Пенсия для морского дьявола - 3. Подводный охотник (СИ) - Чиркунов Игорь

Все шесть наконечников мы накрепко примотали тонкими растительными нитями к древкам. Благо бамбук — это трубка!

Затем я пристроил первый гарпун в желобок, вырезанный по верху ложа. Можно было бы и поровнее, мелькнуло в голове, но для первого раза — сойдёт.

Так, и куда бы тут прицелиться?

Придерживая гарпун большим пальцем — не совсем удобно, надо потом немного подстрогать ложе — я дошёл до склона, что ограждал мою базу с противоположной от океана стороны. Поднял «изделие», подперев левой рукой посередине.

Спусковая скоба, вырезанная из деревяшки, пошла туго. Учитывая, что большим пальцем я прижимал гарпун к ложу сверху, указательным и средним держал сам арбалет, то скобу я попытался выжать безымянным и мизинцем. Не самые сильные у человека пальцы.

Дожал.

Характерный хлёсткий звук сработавшей резинки перекрылся ударом вошедшего в склон гарпуна, и отозвался в душе торжествующими фанфарами!

— Ого! — Каналоа смотрел на гарпун совершенно круглыми глазами. — Твоя штука бьёт сильнее лука!

— А то! — самодовольно ощерился я. И азартно попросил. — Ну-ка дай-ка ещё гарпун!

Следующий я постарался всадить метров с пяти в растущее рядом со склоном тонкое деревце.

Промазал.

И ещё разок.

А вот четвёртый гарпун ударил аккурат в середину!

Вот только звук удара сопровождался треском раскалывающегося в щепки бамбукового древка! Да уж, слабоваты оказались гарпуны из бамбука… Ну, ничего! Тут же успокоил сам себя. Под водой сила удара будет послабее, по рыбе должны выдержать.

Как и ожидалось, наконечник тоже был безвозвратно испорчен — каменное острие вошло в древесину почти полностью, и выковыривать его я не стал — только разломаю при этом.

— Так, боец, — задавливая чувство вины я «озадачил» Каналоа, — нужны ещё наконечники!

— Сделаю, — кивнул тот. — А зачем ты про камни спрашивал? Из твоей штуки стрелы летят сильнее, чем из лука, — и тут же погрустнел. — Наверно, отец войны отнимет, как увидит. То, что ты сделал это оружие, а оружие…

— Да-да-да, — нетерпеливо перебил я его, — а оружие, это для воинов… Помню. Только это, — я поднял арбалет «дулом» вверх, удерживая за ручку, словно автомат, — против людей плохое оружие, — увидел недоверчивые глаза бывшего воина, пояснил, — стрела будет лететь недалеко. У лука её мечут разгибающиеся плечи, а тут… — потом вдруг вспомнил, как пытался объяснить про дыхание Семису… Сомневаюсь, что Каналоа поймёт про рычаги, начальную скорость, накопленную энергию… — Короче, боец, тут гарпун летит сильно, но недалеко. Меньше, чем у лука, точно. И, кстати, — пришёл ещё аргумент в голову, — эта, как ты говоришь штука, уступает в скорострельности луку. Сколько бы ты успел выпустить стрел из лука?… Ну вот!

Парень погрустнел ещё сильнее.

— Не куксись, — я самодовольно подмигнул Каналоа. Меня просто переполняли эмоции, — сегодня же покажу тебе кое-что, чем при случае сможем встретить нехороших людей. Издалека. А пока… Давай-ка подумаем, как присобачить к гарпуну линь… Бечёвку тонкую, что ты плёл.

Потом ещё пришлось доделывать новые ласты — вчера отвлёкся на Семиса. А ещё мы с Каналоа соорудили что-то типа мишени — скрутили плотной спиралью канат и зафиксировали его с обратной стороны планочками, чтоб не раскручивался и держал форму. Получилась почти профессиональная лучная мишень, диаметром около тридцати сантиметров. Отгрузили её камнями, привязали две верёвки — чтоб растянуть меж носом и кормой лодки.

— Давай, боец, — мотнул я головой в сторону лодочки, — забирайся. Будешь обеспечивающим. Директриса стрельбы — перпендикулярно береговой черте. Занимай позицию в шести метрах от уреза, глубина установки тоже шесть… — из-за переполнявшего меня возбуждения, в предвкушении тестов моего «изделия», я перестал контролировать речь. Благо, индифферентному Каналоа было пофиг на мои странности. — Направление стрельбы к берегу.

Натянул новенькие ласты. Сидя на берегу, по пояс в воде, взвёл арбалет. А меня здорово потряхивало!

Ну! Момент истины!

Удерживая заряженное оружие в правой руке за рукоять, наконечником вперёд, подсунув пальцы под скобу чтоб избежать случайного нажатия, и дыша из-под левой, я отплыл метров на тридцать в океан.

Развернулся.

Лодочка с Каналоа уже заняла свою позицию, как раз поперёк моего курса, если грести к берегу. Мишень должна висеть ровно под ней.

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох. И, сложившись в поясе, я ушёл в сумрачную и прохладную глубину.

Правую с арбалетом вытянул вперёд — другая рука, чтоб удерживать оружие в воде не нужна. Снизу провисает шестиметровый линь — катушки пока никакой не придумал, поэтому оставил его так болтаться. Встречным потоком его прижало к телу. Надеюсь, ни за что там не зацепится, а то… я аж непроизвольно хрюкнул — а то может и оторвать что-нибудь. Из выступающих частей тела!

И очень медленно, только лишь чтоб управляться, пошёл вперёд.

Мишень я увидел метров за десять — чуть более светлое пятно на тёмном фоне. Где-то на заднем плане сознания промелькнуло сожаление — надо было развернуть моё «стрельбище» в сторону океана. Ну кого я тут подстрелить могу? Да и дальше шести метров гарпун не улетит.

Веревочный блин неторопливо наплывал на меня.

Девять…

Восемь…

Семь…

Пальцы выжали скобу, руку дёрнуло…

Ну-у-у!!!

Светлая чёрточка гарпуна метнулась от меня к мишени… На паре метров пробега вильнула… И ушла в сторону!

Чёрт! Сердце глухо бухнуло один раз. Гадство!

Всплыл, ухватился за борт лодки. Эмоции тут же «обсохли».

— Получилось? — надо мной склонился Каналоа.

Помотал головой, потом «продублировал голосом»:

— Нет.

Вытянул за линь гарпун. Осмотрел, крутя и так, и эдак. В который уже раз «стрельнул взглядом» вдоль.

— Дай-ка другой, — попросил у Каналоа.

Критически перебрал весь запас гарпунов, что взяли с собой в лодку. Где-то в сознании скептически морщился «внутренний критик»: «Можно подумать, на суше ты их не отбирал?»

Да, блин, отбирал…

Перевязали линь на другой гарпун. Вроде более ровный…

Взвёл у лодки, отплыл на исходную на спине. Продышался, глядя в безоблачную синь неба. Поехали?

Переворот, нырок, руку с арбалетом вперёд, взгляд вдоль «ствола». Ласты работают самыми кончиками, тело расслаблено — скольжу в толще воды. А вот и мишень проявилась на тёмном фоне…

Девять. Восемь. Семь. Шесть…

На этот раз подошёл чуть ближе.

Выстрел!

Да, твою ж дивизию! Теперь гарпун нырнул ниже мишени! Чёрт!

Вынырнул, схватился за борт.

— Давай другой! — выдохнул прям в лицо склонившегося Каналоа.

Через четыре попытки я стрелял уже меньше, чем с четырёх метров. Да, согласен, в реале мы всегда подходили к рыбе ближе, но… Но, чёрт побери! Если гарпун уже на двух метрах пробега имеет отклонение от траектории сантиметров в двадцать, то стрелять надо, чуть ли не вплотную приставив «ствол» подводного ружья к рыбе… А вот это уже, извините, фантастика! Я никогда так близко к добыче не приближусь…

— Вот что, Каналоа, — протянул, отрешённо глядя куда-то в океанскую даль, когда вышел после очередной, неудачной попытки. — Давай-ка мишень глубже. Метров на пятнадцать… В смысле, на сорок пять локтей, хорошо?

Океан сегодня спокойный, но, на всякий, решил перестраховаться. На сколько там достаёт волнение? Если память не подводит — три длинны волны?

На шестой попытке жгут лопнул. Но к этому я отнёсся вполне философски — не ждал, что первый же, буквально «на коленке» полученный, тяж из сырого каучука прослужит долго. Тут много к чему приходится относиться как к расходникам: ножи, ласты, наконечники. Теперь вот жгуты для арбалета.

Но то, что гарпуны отказывались лететь в цель… убивало.

Я, словно тюлень, втащил себя в лодку, чуть не перевернув утлую посудину.

— Давай, приятель, к берегу, — устало выдохнул помощнику.