Российская империя 2.0 (сборник) - Ольга Елисеева

Последние слова он произнес по-русски и задумался, как бы перевести.

– Вот же сукины дети! – перевел по-своему Лордкипанидзе.

– Ориентируешься правильно, – согласился инженер.

– М-да… – протянул задумчиво пилот. – Теперь многое в поведении машины становится яснее. Но надо сказать, эти мерзавцы знают свое дело.

– Спасибо, Паша, – сказал командир. – Теперь, пожалуйста, вот что… Нам нужно питание на датчики системы геологоразведки. И свистни Эрику – пусть тащит ее сюда. Если она не разбилась, конечно.

– Принято к исполнению. С Кацманом что делать?

– Плюнь ему в рожу от нашего имени! – предложил штурман.

– Ничего не делать, – сказал командир. – Он не виноват.

– ЧЕГО-О?! – возмутились хором сразу все.

– Сами подумайте, – посоветовал командир.

Он почувствовал, что с ним не согласились, но его послушались, и это было главное.

Его команда угодила в ситуацию, когда нет ничего важнее взаимного доверия и слаженности действий. Иначе всем хана. Глобально.

На черном-черном острове под слоем черного-черного песка лежала влипшая в магму Черная Смерть, у командира не было в этом сомнений. Легендарный корабль расы космических скитальцев, о котором предупредила землян Гильдия Торговцев. По их данным, последняя известная Черная Смерть ушла в направлении Солнечной системы еще в незапамятные времена, и больше ее не видели. Теоретически на корабле должны были находиться две, образно говоря, бомбы, каждая из которых убивала все живое на целом полушарии, не трогая инфраструктуру. После чего из корабля высаживалась, опять-таки образно говоря, муравьиная матка с рабочими и колонизировала планету. Выжрав дочиста биосферу, насекомые строили новый корабль, сажали на него следующую матку, и та уходила дальше в поисках нового места, а оставшиеся просто вымирали. В чем смысл такой стратегии, Гильдия Торговцев если и понимала, объяснить не смогла, а скорее всего, просто относилась к этому как к некой данности: ну вот есть во Вселенной разные уроды.

Сама по себе Черная Смерть была если не технологическим шедевром, то где-то рядом, и кто сумеет разобраться хотя бы в ее двигательной установке, уже в огромном выигрыше. Но одна-единственная бомба, активировать которую наверняка не проблема – и уж совсем не проблема соврать, будто ты знаешь, как это сделать, – даст формальному владельцу корабля возможность диктовать свою волю остальному человечеству.

Особенно если владелец живет в одном полушарии, а остальное человечество в другом. Потрясающий соблазн. Что для империи дряхлой, но гордой, что для империи молодой и наглой.

Место для подрыва сейчас неудачное – это повезло, конечно, – но выдолбить корабль из скалы, в которую он вплавился миллион лет назад, подобраться к люкам, вскрыть их, и либо извлечь оружие, либо перетащить корабль целиком куда тебе надо, на нынешнем техническом уровне решается легко. Капитану Воронцову хватило нескольких секунд, чтобы представить себе все доступные варианты. И вероятные сценарии развития событий тоже.

Все они ему не нравились.

А особенно не нравилось то, что услышал от диспетчера перед самой посадкой Мюллер: здесь на море практически нет движения, торговые пути далеко, но мимо идет по своим делам эскадра ВМС США, и один фрегат уже имеет приказ отвернуть к точке падения «корсара» и снять с острова терпящих бедствие. Прибытие ориентировочно через двадцать часов.

Мюллер еще обрадовался, что их снимают американцы, – быстрее попадем в Штаты и отрихтуем физиономию мистеру Смиту. Если его раньше страховая компания не съест живьем, она ведь начнет разбираться, почему на таком хорошем корабле такая загадочная электрика, и наверняка что-нибудь удивительное откопает.

Удивительного про свой корабль они теперь знали более чем достаточно без помощи страховщиков.

А вот второй удивительный корабль был тут даром не нужен.

На черном-черном пляже стоял импровизированный тент, а под ним на ящиках от геодезического оборудования сидели грустные-грустные люди.

– Время уходит, – сказал командир. – Пока что над нами облачность. Но едва облака разойдутся, нас станут искать со спутников и могут разглядеть лишнее. Поэтому – резюмирую. Мы тут все, строго говоря, обыватели. Но мы уверены, что Черная Смерть неминуемо изменит баланс сил на планете, в чьи бы руки ни попала. Более того, сам факт присутствия этой штуки на Земле может вызвать большой конфликт, войну на опережение. Кто за кого подпишется и чья в итоге возьмет, предсказать невозможно, но драка будет. И теперь я спрашиваю: как мы можем исправить ситуацию? Есть идеи?

Команда молчала и переглядывалась.

– Раз уж все так официально, прошу занести в протокол мое особое мнение, – сказал штурман. – Тут были высказаны э-э…

– Инсинуации, – подсказал командир.

– Спасибо. Инсинуации в адрес Соединенных Штатов Америки и их внешней политики. Я заявляю по этому поводу решительный протест. Моя великая родина последовательно борется за мир и демократические свободы во всем мире…

– В гробу мы видали такую борьбу за мир, – ввернул Мюллер. – И такие свободы.

– …и на этом основании я заявляю: единственный шанс сохранить найденный нами инопланетный корабль в неприкосновенности, сделать его общим достоянием человечества и справедливо использовать технологии, которые удастся из него извлечь – передать корабль в собственность США.

Все, даже Кацман, посмотрели на штурмана неодобрительно.

– Зафиксировано, – командир повернулся к Кацману. – Какой юридический статус у Черной Смерти, ты разобрался?

– Погодите, мне никто не хочет ничего сказать? – спросил штурман.

– Мы тебя не осуждаем, – сказал Мюллер. – Ты просто молодой еще. У тебя какие-то иллюзии. Это бывает, и это пройдет.

– Я тоже молодой, а иллюзий никаких, – сообщил пилот. – И вообще я вас всех ненавижу, особенно Кацмана.

– И это пройдет, – заверил его Мюллер. – Помнишь, я на краю ямы остался сидеть? Ух как я вас всех ненавидел в тот момент.

– Особенно Кацмана, – подсказал геолог. – А вот я всех люблю, даже тебя, зануда. И тебя, Майк. Давайте вместе как-то…

– Давайте к делу, – перебил командир. – Кацман, докладывай.

– Статус Черной Смерти – запутанный вопрос. Надо установить, что тут у нас: бесхозная недвижимость, просто находка или клад.

– Ты нам мозги не пудри, – вмешался Мюллер. – Тебя спросили – отвечай.

– Я и отвечаю… Если недвижимость…

– Движимость! – перебил командир.

– Как скажете. Просто хочу предупредить, что если корабль признают недвижимостью, он в конечном счете отойдет муниципалитету. Да-да, муниципалитета здесь сейчас нет, но ведь будет. А вот если Черная Смерть – находка… Да чего вы злитесь так? О находке мы обязаны немедленно заявить в полицию или органы местного самоуправления. Если в течение полугода не будет найден хозяин, корабль переходит в нашу собственность.

– Полгода… – протянул командир.

– За полгода все политики насмерть перегрызутся и устроят войну, это к гадалке не ходи, – процедил сквозь зубы пилот. – А вы еще спрашиваете, почему я вас ненавижу!

– И в мыслях не было тебя спрашивать, нужен ты нам больно такой злой, – мягко сказал геолог и положил руку пилоту на плечо. Тот дернулся и руку сбросил. Кажется, он был действительно очень зол.

– Но намного хуже, если этот корабль – клад, – осчастливил публику Кацман. – Тогда нам принадлежит ровно половина, а половина отходит собственнику имущества, в котором клад был сокрыт.

– Какому?

– Ну все тому же – какой тут образуется. Кто заявит право на остров.

– А что такое по закону клад?

– Деньги или ценные предметы, намеренно сокрытые, и, в отличие от находки, не имеющие собственника… Вы уверены, что Черную Смерть не спрятали здесь нарочно? Я бы не рискнул это утверждать. Суд может быть иного мнения.

– Черт побери! – пилот аж подпрыгнул.

Все посмотрели на него.

– Мы ведь не можем просветить Черную Смерть насквозь. А вдруг собственник… Внутри сидит? Ну лежит там в анабиозе, например.

– Тем более не надо соваться внутрь, – сказал командир. – А то еще разбудим.

– Разрешите, я озвучу самый неприятный вариант, и на этом у меня все, – попросил Кацман.

– Ты всегда самую гадость оставляешь напоследок, – буркнул Мюллер.

– В случае обнаружения нами клада исключение составляют вещи, признанные памятниками истории и культуры. Их судьба решается судом на основании научной экспертизы. Думаю, признать Черную Смерть памятником истории – раз плюнуть. Но есть вариант намного проще. Если раскопки и поиск ценностей производились без разрешения собственника имущества, в котором сокрыт клад, тогда общая собственность не наступает в принципе. И хозяин земли получает все.

– А мы тут произвели раскопки, – сказал командир, оглядываясь на яму.