Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ) - Вайс Вирсавия

- Прекрасно. – Алекс сделал глоток коньяка. – И что же из всего этого следует? Уж не хотите ли вы сказать…

- Именно это я хочу сказать. Вы все обладаете определенными характеристиками, каждый уникален, но Катя. Катя последняя. Она совершенство, но из-за какой-то невероятной идиотской погрешности она настроена на тебя! Вы как вышки сотовой связи. Мы не смогли это объяснить. Было решено вас разделить, чтобы вы даже встретиться не смогли. Но все карты спутала Натэлла. Эта идиотка…

- Вы втроем не смогли поделить Лопырёва.

Ираида даже не успела подумать, как её рука со всей силы ударила Алекса по щеке.

- Заткнись, Деринг! Что ты знаешь об этом?

- Много чего! – Он схватил её за руку, слегка вывернув кисть. – В отличие от вас, я был с Катей. Вы и половины не знаете, как Натэлла с нею обращалась. Может, поинтересуетесь у дочери, куда она повезла ее вечером двадцать шестого ноября? Или спросите, почему Катя даже летом ходила всегда в кофте с длинными рукавами и в плотных колготках? Думаю, у вас на это духу не хватит, это слишком неудобная для вас правда. Она ненавидела вашу дочь! И вообще, если вы все такие замечательные, если Катя ваша дочь, то почему в свидетельстве о рождении записана Натэлла, а не вы?

- Потому что она её родила! Мне не дали родить своего собственного ребенка! У меня не было на неё никаких прав. Когда Натэлла исчезла вместе с нею, я ничего не могла сделать, а эта старая сука Калерия ничего мне не сказала! Она вбила в голову Натэллы, что ты с Катей…

Она осеклась, вскрикнула и зажала рот рукой. Алекс медленно поднял голову. Его взгляд стал ледяным. Губы побелели и сжались в тонкую ниточку.

- Что я с Катей?

Его тон был спокойным, даже ласковым, как взгляд кугуара перед смертельным прыжком.

- Брат и сестра. – прошептала Ираида.

Глава 30

Алекс побледнел. Бокал в его руке хрустнул, и осколки впились в ладонь.

- Есть хоть один, малейший шанс, что это правда? - хрипло спросил он. - Хоть один?

- Ни единого! - отрубила Ираида. - У меня с твоим отцом никогда ничего не было и быть не могло. И уж биоматериала его точно не было в лаборатории после того, как родился ты. В любом случае я всё равно всё проверила, после того как Катюша родилась. Но эти ненормальные убедили себя в том, что это правда. Они не могли принять истину, что Катя — дочь Владимира.

- И поэтому измывались над нею по очереди!

Алекс отвернулся. Он вспомнил, как Натэлла толкала её в тот день, когда они познакомились, как влепила ей пощечину, когда буквально зашвырнула её в такси. Какими грязными словами обзывала её Калерия. Теперь ему стали понятны слова матери, сказанные бабке, что они издеваются над ребёнком из-за Владимира. На тот момент его считали погибшим во время покушения. Но, как оказалось, тогда в машине был отец Алекса, водитель и охранник Владимира, которого по ошибке и приняли за Лопырёва, а может и не по ошибке.

- Я не знала этого.

Ираида сделала глоток и поставила пустой стакан на подоконник. Она обхватила себя руками и смотрела на море. На горизонте загоралась заря.

Алекс ушел в ванну и вернулся с полотенцем, которое намотал на кисть. Полотенце тут же пропиталось кровью.

- Когда вы узнали, что Катя у Натэллы? Двадцать шестого ноября? - он посмотрел на неё исподлобья.

- Да. Она позвонила ближе к полуночи. Тогда я и узнала, что вы встретились. Было решено увезти Катю из Питера, но произошла авария. Тогда мы решили похоронить Катю. В Москве она уже появилась как Томилина, это должно было навсегда поставить точку в твоих поисках, что, в общем, и произошло. А потом… - она взяла пустой стакан.

Алекс подошёл к столу и, взяв бутылку, наполнил её бокал.

- Потом начался ад. Нужно было стереть у неё все воспоминания о тебе. В больнице её заглушили психотропами. Но как только она попала домой, её уже было не остановить. Она сбегала из дома. Её постоянно снимали с электричек и поездов, следовавших в Питер. Ловили на Ленинградке, где она пыталась сесть на попутки. За ней всегда ходила охрана. А ночью был кошмар. Всегда ты! Сначала она тебя звала, плакала, кричала. Тогда я увезла ей обратно. В один из самых отдаленных районов Питера. Стало немного легче. Она хотя бы не убегала. Но с восемнадцати лет началось другое, она…

- Не надо! - зло оборвал её Алекс. - Я знаю, что было! Было то, что есть и сейчас и всегда!

- Ты к тому времени женился на Ларисе. Мы отдали тебя ей, так как думали, что она тебя успокоит, и Катя соответственно тоже успокоится.

- Напрасно вы так думали. Даже когда я трахал свою жену, я всегда видел только её!- прошипел Савицкий.- Вы хоть понимаете, что вы натворили! Вы украли нашу жизнь!

- Ты не понимаешь!

- Нет, это вы не понимаете! Она моя! Она всегда была моей! Если вы, или хоть кто-нибудь из вас, хотя бы приблизитесь к моей жене, я вас всех уничтожу! Я не пожалею всего своего состояния, но я камня на камне не оставлю от всей вашей богадельни! Лавры Йозефа Менгеле не дают покоя? Как и он, возомнили себя богами? Тогда готовьтесь к аду на земле! Я подожгу землю под вашими ногами!

Он подошёл к столу, сгреб все документы, приготовленные Ираидой, и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Она вздрогнула от грохота и залпом осушила бокал, вытерла губы тыльной стороной руки и медленно вышла на балюстраду. Скинув туфли на высокой шпильке, она босиком прошла по каменному полу и облокотилась на перила. Подняла голову, достала шпильки из головы и встряхнула волосами. Ей впервые стало легко, она сбросила груз, который слишком долго тянула одна. Ираида была уверенна, что ни Алекс, ни Катя завтра не придут. Деринг найдёт правильные слова, чтобы объяснить её дочери всё, ничего при этом не объясняя. Он это умел делать, как никто. Гениальный аналитик, прогнозист, человек с фотографической памятью, он был на это заточен с самого рождения. И он любил её дочь. Между ними было то, о чем другие и мечтать не смели.

Она услышала, как в комнате зазвонил телефон. Улыбнулась. Ираида знала, что звонит он и, судя по всему, уже с борта своего джета.

- Ну вот и всё. - прошептала она. - И что ты сейчас сделаешь, Ирка? Шаг вперед или шаг назад?

Она оглянулась и посмотрела вниз, на каменную дорожку внизу. Тряхнула головой и, оттолкнувшись от каменной балюстрады, пошла в комнату.

Взяла телефон.

- Да? Зачем, Володя? Он всё знает. Тогда он объявит тебе войну. Ты к этому готов? Мы ещё не знаем, на что он способен. Его деньги и его ум — это смертельное сочетание. А если Деринг ещё и как Лариса, он просто катком прокатится по нам всем. Ко мне? Ты просто едешь ко мне? - она откинула голову и засмеялась. - Тебе не кажется, что нам просто нужно уже признаться в том, что пора поставить точки. Во всей этой истории. Да нет никаких нас! Есть я и есть ты! - по её щекам катились слезы. - Ты не повесишь моё сердце на стену своих трофеев! Иди ты к чёрту!

Она бросила телефон и долила остатки коньяка. Расстегнула блузку и села в кресло, закинув ноги на стол, наклонила голову и взбила волосы, откинулась на спинку кресла и потянулась, застонав от удовольствия. Вытащила тонкими пальцами сигарету, чиркнула золотой зажигалкой, затянулась, сделала большой глоток и провела ногтем большого пальца по линии шеи, вдоль ключицы и к ложбинке между тяжелых полушарий. Она подцепила кулон, который носила, не снимая, уже тридцать лет, и сняла его через голову. В лучах встающего солнца заиграл бриллиантовой россыпью платиновый уроборос.

Змей покачивался на тонкой золотой цепочке, как маятник во время сеанса гипноза.

Она почувствовала запах Roja Haute Luxe одновременно с тем, как его рука легла на её шею и, нежно касаясь кожи, спустилась к ключице.

Он наклонился, и его губы прижались к нежной коже за ухом.

- Ирка, - прошептал он. - Какого чёрта ты творишь?

Она улыбнулась.

- Ты навсегда или опять до утра?

- Ты же знаешь.

- Тогда уходи.