Право первой ночи для повелителя драконов (СИ) - Сандер-Лин Галлея

Возможно, ему всё это вообще почудилось? Но как же тогда те неистовой силы чувства и необъяснимое притяжение к незнакомке? Да и девушка явно хотела от чего-то или кого-то сбежать. А впрочем, кто сказал, что невеста именно она? У Трайдера, если Яну не изменяет память, несколько дочерей...

Не зная, что и думать, повелитель сначала решил прогуляться по окрестностям, прикидывая, как лучше поступить и под какой личиной проникнуть во владения подданного. Изначально он вовсе не собирался так рисковать и захаживать в замок Трайдера, да ещё и сидеть за пиршественным столом, но риск разоблачения больше не беспокоил, потому что ему было жизненно необходимо попасть внутрь и убедиться в своих догадках. Или же развеять собственные подозрения и успокоиться.

Внушить слугам, что он один из приглашённых, и проникнуть в пиршественный зал оказалось не так уж сложно. У него не было враждебных намерений по отношению к хозяевам, поэтому защитное поле, установленное вокруг замка, пропустило повелителя внутрь. А дальше осталось дело за малым: слиться с пёстрой толпой и сесть подальше от оказавшегося среди гостей Каяра и его подчинённых. Ощущения по-прежнему молчали, и Ян с нетерпением ждал выхода молодожёнов, чтобы окончательно отбросить сомнения и либо со спокойной душой уехать восвояси, либо что-то предпринять.

И вот наконец юная чета показалась в проёме. Огненный прикипел взглядом к хрупкой девичьей фигурке, не только облачённой в свадебный наряд, но и обвешанной артефактами контроля. «Чтобы точно не сбежала!» – со злостью подумал тогда он, уже ненавидя её мужа и пытаясь разглядеть девичье лицо под вуалью, но даже по фигуре определив, что перед ним незнакомка из леса.

И тем не менее всё в груди Янара перевернулось, когда Джерсис откинул фату и гости смогли лицезреть его невесту. Да, как Ян и боялся, это была та самая девушка, которую он встретил на поляне. Но вот что странно: больше от неё не исходила та удивительная энергетика, которая манила его прежде. Это была она и в то же время будто не она, человек с тем же лицом и даже родинкой у глаза, но с другим нутром. Или же вообще другой человек?

Янар не понимал, как так может быть, и сетовал на то, что там, в лесу, подвергся странным галлюцинациям, но всё равно продолжал наблюдение. Нет, ничего, ничто внутри не шевельнулось, не потянулось к девушке, как прежде. И тем не менее он не мог так просто отступить. Уж на что он никогда не жаловался, так это на ясность рассудка, так что Ян вовсе не сошёл с ума и не перегрелся на солнце, эта странная связь между ними двоими всё-таки была, и оставалось только выяснить, куда она делась и почему. И чем больше он смотрел на сиеру Трайдер, тем отчётливее понимал, насколько она сейчас несчастна. В ней ощущались ненависть и страх к мужу, который был прекрасно осведомлён об отношении к нему супруги и умышленно подавлял её волю артефактами контроля.

У Янара зачесались ладони от прорывавшейся магии, настолько хотелось запустить боевым заклинанием в холёную физиономию Джерсиса. Но он держался и прикидывал, каким образом можно незаметно умыкнуть невесту, а ещё жалел, отчаянно жалел, что проявил излишнюю осторожность, позволил стражникам увести девушку и допустил, чтобы она стала женой другого. Как только ощутил их связь, нужно было потребовать Лирану себе, надавить авторитетом, украсть в конце концов!

Однако теперь поздно сожалеть, нужно думать, как выйти из сложившейся ситуации. И пока Ян думал, девушкой почти завладел его друг.

– Как наместник этих земель я требую право первой ночи, – заявил вдруг Каяр, и огненный не знал, радоваться ему или огорчаться.

Право первой ночи... Да Янар бы сам с удовольствием прибегнул этому закону, если бы не считал его отвратительным пережитком прошлого, унижающим женщину. Хотя не мог не признать, что в данный момент такой поворот ему на руку: раз уж наместник Бирсайского округа вмешался и планирует утащить супругу из-под самого носа Джерсиса, грех этим не воспользоваться.

Оставалось только узнать, почему Брайтрейн так хочет завладеть чужой женой, когда вокруг столько свободных женщин, которые с радостью разделят с ним ночь. Кай никогда не был поклонником замужних дам, так почему же сейчас отступил от былых привычек? Что такого он увидел в сиере Трайдер, раз пошёл на подобные меры и почти объявил войну Джерсису? Зная друга, Янар был абсолютно уверен, что Каяр костьми ляжет, но добьётся своего. А вот чего именно ледяной хочет добиться от украденной невесты, Ян бы точно не отказался узнать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Проследовав за наместником и его жертвой в замок Брайтрейнов, повелитель держался в тени, наблюдал за происходящим и выжидал, а ещё пытался понять, как девушка может быть аирой Каяра, о чём тот так уверенно заявил, если совсем недавно была именно его, Янара, избранной?! Или же не была и он просто сам всё выдумал?

Вспомнился разговор с отцом.

– Пап, а как я пойму, что она та самая? – полюбопытствовал Янар перед новогодним балом. Он тогда был подростком и буквально каждый день ждал, что вот-вот встретит суженую. – Ну, моя избранная... Вдруг я её встречу, но не разгляжу ничего особенного, а она просто пройдёт мимо и исчезнет?

– Разглядишь, Ян, обязательно разглядишь, – улыбнулся отец и потрепал сына по и так взъерошенным волосам. – Избранная – она особенная. Ты это сразу почувствуешь. Увидишь её – и ощутишь, что больше без неё не сможешь. Так было у нас с твоей мамой. Но я к тому времени уже имел официальную наложницу и вынужден был на некоторое время просить Нуару примириться с таким положением вещей. Зато теперь твоя мама для меня единственная, и так будет всегда. А ты, когда вырастешь...

– Моя аира тоже будет единственной! – уверенно заявил Ян. – Я хочу, чтобы у нас было как у вас с мамой сейчас, а не как раньше... Я хоть и был маленьким, но помню, как она плакала, когда видела рядом с тобой ту рыжеволосую женщину.

– Дайры больше нет, так что не будем об этом. Отныне между мной и твоей мамой никто не стоит и никогда не будет стоять, – Кантар Кинарский ласково посмотрел на портрет матери, где та была изображена в полный рост. – Но давай не рассказывать ей о наших мужских разговорах, идёт?

Да, отец был прав, Ян действительно почувствовал. Пусть и не сразу принял, настолько неожиданно всё произошло, но сердце оказалось умнее разума и само потянулось к незнакомке. Так было тогда, в лесу, и вот снова... После неудачной попытки поцелуя, предпринятой Каем, странные ощущения в душе Яна возникли вновь, а к сиере Трайдер потянуло с такой силой, что противиться этому не было никакой возможности. И Янар не стал, отбросил сомнения, перешёл в наступление и предстал перед троицей подчинённых, отлынивающих от дел Совета. Главное, что ему не показалось: чувства, испытанные на поляне, вернулись сторицей, а в остальном он потом разберётся. Особенно в том, что его аира, оказывается, одна из раони.

Насколько ему известно, для раони очень важно, как пройдёт их инициация. Если с тем, кто избран сердцем, то избранник поможет ей получить контроль над собственными силами и обрести невероятные возможности. Если же нет, то она станет лишь энергетическим сосудом и усилителем для того, что окажется её первым партнёром. Это ещё одна причина для того, чтобы не допустить Джерсиса к телу сиеры Трайдер и не позволить ему украсть удивительный природный дар Лираны и искалечить нежную девичью душу.

Если бы Лирану после свадебной церемонии не забрал Каяр, то это непременно сделал бы сам Янар, только не так открыто и более умно. Ну вот что стоило дождаться, когда молодожёны покинут замок, а потом перехватить их по пути? Быстро, тихо и смертоносно, чтобы ни одна лишняя душа не узнала, что стало с молодым супругом и куда подевалась его жена...

Однако что сделано, то сделано, и теперь остаётся лишь разгребать последствия. Джерсис уже давно нарывается, так что Янару нужен был лишь повод, чтобы с ним покончить. Теперь повод есть, и двое доверенных воинов из Тайной службы повелителя уже направились нанести визит горе-жениху. Если всё пройдёт удачно, то к утру сиера Трайдер будет вдовой. Если же нет, то этот ублюдок основательно взбаламутит воду и наделает шуму, а подобное в сложившейся ситуации было бы очень нежелательно.