Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г - Валерия Корносенко

Наша человеческая пирамида начала раскачиваться и крениться. Я зажмурилась, изо всех сил вцепившись в плечи Ярослава. Страх сковал меня — я боялась упасть в море с такой высоты, боялась удара о воду, боялась потерять сознание и начать тонуть.

Сквозь какофонию звуков я услышала крики Ксении Собчак:

— Все влезли на платформу! Я фиксирую вашу победу! Победила команда синих!

Раздались радостные крики и улюлюканье. Я почувствовала, как пирамида начала разваливаться, кто-то спрыгнул в воду, меня качнуло, но я всё ещё держалась.

Резко распахнув глаза, я огляделась. Куда падать, чтобы не покалечиться?

Но меня аккуратно спускали вниз. Только сейчас я смогла выдохнуть.

Сердце бешено колотилось, но я понимала, что всё кончено. Наконец, я ощутила под ногами деревянную платформу и позволила себе расслабиться. Мы победили!

— Эту победу мы посвящаем Юле Ковальчук! — закричали наши ребята.

Мы выходили на берег. Силы буквально покинули всех, и мы плелись, поддерживая друг друга.

Побежденная команда плелась рядом, повесив носы. Проигрыш обозначал, что кто-то из них вылетит с проекта. Этого, конечно же, никому не хотелось.

— Хочу сказать несколько слов проигравшей команде. — начала Ксения, обращаясь к участникам. — Для вас это испытание стало действительно жёстким, первым по-настоящему жёстким испытанием на проекте. Я надеюсь, у Юли всё будет хорошо. Вечером она вернётся и будет снова с вами на острове. А теперь — к победителям! Вас ждёт удивительный приз. Вы отправитесь в одно из самых прекрасных мест этого архипелага. Поверьте, впечатления, которые вы там получите, гораздо сильнее эмоций от любого материального приза! До встречи! Удачи вам!

Глава 19

Солнце уже поднялось над горизонтом, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые оттенки, но обычной утренней бодрости не чувствовалось. Воздух, еще недавно наполненный свежестью и предвкушением нового дня, словно пропитался апатией.

Романтика необитаемого острова, так захватившая всех в первые дни, заметно поблекла, уступив место суровой реальности. Волшебство первых впечатлений развеялось, как утренний туман, а на первый план вышел банальный, но насущный вопрос — голод. Вчерашний улов крабов, оставленный у костра, таинственным образом исчез.

Я лежала в шалаше на тонком, спальном матрасике, рассматривая все вокруг и беззаботно болтая ногами.

Арины рядом не было. Куда это она вечно п оутрам шастает? Нужно не забыть ее расспросить.

Меж тем в лагере назревал новый конфликт. За неимением телевизора, все следили за соседями по несчастью с особым интересом.

— Оль, это ты, что ли, отпустила крабов? — раздался недовольный мужской голос, обвиняющий молоденькую Ольгу. В голосе звучали раздражение и голод.

— Нет! Да никого я не отпускала! Отстаньте от меня! — всхлипнула Ольга, ее глаза наполнились слезами. Она резко отвернулась и, шмыгая носом, скрылась в шалаше, сплетенном из пальмовых листьев.

Мысленно я вздохнула. Толку от этих молоденьких девочек, если честно, было маловато. Они, казалось, воспринимали происходящее как затянувшийся курортный отдых: беззаботно бродили по берегу, плели венки из цветов, строили замки из песка. Вкладываться в общее дело им явно не хотелось. Зато аппетит у них был отменный: когда всех звали есть — они, конечно же, тут как тут.

На завтрак были жареные бананы, найденные в глубине острова, и кокосы, мякоть которых мы с трудом выковыривали осколками раковин. Сытости это особо не приносило. В желудке неприятно урчало, а раздражение нарастало с каждой минутой.

Утро началось с очередного шоу. Наши «звёздные герои», обожавшие работать на камеру, делали это, надо признать, профессионально, постоянно и безустанно.

Сегодня они решили обрить одного из своих налысо. В качестве инструмента были выбраны маникюрные ножницы — по причине отсутствия других, более подходящих приспособлений. Я наблюдала за этим действом со скепсисом. Волосы у «жертвы» были недлинные, кучерявые, средней длины. И бриться столь принципиально в спартанских условиях, чтобы потом выглядеть как тифозник, было как минимум странно.

Да, помыться хотелось ужасно. Голова чесалась от соли, жары и влажности, но не настолько, чтобы решиться на бритье налысо. Мне казалось, что от стрижки с помощью маникюрных ножниц особого облегчения не будет. Соль никуда не денется, а зуд от отсутствия шампуня явно не прекратится.

— Шампунь у нас, конечно, отсутствует, — констатировала Корнелия очевидное. — У меня в волосах творится что-то ужасное. Но бриться налысо вы меня не уговорите.

Раздался дружный смех.

Настроение в лагере царило все время разное. То все были показушно добрыми и отзывчивыми, готовыми чуть ли не хороводы водить. То резко все разбредались по своим углам и закрывались, становясь буками.

— Таирчик, ты стричься, готов? — раздался голос Юлии Ковальчук.

— Да, — ответил Таир.

— Сейчас я ножнички возьму.

— Может, мачете? — пошутил кто-то.

— Вопрос хороший, — задумчиво протянул Таир.

— Не знаю, насколько эти ножницы готовы к стрижке, — Юля копалась в шевелюре парня, никак не решаясь приступить к стрижке.

— Юля, а ты вообще кого-нибудь стригла когда-нибудь?

— Собаку, — спокойно ответила Юля.

— А какая у тебя собака?

— У меня болонка, — уточнила Юля. — Заходите в мою парикмахерскую! Хочу открыть её здесь. Такие кудри обстригать — одно удовольствие!

— Открывай! Парикмахерская «Кокосовый рай», например, — поддержали её шуткой.

— Нет, ну а что? Я могу делать спа-процедуры, — мечтательно произнесла Юля. — Могу делать обертывание в листья гуавы. Или банановые маски.

— Грязевое обёртывание! — подхватили остальные.

— Можно ещё скрабирование песком делать.

— За рыбу — тайский массаж!

— Да, да! Я могу всё! — продолжала Юля, — За рыбу — точно!

Было утро, все лениво бродили по лагерю, никто особо не рвался на добычу дров или провизии, поэтому многие сидели и наблюдали за этим цирком. Другого, увы, не было.

— А давайте сейчас все вместе соберемся, пойдем и соберем дрова, — предложил Таир, обводя взглядом угрюмые лица. — Наберем достаточно дров, чтобы хватило на весь вечер, на всю ночь, да еще и на утро осталось. И никому не будет скучно, все вместе сделаем это дело. Собирать дрова полдня одному или двум-трём людям — занятие утомительное и безрадостное. Нас много, и дров требуется немало. Вместе быстрее справимся. И всем будет весело.

Предложение Таира не вызвало энтузиазма. Кто-то недовольно пробурчал что-то себе под нос, кто-то продолжал лежать в шалаше, надеясь, что его не заметят, кто-то беспечно плескался в воде, а кто-то, насвистывая, прогуливался по