Пограничные стрелки - Макс Брэнд

— Недавно. Примерно с полчаса.

— Фактически вы совсем недолго пробыли у нее?

— Она спала. А сон — наилучшее лекарство, как вам известно. И я всегда предполагал, если бы мы могли научиться полностью расслабляться, не было бы ни малейшей нужды…

Уэлдон, еще более невежливо, хлопнул дверью и, вернувшись к себе, занялся таинственным пятном. Он облазил всю комнату, исследуя каждый дюйм поверхности пола, обращая особое внимание на коврики, так как на один из них тоже могла упасть капля крови. Если найдет хотя бы еще одно пятнышко, это будет означать многое. Оно укажет, в каком направлении уходил раненый человек. У него не было ни малейших сомнений: это кровь того высокого типа, которого он только что подстрелил среди сосен.

И в конце концов нашел то, что искал! Второе пятно было еще больших размеров. Оно находилось на полу — как раз напротив комнаты Элен О'Маллок, прямо перед ее дверью!

Сердце у Уэлдона чуть не остановилось — найти такую улику! Но как кровь попала сюда? Может, бандит вбежал в комнату к беспомощной девушке? Может, даже придушил ее, прежде чем она смогла закричать, пока доктор сидел в библиотеке, забивая себе голову этим недавним открытием в Капуа?

Кстати, где это Капуа?

Он прислушался. Затем тихо, осторожно приоткрыл дверь в комнату Элен и изумился более чем когда-либо, обнаружив, что смотрит прямо в широко -раскрытые глаза девушки.

Очевидно, Элен страшно испугалась, хотя страх на ее лице тотчас сменился радостной улыбкой, когда она его узнала.

— Вас что-то напугало? — спросил Уэлдон, нетерпеливо оглядывая спальню.

— Я увидела, что дверь тихо приоткрывается. Стало страшно до смерти! — призналась девушка.

— Давно вы проснулись?

— Вероятно, за полминуты до того, как дверь начала открываться. Проснулась с бьющимся сердцем. Я так рада, что это оказались вы!

— А кого вы ожидали увидеть?

— Понимаете, есть люди, которые хотят изгнать меня из этого дома. Не могут дождаться, пока… — Тут Элен умолкла и опустила голову так, что широкие поля шляпы скрыли ее лицо. — Простите, — прошептала еле слышно. — Мне не следовало говорить этого…

Смягчившись, Уэлдон подошел к ней, взял ее руку в свои. Ладошка девушки была так мала и холодна, что его пронзила жалость.

— Вам следует рассказывать мне обо всем, что приходит вам на ум. Рассказывать мне обо всем, что вас тревожит. Я — ваша частица, ну, скажем, как еще одна рука, и вы должны пользоваться ею. Догадываюсь, на что вы намекнули. Ах, если бы я только мог увезти вас отсюда!

— И что бы вы сделали со мной?

— Сначала планировал остаться здесь и сторожить дом, но передумал. В этом доме нет ничего, чем стоило бы дорожить, за исключением вас. Обещаю вам, Элен, что увезу вас в такое место, куда не проберется ни один ваш недруг. А я буду спать, как пес, у ваших дверей. Буду жить в вашей тени. Я сохраню вам здоровье и, видит Бог, изыщу способ, как отдать вам часть моей силы, чтобы вы снова стали здоровой!

Нежная и странная улыбка играла на губах девушки. Отчасти ее как будто немного позабавил его мальчишеский энтузиазм, обещавший чудеса там, где наука отказывалась ей помочь. А отчасти она как бы смотрела издалека, словно уже не принадлежит этому миру и переходит в смутный мир теней.

Подойдя к двери и взявшись за дверную ручку, Уэлдон подумал: а не попросить ли ему у девушки позволения обыскать ее комнату? Но какой-то священный трепет помешал это сделать. Такое чувство он испытывал и прежде в присутствии Элен.

Он вышел и вернулся в библиотеку. Доктор очень прямо сидел на стуле и возбужденно тряс бородой. Очевидно, ознакомившись с какой-то статьей, страшно разволновался.

Когда до него наконец дошло, что пришел Уэлдон, воскликнул:

— Они нашли ее! Действительно нашли ее!

— Что нашли? — угрюмо спросил Уэлдон.

— Исчезнувшую руку, разумеется!

— Чью руку?

— Она вовсе не держала ребенка, — бодро сообщил доктор, покачивая головой. Взглянув на молодого человека, он одарил его лучезарнейшей из своих улыбок. — Она держала не ребенка. Она держала зеркало! — И разразился счастливым смехом. — Это была вовсе не Латона! Никоим образом. Я никогда не сомневался в том, что это не Латона! На самом деле это была Венера. Этот идиот мог бы давно догадаться, если бы обратил внимание на небольшую статейку, которую я опубликовал лет восемь тому назад в…

— Доктор Уоттс! — решительно перебил его юноша.

Доктор подскочил на стуле.

— Боже мой! — кипятился он. — Вы сотрясаете меня, как электрический ток, по нескольку раз в день! Нельзя ли разговаривать со мной так, чтобы у меня не замирало сердце?

— Я хочу встряхнуть вас, если мне это удастся.

— Ах, это верно, верно, — понурившись, забормотал доктор. — С годами я частенько впадаю в сомнамбулическое состояние, которое усиливается…

— Уоттс, на полу в моей спальне кровь!

— Господи! — в ужасе отпрянул доктор. — Уверяю вас, это не моя кровь!

Уэлдон стиснул зубы:

— Кто-то, выйдя от Элен О'Маллок, пролил кровь, проходя через мою комнату. Вам ясно?

— Клянусь! — Доктор задыхался от волнения. — Я ничего не понимаю!

— Попытайтесь понять. Вы слышали выстрел недавно?

— Да, слышал!

— Я сказал вам, что стрелял в белку. Однако это не так.

— Ага, в какую-нибудь птицу? Тут есть одна старая ворона, она часто садится на карниз…

— Этой птицей был высокий мужчина. Я выстрелил в него, когда он убегал, и слышал, как он вскрикнул. Очевидно, я его ранил. Вероятно, в руку. Там был еще и другой мужчина. Оба исчезли между кромкой леса и стеной дома — той восточной стеной, понимаете?

— Невероятно! — воскликнул доктор. — Исчезли? Мой дорогой, но есть определенные законы природы и науки, с ними приходится считаться…

— Успокойтесь, — устало произнес Уэлдон. — И выслушайте меня. В стене есть какой-то проход, который ведет в спальню Элен. Мы так тщательно охраняем ее комнату, но это бесполезно! Каждую минуту девушке грозит опасность попасть в руки врагов! А теперь вы сделаете то, о чем я вас попрошу.

— Я? — задыхаясь, переспросил доктор. — Я? Мой друг, вы потрясаете меня. Я просто не понимаю…

— От вас этого и не требуется! Я скажу вам, что нужно сделать, объясню в двух словах. Ступайте к Элен и заставьте ее сменить комнату. Уведите девушку из ее спальни и проследите, чтобы она туда не заходила. Мне необходимо осмотреть там стены и пол!

— Хотите, чтоб я силой выдворил ее оттуда? — почти прошептал доктор.

— Объясните ей, что там сквозняки, что пол слишком сырой, придумайте, наконец, что-нибудь. Это все, что я хотел сказать. Давайте, доктор, поворачивайтесь! Действуйте! Мы больше не можем терять времени!