Миссия «Лучшая подруга» - Зоран Дрвенкар

Я пыталась найти подругу, похожую на меня. Но на самом деле мне нужно совсем другое. Поэтому ночью я изменила параметры поиска. Ноутбук чуть не улетел в космос.

– И как? – спросил Сянь Сянь Юй. – У тебя получилось?

Пандекраска Пампернелла кивнула.

– Её зовут Милли ван Сандберг.

– Милли ван Сандберг? – переспросила профессор Мосс.

– Что ещё за Милли ван Сандберг? – добавил я.

– Понятия не имею, – ответила Пандекраска Пампернелла. – Я не успела про неё почитать, потому что уснула.

Профессор Мосс открыла ноутбук и начала печатать. Сянь Сянь Юй пошёл на кухню заваривать чай – мол, без чая ему не думается. Пока Пандекраска Пампернелла ходила в туалет, я принёс чашки и тарелочку с печеньем. Мы вернулись в гостиную одновременно. Профессор Мосс подняла взгляд от ноутбука:

– Нигде не могу найти твою Милли ван Сандберг, – задумчиво сказала она. – Я перерыла весь интернет. Такое впечатление, что её вообще не существует. И как только моя программа её нашла?

Мы все терялись в догадках. Пандекраска Пампернелла нахмурилась и погрузилась в мысли. Я разлил чай по чашкам, и все мы принялись задумчиво его попивать.

– А что с её родителями? – прервал молчание Сянь Сянь Юй.

– В смысле? – спросил я.

– Может, стоит поискать их?

Сянь Сянь Юй притих, а профессор Мосс топнула ногой:

– Ну конечно! Вот где я слышала это имя!

Она снова склонилась над ноутбуком и через две минуты развернула к нам экран:

– Ван Сандберги руководили группой археологов, которая десять лет назад проводила раскопки в Амазонии. Это они нашли легендарные чаши Пунура. Когда-то я с интересом следила за их раскопками. В новостях только про это и говорили.

На экране была фотография четы ван Сандберг. Они радостно улыбались в камеру. У женщины на руках был младенец, а отец воздевал к небу чашу.

– Судя по всему, этот ребёнок – Милли, – сказала Пандекраска Пампернелла.

– А где её родители сейчас? – спросил я.

Профессор Мосс переключилась на другое окно в браузере. Мы увидели вигвамы, буйволов и заснеженную дорогу со следами заноса.

– После последних раскопок ван Сандберги вернулись на родину в Канаду, – продолжала профессор Мосс. – И уехали в глушь, чтобы реализовать мечту всей жизни: они восстановили древнее индейское поселение и сами там обосновались. Вы наверняка про них слышали, по телевизору даже показывали документалку. Но счастье ван Сандбергов длилось недолго. Два года назад во время снежной бури их джип вылетел с дороги и упал в обрыв. Девятилетней дочки с ними не было – она температурила и её оставили в поселении. Имя девочки не упоминали в газетах, поэтому я и не смогла найти её в интернете.

– Что стало с Милли ван Сандберг после аварии? – спросил я.

– После смерти родителей её должна была взять под опеку тётушка из Торонто. Она собиралась заботиться о малышке, но так и не дождалась её прибытия. Отправившись на поезде из Уайтхорса в Торонто, Милли ван Сандберг бесследно пропала. С тех пор никто о ней не слышал.

Профессор повернулась к Пандекраске Пампернелле.

– Мне очень жаль. Зря ты обрадовалась.

– А вот и нет, – ответила героиня.

– В смысле?

– Не может же мне настолько не везти.

Прежде чем мы успели возразить, что невезение может настичь любого и не распределяется поровну по всему человечеству, Пандекраска Пампернелла добавила:

– К тому же я знаю, где Милли ван Сандберг.

Наша героиня оглядела всех широко раскрытыми глазами.

– Не томи, – попросил Сянь Сянь Юй.

– Даже если Милли ван Сандберг во многом моя противоположность, то в чём-то мы всё равно наверняка похожи, иначе программа её бы не выбрала. Поэтому мне кажется, что мыслим мы одинаково. А если так, то после гибели родителей Милли ван Сандберг должна была принять кое-какое решение. Она бы ни за что…

– …не поехала к тётушке, – закончил я.

– Верно! – радостно подтвердила Пандекраска Пампернелла. – Она бы ни за что не бросила место, в которое столько вложили её родители.

– Думаешь, она всё ещё в индейском поселении? – спросила профессор Мосс.

– Будь я Милли ван Сандберг, я бы точно осталась там.

– Но ведь в индейском поселении её стали бы искать в первую очередь! – возразил я.

– Возможно, она хорошо спряталась.

Сянь Сянь Юй покачал головой.

– Звучит неубедительно, – сказал он. – Как эта девочка могла два года прожить одна в заброшенном индейском поселении и никто её не заметил?

– Понятия не имею, – ответила Пандекраска Пампернелла, – но я это выясню.

Она вскочила с дивана и, не говоря больше ни слова, выбежала из комнаты.

Мы, взрослые, переглянулись.

– Вы думаете о том же, о чём и я?

– Скорее всего, – ответила мне профессор Мосс.

Сянь Сянь Юй вздохнул.

– А я так хотел пару дней провести спокойно.

Я взглянул на часы.

– Как думаете, ей хватит пяти минут?

– Судя по скорости, с какой она вскочила с дивана, она управится быстрее, – решила профессор.

– Я бы дал минут десять, – предположил Сянь Сянь Юй. – Она была не готова к выходу.

– Я ставлю на восемь, – ответил я.

Права оказалась профессор Мосс.

Через четыре минуты Пандекраска Пампернелла вернулась в каминный зал. Для нас оставалось загадкой, как можно за такой короткий срок принять душ, собрать чемодан, переодеться и сделать новую причёску. «Пузырчатый хвост», шедевральный в своей простоте, вполне отражал настроение героини – спокойное и сосредоточенное одновременно.

– Я готова, – объявила Пандекраска Пампернелла. – Канада ждёт нас.

И тут она вдруг улыбнулась.

Казалось, нас озарило солнце – и мы почувствовали, что всё будет хорошо, ведь, когда Пандекраска Пампернелла улыбается, мир преображается. Мы переглянулись, ощущая уверенность в будущем и даже снова предвкушая приключения, хотя совершенно не представляли, что нас ожидает в диких лесах Канады.

Решение было принято.

Мы с готовностью отправились в путь.

Конец

Десять секунд спустя, или Дальнейшие события, лишившие нас дара речи

Я не хотел вам этого рассказывать.

Думал, это будет лишним.

Но как уже говорилось много страниц назад, без правды не бывает хроник.

Мы не сразу отправились в путь.

В этом, вероятно, и была наша ошибка.

Мы слишком медленно собирались.

Долго планировали, продумывали маршрут.

Сянь Сянь Юй по телефону забронировал авиабилеты, профессор Мосс очень переживала, что не может поехать с нами, поскольку её ждали в Египте, а я всё гадал, какое сейчас время года в Канаде – зима или лето? И нужно ли брать тёплые вещи?

– Может, уже поедем? – спросила Пандекраска Пампернелла.

– Не все умеют собираться так быстро, как ты, – ответил я.

Мы просчитались.

Нам следовало просто выскочить из замка и запрыгнуть в «Роллс-Ройс», чтобы Бобби Би отвёз нас в аэропорт, где мы, недолго думая, вылетели бы в Канаду.

Но мы этого не сделали.

Мы были так взволнованы, так радовались новому приключению, будто вся наша жизнь – бесконечный пикник.

И вдруг нашу радость прервал чей-то кашель.

Мы повернулись на звук.

На пороге каминного зала с серебряным подносом в руке стоял слуга Пьер.

– Разрешите побеспокоить?

Ничего не подозревая, мы пригласили его войти.

Слуга Пьер подошёл к Пандекраске Пампернелле и наклонился, чтобы она смогла взять письмо с серебряного подноса.

– Почта для принцессы! – объявил он.

На конверте было написано имя нашей героини. Пандекраска Пампернелла одними кончиками пальцев взяла с подноса письмо и поблагодарила Пьера. Тот хотел было уйти, но я его задержал.

– Откуда это письмо?

– Я нашёл его утром среди газет.

Послышалось шуршание.

Пандекраска Пампернелла не колеблясь разорвала конверт. Мы собрались рядом. Даже профессор Мосс не могла скрыть любопытство.

Лучше бы мы не стали читать письмо.

Лучше бы мы не пускали Пьера в каминный зал, а конверт продолжил бы лежать среди газет.

Это письмо – худший финал для нашей истории.

Злой рок настиг нас без предупреждения и фанфар.

В конверте был всего один листок.

Пандекраска Пампернелла его достала.

На листке было написано:

«Дорогая Пандекраска Пампернелла,

Ты никогда не задумывалась,

кто на самом деле твои родители?

С наилучшими пожеланиями,

Бифф Строганов»

…Но и это, конечно же, ещё не конец нашей истории.

Приложение. Потерянные годы Пандекраски Пампернеллы

Три года

Пандекраска Пампернелла бежит по лужайке и хохочет. Она срывает несколько травинок, размышляя об энергетическом кризисе.

За завтраком она открывает для себя всё великолепие круассанов с начинкой и незамедлительно решает стать кондитером. Из Лиона к ней прилетает высококлассный кондитер по имени Дюк Дюшан. Он носит усы и специализируется на круассанах с кокосовым кремом. Четыре дня они пекут вместе круассаны, потом Пандекраске Пампернелле это надоедает, и Дюка Дюшана высылают обратно во Францию.

Пандекраска Пампернелла узнаёт, что свет в холодильнике гаснет, как только закрывается дверца. Она желает понять устройство холодильника, поэтому принцесса и биограф, вооружившись отвёртками, начинают разбирать холодильник. За этим занятием нас застаёт королева. После того как холодильник вновь собрали, он стал способен изготавливать лишь шарики льда. Никаких кубиков льда по неизвестной причине холодильник больше не выдавал.

Четыре года

Пандекраска Пампернелла впервые изъявляет желание сесть за руль. Предпочтительно за руль «Альфа-Ромео-Спайдера» 1967 года выпуска, потому что это жемчужина королевской коллекции. Королевская чета говорит нет. Пандекраска Пампернелла сердито