Диета для трех поросят - Дарья Донцова

– Сейчас постараюсь удовлетворить твое любопытство, – борясь с подступающей к горлу тошнотой, пообещала я, – но взамен рассчитываю на твою откровенность …

– Первоапрельская история, – подытожила Ирина, когда я завершила рассказ.

– Это сплошная правда, – обиделась я.

Ирина встала, походила по кухне, потом села, облокотилась о стол и сказала:

– Родители наши давно умерли, и даже если правда наружу выплывет, им уже все равно. Меня все произошедшее никак не задевает, я работаю инструктором в фитнес-клубе, не богата, не знаменита. Кому я интересна? Семьи не имею, мужа или ребенка не потеряю, бояться кривой наследственности некому. У Олега, слава богу, несмотря на всех его шлюх, детей не было. Думаю, Господь решил: незачем Ефремовым размножаться. Ну и правильно. В принципе, надо похоронить прошлое, молчать о нем. Олег умер, вот он панически боялся, что истина на свет выплывет. Боролся с болезнью до конца! Сделал карьеру, зарабатывал офигенные деньги. Если узнаешь, каких усилий ему это стоило, зауважаешь мужика. Да только его, как всегда, баба подвела. Катерина мужа убила! Это ее рук дело.

Я выпила чай и спросила:

– Вы с невесткой в плохих отношениях?

– В ужасных, – подтвердила Ира. – Как только Олег привел ее в дом, я сказала брату: «Связался с шалавой, хищницей, она тебя выпотрошит и выбросит».

– Думаю, узнав о характеристике, Катерина не прониклась к вам любовью.

– Плевать! – отбрила Ира. – Олег не слушал моих предостережений. И что? Он погиб! Катька – убийца. И ей это не должно сойти с рук.

– Ты так уверена в виновности его жены! Но я была около Олега в момент его смерти. В доме находились еще два человека: Ирина-Лида и Вера Петровна. Никакой Катерины там и близко не было! А Ефремов сам схватил пузырек, на моих глазах.

– Вот-вот, – закивала Ира. – Что и есть главное доказательство. Сам, говоришь, к шкафу бросился? Да Олег с юности, когда у него истерика начиналась, к гардеробу кидался, он там успокоительное держал. Брат пытался скрыть, что болен, стеснялся признаться, что пользуется транквилизаторами, поэтому и держал капли не в аптечке, а на полке среди белья. Глупо и смешно! Я, естественно, знала о его привычке, и Катерина, конечно, тоже. Да и как было не узнать, если Олег, понервничав, опрометью летел к шифоньеру. Всегда! Ну прямо условный рефлекс у него сформировался. Да, он сам схватил пузырек и автоматически вылил в рот все содержимое. Олег принимал настой трав, двадцать пять миллилитров ему помогали. Большая доза, но вреда она ему не причиняла. Думаю, убийца на то и рассчитывал. Олег в момент всплеска эмоций плохо соображал, действовал как робот. Он боялся своей вспыльчивости, предвидя, чем может завершиться его припадок. А убийца, безусловно, хорошо его знал, вот и подменил лекарство. И наверняка этот спектакль устроен Катькой. Ха, да ведь ты ни о чем не догадываешься! Сейчас покажу. То-то я обалдела, когда тебя увидела…

Ирина вышла в коридор, а я стала рассматривать интерьер. Наверное, фитнес-клуб хорошо платит своим сотрудникам. Или, что вероятнее, покойный управляющий банка поддерживал сестру материально. Кухня оборудована по последнему слову техники, а мебель явно сделана на заказ.

– Вот, смотри, – возвестила Ефремова, вернувшись с пачкой фотографий. – Здесь наша семья. И не могу сказать, что в самые счастливые времена. Мама уже больна, папа весь на нервах, у Олега первые признаки болезни, одна я в полном порядке, делаю успехи в спорте. Наивная дурочка! Думала, стану чемпионкой, слава на всю жизнь… Куда там! Едва с пьедестала слетела, все обо мне забыли. Да не о том речь. Это кто, как ты думаешь?

Палец Ирины указал на полную женщину, стоявшую около мальчика-подростка.

– Ну, кто? – повторила Ирина.

Я прищурилась.

– Вроде лицо знакомое…

– В зеркало давно смотрелась?

Я заморгала, сосредоточилась и ахнула:

– Это я! Вернее, не я, но очень похожая на меня женщина.

Глава 23

– Это Тигровна, – пояснила Ирина, – по паспорту Натэлла Тиграновна. Кто-то из малолетних воспитанников превратил ее в Тигровну, и мы ее так звали. Вы и правда похожи. Но если вглядеться пристальнее, заметна разница: у тебя другой разрез глаз и нос чуть взернут. Когда ты на пороге возникла, я сразу не поняла, на кого ты смахиваешь, но потом едва не заорала: – Тигровна собственной персоной! Но затем до меня дошло: няне еще во времена моего отрочества под сорок было. И она умерла. Это точно.

– С ума сойти… – не могла успокоиться я.

– Шутка природы, – пожала плечами Ирина. – На свете много похожих людей, только они редко сталкиваются.

– Месяца три назад, кажется в июле, – вдруг вспомнила я, – мне пришлось отправиться в торговый центр. Я гладила мужу галстук и прожгла, а чтобы он не огорчился, я поехала в магазин и купила такой же. Поворачиваюсь и вижу мужчину в затемненных очках и в панаме с опущенными полями. Если помнишь, в июле жара стояла, хуже чем в Индии, весь народ разделся, и этот дядька не был исключением – натянул жуткие шорты, гавайскую рубашку да еще идиотскую панамку. Ожившая картина под названием «Отдых на Мальдивских островах».

Та сцена так и всплыла перед глазами…

Я хотела идти своей дорогой, а мужик вдруг как захрипит (помнится, я тогда подумала: «Мороженым объелся или голос сорвал на футболе»), встав мне поперек дороги:

– Как тебя зовут? Отвечай!

Я сначала растерялась, но потом сообразила – я нарвалась на психа, ругаться с ним опасно. Ну и спокойно ответила:

– Таня Сергеева.

Предполагала, что шизик удовлетворится, но нет! Он спросил:

– А ты не врешь?

– Нет, нет, меня зовут Татьяна Сергеева, – подтвердила я и краем глаза стала искать кого-нибудь из охранников центра.

– Сергеева? – протянул псих.

– Ну да.

– Татьяна?

– Верно.

– Сергеева?

– Точно, – кивала я, кляня ту минуту, когда решила поехать за новым галстуком.

– Работаешь медсестрой, нянькой, гувернанткой? – нахмурился шизик.

– Что вы! Я сотрудничаю в фирме «Прикол», – ответила я, – мы организуем вечера, дни рождения, праздники.

– «Прикол»?

– Ага.

– Фирма по гулянкам?

– Можно и так назвать, – согласилась я и стала потихоньку двигаться в сторону выхода.

Меня охватило раздражение. Ну кто отпустил в магазин этого психопата? Неужели родственникам все равно, что случится с потерявшим разум мужиком?

– Котя! – донеслось из-за колонны. – Ты где? Неужели трудно постоять на месте, пока я туфли примеряю? Что за манера удирать, не сказав ни слова!

Шизик вздрогнул.

– Простите, – вдруг вполне адекватно произнес он и поправил закрывавшие пол-лица черные очки, – я обознался. Принял вас за одну мою старинную знакомую, а сейчас сообразил: она давно в могиле. Да только вы так на нее похожи, что просто мороз по коже. Вот я и подумал: меня тогда обманули, жива она, и…

– Котя! Отзовись! – не успокаивалась невидимая дама.

«Гавайская рубашка» развернулась и нырнула в ближайший бутик. Я с облегчением вздохнула и пошла к метро. Конечно, не особо приятно услышать, что ты до боли похожа на умершую особу, но что взять с идиота…

– В конце концов, мне тоже надо освободиться от груза. Хочешь узнать, что случилось с моим братом? – перебила меня Ирина.

– Да! – воскликнула я.

– Его убили, я знаю, кто и почему. Вот только постороннему человеку трудно разобраться, эта история корнями проросла в прошлое.

– Ну так рассказывай, не тяни – предложила я.

Ирина скрестила руки на груди.

– Начну с наших родителей, Михаила Олеговича и Алевтины Марковны. Папа был крупнейшим психиатром, а мама…

– … болела шизофренией, – теперь я ее перебила. – Профессор, боясь огласки, во время обострения болезни прятал супругу от посторонних глаз на съемной квартире. А для присмотра за сыном нанял Тигровну, которая возилась и с его дочерью, но потом няня скончалась. Произошел несчастный случай. Вроде женщину убила сумасшедшая супруга профессора.

– Откуда ты это знаешь? – заморгала Ирина.

– Вера Петровна рассказала, – ответила я, – клиентка нашего агентства, то есть та дама, что представилась супругой Олега. Она психотерапевт. Так насчет Алевтины Марковны это правда?

Ира встала и поманила меня пальцем.

– Иди сюда…

Мы вошли в просторную гостиную, помпезно украшенную скульптурами.

– Как тебе эти работы? – поинтересовалась Ирина.

– Я плохо разбираюсь в искусстве и могу неправильно их оценить, но на мой взгляд дилетанта они замечательны.

– Это работы мамы! Я сохранила все ее произведения.

– Она была удивительно талантлива, – покривила я душой.

Мне всегда казалось, что истинный творец должен создавать нечто оригинальное, а скульптуры Алевтины Марковны были просто копиями старинных статуй. Вон там повторение работ древнегреческих мастеров. Я забыла имена скульпторов (у нас в институте был предмет «Античная культура»), а вот имена богов и героев греческих мифов могу назвать. В углу высится Зевс, около него Афина, чуть поодаль Прометей, прикованный к скале. Рядом с ним волчица с двумя младенцами – это уже из истории Рима. Алевтина Марковна была хорошим копиистом, даже повторила орнамент из латинских и греческих букв, украшавший невысокие пьедесталы. Всего в гостиной было десять статуй из глины – Алевтина Марковна лепила, она не работала с мрамором.