали разведку, там никакого передвижения китайских войск не обнаружили. Хоть одна приятная новость.

В принципе, дополнительных мер обороны Владивостока мы не приняли, кроме раздачи дополнительных патронов каждому вооружённому горожанину. А вооружены были все, от четырнадцати летнего возраста, в том числе многие женщины. С учётом прибывших поселенцев, вызванных из селений вогулов и укрывшихся в городской черте башкир, в городе насчитали полторы тысячи вооружённых людей. Жаль, что профессионально владели оружием не больше полутысячи, но, защищать себя и свой дом будут все. Крестьян из деревень и хуторов мы в город не вызвали, только предупредили о подходе китайцев. В случае опасности селяне просто уйдут в тайгу, кавалеристы их там искать не будут. Сразу мы организовали отряды самообороны, распределив сектора и границы участков. С севера и с моря оборонять город взялись мастеровые, они организовали круглосуточные патрули, чтобы не отвлекаться от основной работы. Сейчас, в ожидании самого худшего варианта — длительной осады, мастера собирали новые станки, ставили к ним паровой привод из числа барнаульских двигателей. На них мы планировали начать производство миномётов и пушек, из первого полученного железа. Мастера работали круглосуточно, понимая, что артиллерия может стать нашим спасением.