Битва за Изнанку - Дмитрий Александрович Билик

Именно в него Ерга и врезалась, извергая проклятия и дьявольское шипение.

– Я же сс… говорила, – довольно прокомментировала произошедшее Лихо.

Мне кажется, что целью жизни многих женщин является возможность произнести эту фразу. И если кто-то из женщин этого не сделает, то их после смерти точно отправят обратно на перерождение. Но сейчас я был совершенно согласен с Юнией. Да, говорила.

Сирин, к слову, физику явно не учила, поэтому кинетическую энергию проигнорировала. Мгновенно вскочила на ноги и взмыла вверх.

– Что это было? – удивленно спросила незнакомка.

Ну да, от неожиданности я перестал ее «держать» промыслом, вот женщина и пришла в себя.

– Чайка, – ответил я.

– Такая большая, – настороженно произнесла она. – Я не помню, как оказалась здесь. Только что была там.

– Задумались, наверное, – подсказал я ей нужный вариант, а сам отошел в сторону.

Женщина кивнула и пошла дальше, правда, несколько раз обернувшись.

– Сирин? – лишь удивленно спросил Лео.

– Так получилось, – неопределенно отмахнулся я. – Спас на свою беду. Теперь, оказывается, нельзя к женщинам приближаться. Может, проводить эту, на всякий случай?

Я кивнул на удаляющуюся незнакомку. И спросил, само собой, не у Лео.

– Ничего сс… с ней не случится, – ответила Лихо. – Ерге нужен ты, а не бабы. Но если кто окажется рядом...

– Это понятно.

Лео, что-то колдовавший с хистом, удивленно посмотрел на меня. Ну да, разговоры с Лихо всегда выставляли меня полоумным для остальных. Сам спросил, сам ответил.

– Я ей печать Отвлечения повесил, через часок сниму. К тому времени в толпе затеряется.

Я поглядел в небо. Опять пустое, без намека на опасность. Нет, такая хреновина меня совершенно не устраивала. Вот не ровен час решу упасть в объятия блуда и похоти, а хрен там. Окажется, что моя спутница подвергнется участи богомола после коитуса. Если до него вообще дойдет дело. Действительно, надо кому-нибудь ее сбагрить, пока до крови не дошло.

До Подворья мы доехали без всяких приключений. Скажу больше, Степан Филиппович оказался искренне рад меня видеть. Он оставил вместо себя своего помощника, а сам повел меня вглубь лавки. Оказалось, что помимо лестницы и цокольного этажа с мастерской, имеется вполне официальный кабинет. То есть для тех случаев, когда нужно побеседовать с важным гостем. Молодец, Матвей, дорос!

Здесь меня усадили в кресло, налили свежий чай в фарфоровые чашки и стали вести ничего не значащие беседы. О погоде, настроении, планах на жизнь.

– Степан Филиппович, давайте не будем ходить вокруг да около. Чай у вас вкусный, правда, у меня такой даже бес не делает. Но что изменилось? Я в прошлый раз вам записи принес, а оказался в кабинете только сейчас.

– Разве нужен повод, чтобы побеседовать с хорошим человеком? К тому же, о вас много говорят после гибели Хтони. Точнее, о вашем друге из Скугги, который победил Хтонь. Для этого и нужен был артефакт?

Одно из двух – либо Филиппыч сильно плавал во временных рамках, либо сведения о произошедшем в пещере добрались до него только сейчас, со значительным опозданием.

– К сожалению, не могу ответить на ваш вопрос. Понимаете, здесь замешаны действительно важные персоны.

– Понимаю, понимаю, – торопливо закивал он. – Лучше не совать нос в дела Его Величества.

У меня сразу родился гениальный по своей наглости план. А что, пусть и имя Великого Князя немного поработает на меня. Хоть на что-то Святослав сгодится, а то пользы от него, как от ревнивого кота, который только в тапки гадит.

– Я вот к вам по какому делу, Степан Филиппович. У меня есть важное государственное задание. Секретное. Задача в том, что нужно максимально усилить группу низкоранговых рубежников с помощью артефактов. Бюджет три тысячи монет серебром.

Артефактор встрепенулся, волосы его встали дыбом. Он разве что чуть-чуть посетовал, что денег маловато (когда же этот тип наконец наестся?), но если того требует Княжество, так и быть, он готов.

Я не знал, чего там Княжество требует, разве что постоянно и решительно кивал. Сошлись на том, что Филиппыч достанет множество атакующих и защитных заклинаний одноразового действия. Я тут попытался встать в позу, что нужны длительные. Однако артефактор спокойно объяснил, что мы не пройдем по цене. Хватит на три-четыре кольца, да и эффект от них будет в разы меньше, чем от одноразовых. Зато последние могут в разы усилить владельца.

Филиппыч сокрушался, что работает не только без комиссии, но даже себе в убыток. Но раз уж «Княжеству требуется». Я кивал, мол, действительно требуется. Но ничего конкретного не говорил. Если потом попытаются подтянуть за слова, то жестко обломаются. Лишь когда мы все обговорили, выпили еще по три чашки чая, я передал почти все имеющееся у меня серебро. А затем пожал руку.

– Два дня, – заверил меня Филиппыч. – Матвей, хотя бы намекните, куда готовятся забросить диверсантов?

Я чуть не закашлялся.

– Ну что вы, какие диверсанты? Я так, кое-что для своих друзей собираю. Кстати, не знаете, какая нынче погода в Москве.

Артефактор кивнул, при этом так надолго смежив глаза, что казалось, почти уснул. На самом деле это значило: «Намек понял».

Я вышел в Подворье с удивительно веселым настроением. Не думал, что дурить людей – это так весело. Тут же отыскал глазами Лео и кивнул ему:

«Теперь к волотам».

Глава 15

Волоты были в самом добром расположении духа. Наверное, сказывался скорый отъезд из ненавидимого Ипатом города. Хотя его в этом даже винить нельзя. У меня у самого раньше Питер ассоциировался исключительно с безудержным кутежом и весельем. Теперь я отождествлял его в том числе с Великим Князем и его погремушками.

Так или иначе, но даже Лео впустили. Хотя слово «даже» тут оказалось не совсем уместно. Во-первых, Коловрат лично поприветствовал моего телохранителя, словно знал его довольно давно. Во-вторых, мне очень не понравилось, что Лео от такого обращения смутился. Точно не хотел, чтобы я знал об этом всем.

Сдается мне, рубежник в прошлый раз ждал меня снаружи не потому, что сюда ему вход был заказан. Скорее, не хотел «светиться».

Волоты уступили место Лео возле костра, однако телохранитель опять удивил. Он посмотрел на огонь каким-то внимательным, оценивающим взглядом, мотнул головой и ушел в противоположную сторону лагеря, к разобранным домам.

–С ними всегда так, – задумчиво