Сильная уязвимая Я. Особенности женского интеллекта - Ева Израилевна Весельницкая

может быть, когда-то толчком к тому, что выродилось в прямолинейный и примитивный феминизм, было укрепившееся во многих женщинах, поддержанное образованием, большей свободой взаимодействий, широтой кругозора ощущение того, что женщина имеет право быть, а не только соответствовать.

Женщина имеет право быть, а не только соответствовать. А к факту проявленности бытия совершенно неприложимо ожидание, что оно будет соответствовать требованиям мужского мира.

То есть это некоторая попытка настоять, предъявить свою уникальность как факт реальности, так же непреложно существующий, как существует уникальность мужская.

Принцип дополнительности

Много лет назад в первой своей книге, которая называлась «Женщина в мужском мире», я описала алгоритм гармоничного, взаимодополняющего взаимодействия мужского и женского начал мира. Он пронизывает все аспекты реальности, проявляясь и в жизни конкретной женщины и конкретного мужчины. Алгоритм опирается как раз на особенности интеллекта и природной данности мужчин и женщин.

Выглядит он следующим образом:

мужчина задает направление,

женщина предоставляет пространство,

следующим шагом мужчина создает структуру,

женщина ее заполняет.

Мужчина ставит точку в процессе заполнения,

женщина осваивает эту точку, и из этого рождается шанс на новое направление.

Все, о чем мы говорили выше, могло возникнуть, да и возникло, именно из-за нарушения этой закономерности, из-за смешения функций, так свойственной женщинам путаницы. Активная позиция в социуме была воспринята женщинами не как возможность делать что-то вместе, соединяя свои сильные стороны с сильными сторонами тех, кто этот социум создал, а как шанс отодвинуть их и оказаться вместо.

Какие закономерности, какие сложные взаимодействия систем, да вы что?! Все свалим в одно: я вам и направление задам, и заполню, и сама точку поставлю! И уже практически с гордостью говорится: «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик», и уже практически всем понятный термин «мапа». Тут уже не до нежностей, не до тонкостей, не до сказок на ночь, не до неспешных душевных разговоров, где уж тут разбираться, живое – не живое. На войне, как на войне.

В чем альтернатива? В том чтобы не подтягивать свои слабые стороны, а опираться на сильные. Что такое теряющий человечность мир? Это мир рациональных конструкций, не заполненный жизнью. Что может заполнить структуру жизни людей, чтобы она жила, чтобы не прерывался поток передачи смыслов, обычаев, нравственных законов, понятий добра и зла, опыта души, чтобы сохранялось непостижимое для рационального знания неколебимое знание – это по-человечески, а это уже нет?

Есть такое сокровище у человечества, и имя ему – культура. Культура как ощущение своей эмоциональной присоединенности к истории жизни людей с их болью и радостью, к добытому опыту ценности отдельной человеческой жизни, к открытым на пути смыслам, к возвышающим душу переживаниям и к трагедии потерявших чувство нравственной границы.

И еще одно сокровище есть у человечества – женщина, которой от природы дано чувствовать связи, видеть живое и неживое, скреплять, соединять, оживлять, заполнять. И нужно ей для этого совсем немного и много до невероятности: принять себя, открыть прежде всего для себя свою природу и смелость предъявить себя миру.

Женщина, себя не боящаяся

Женщины боятся себя. Ты, женщина, бойся себя. Ты боишься себя и потому нуждаешься в помощи, в защите, в опеке.

Просто какое-то заклятье злой ведьмы из детской сказки.

Но ты уже взрослая девочка, ты была взрослой даже тогда, когда была совсем маленькой, вспомни, разве ты себя боялась?

Ты боялась только того, что не знала и не могла понять, но себя-то, себя ты знала.

А потом тебе стали говорить, что то, что ты знаешь, не очень нужно, не очень важно, и пользы в жизни тебе от этого знания никакой не будет. Ты пыталась не верить, но хвалили за другое. За чужое, не очень понятное, и подарки дарили, и по голове гладили. И ты начала прятать то, что знала, потом постепенно забывать, что спрятала и где. И оно, это знание, приходило все реже: во снах, в мечтах, прорывалось то слезами некстати, то смехом не ко времени.

Тебя успокаивали и говорили, что все это чепуха, женская слабость, тонкая нервная организация. И ты почти верила и почти успокаивалась, только почему-то все больше не любила оставаться одна в тишине, наедине с собой. Тебя тревожил неясный гул, какие-то тени, странные мысли и неожиданные желания: то рисовать хотелось, то петь, то любить. Тревожно, странно.

В таких случаях всегда есть два варианта: сбежать и забыть или рискнуть и выяснить, наконец-то, что происходит.

Эта книга для тех, кто решил выяснить. И что же оказалось?

Когда послушная девочка поверила, что то, что она знает – никому не нужно, а значит не нужно и ей самой, она сделала первый шаг к этому страху, потому что оставила себя без себя, без знания и света. А что служит лучшим удобрением страху? Незнание и темнота.

Я предлагаю набраться смелости знать и перестать гордиться своим страхом.

Я предлагаю просто зажечь свет.