Зелёный (СИ) - Абрамов Владимир "noslnosl"

С графом он за это время пересекался считанное количество раз. Тот в поместье почти не появлялся. В основном жил в столичной резиденции, а на Сирену прилетал раз-два в год на пару-тройку дней.

Единственной бессменной спутницей эрграфа стала Лорри — бывший полицейский детский психолог, которая ответственно и со всей душой выполняла обязанности няни, стараясь заменить «ребёнку» родную мать. Игорю она стала роднее всех сполотов, но при этом он не спешил открывать ей свой большой секрет. Естественно, ему, давно уже взрослому, вторая мама была не нужна. Но не говорить же об этом… Он вообще хотел свалить с Сирены обратно в систему Лир, выкопать свой ствол и слинять на Землю. Только в его положении это настолько же невозможно, как сбежать из самой охраняемой земной тюрьмы и улететь на орбиту на угнанном американском шаттле. Самый нищий фермер свободней, чем юный эрграф.

Ограничение свободы связано с тем, что риск покушения на наследника Клещиков так никуда и не делся. Поэтому Игоря не выпускали из поместья и дали ему лучшую охрану. Хорошие телохранители отличаются от плохих тем, что отлично выполняют свою работу, несмотря на желание охраняемого объекта свернуть себе шею или подставить голову под снайперский луч. То есть, мнение парня не учитывалось, и никакие уговоры выпустить его хотя бы в ближайший город результата не возымели.

Совершеннолетие многое меняет. Двадцатипятилетнего уже не смогут насильно удерживать в поместье. Он сможет приказать охране полететь куда угодно в пределах планеты. Но всё же приказы графа для них в большем приоритете, так что в космос его не выпустят до особого распоряжения.

Он мог бы закончить жизнь, снова стать деревом и начать всё заново с учётом ошибок. Но по здравом размышлении решил не спешить. Рано или поздно ему представится шанс вернуться на Лир. Более того, как эрграф Клещик, он имеет все шансы вернуться туда не простым сполотом, а исполняющим обязанности графа Лира. А это совсем другое дело. В его распоряжении будут большой бюджет и космические корабли, а также доступ к информации из университета, который его похитил с Земли. И самое главное — там хранятся координаты Солнечной системы, которых Игорь не знает. Ради этого он терпел и учился.

Старший Клещик не просто так жил в столице. Он искал тех, кто устроил покушение на его сына. Вместе с этим разбирался в хитросплетениях закрученных вокруг него интриг и плёл свои интриги. Игорь давно уверился в том, что является ключевой фигурой большой интриги, которую проворачивает коалиция, в которую входит графство Сирена. А ещё он подозревал, что стал живцом, на которого будут ловить крупную рыбу. Дорогим и ценным живцом, которого постараются сохранить живым, но приманка, она и в Африке приманка.

Радостное настроение от приближения кусочка свободы не омрачил даже прилёт Анрона. Игорю на коммуникатор пришло уведомление о приглашении на обед. Пришлось завершать тренировочную программу в голографической камере и идти одеваться в официальный наряд.

Когда он появился в столовой, то граф уже сидел за столом. От деда Игорь отличался лишь ростом и телосложением — он на голову ниже и не обзавелся такими мощными мышцами. А так в зелёных халатах с разрезами и с золотыми узорами и в штанах такой же расцветки они выглядели как отец и сын.

В зале кроме них двоих не оказалось никого, поэтому стол имел небольшие размеры: каких-то полтора метра на метр. Обычно он представляет собой монумент на пятьдесят персон. Но стол никто не меняет — он сам трансформируется под запросы прислуги, которая его настраивает. А вот лишние стулья дроидам приходится расставлять у стен.

Возле пустой тарелки перед единственным свободным местом лежал небольшой чёрный металлический куб с боксёрскую перчатку.

— Дедушка, рад тебя видеть, — вбитые рефлексы не подвели Игоря — он отвесил лёгкий уважительный поклон, принятый в среде аристократов.

— Даже не спросишь, что это? — кивнул тот в сторону куба.

— Какое-то жутко редкое блюдо, которое нужно вскрывать плазменным резаком? — сел парень на своё место.

— Хо-хо! Блюдо… В принципе, это можно съесть, но я не рекомендую. Дороговато получится.

Игорь понимал, что от него ожидают вопроса, но не зря его учили правильному ведению беседы. Если бы он сразу поддался, то передал бы инициативу собеседнику. Но дальше в эти игры он не был намерен играть. Это семейный ужин, а не минное поле аристократического приёма, ни на одном из которых он не был, но к которым его готовили.

— Так что это?

— Рад, что ты спросил, — заулыбался Анрон. — Это подарок на твоё совершеннолетие. Пусть и немного раньше срока, но я не смогу остаться на торжество, поэтому решил вручить презент сразу.

— О, спасибо, — натянул он улыбку. — И что с ним делать?

— Приложить к затылку и подождать. Но лучше попросить медика провести имплантацию в медкапсуле.

— Это имплант? — вопросительно шевельнул правым ухом Игорь.

— Лучше. Нейросеть.

— Нейросеть? Альвовская?

— Нет.

— Хумановская? — нахмурился Игорь.

— Не угадал, — держал морду кирпичом граф.

— Ещё хуже?

— Скучный ты, Игорр. Сполотская!

— Сполотская нейросеть? Это шутка такая? У нас же их нет.

— Есть.

— И давно? — Игорь с удивлением разглядывал контейнер.

— Давно. Тридцать тысяч лет.

— М-р-р?! — округлил он глаза. — Дед, ты альвовской пыли нюхнул?

— Не шути про эту дрянь, — померкло лицо графа. — От этой дури твоя бабушка погибла.

— Прости. Объясни серьёзно без этих аристократических загонов говорить загадками и отвечать вопросом на вопрос. Так откуда у нас нейросети?

— Этому не учат на уроках истории. На заре развития нашей цивилизации, когда сполоты только вышли в космос, наши предки пошли по тому же пути, что и альвы с хуманами. Они нашли фабрику по производству нейросетей для младших рас, воспроизвели эту технологию и стали её активно использовать. Через три тысячи лет выяснилось, что из-за нейросетей средний уровень интеллекта по виду начинает падать. В течение одного поколения было принято решение отказаться от их использования, но сделать это оказалось сложно.

— Понятно. То есть, эта нейросеть сохранилась с тех времён?

— Ох, молодёжь, вечно вы куда-то спешите. Дослушай до конца.

— Слушаю.

— Так вот, — продолжил граф, — отказаться от нейросетей оказалось сложно, поскольку все технологии были заточены под них. Тогда решено было перейти на бионейросети. Благо, за три тысячелетия удалось обнаружить кое-какие наработки Древних по ним. Пока шла разработка бионейросети, к власти пришли радикалы, которые продавили полный запрет нейросетей, а все наработки по ним засекретили.

— То есть, чертежи недавно откопали и стали делать нейросети по старым шаблонам?

— Не совсем так, Игорр. Технологии, как ты говоришь, откопали, но бионейросети были не до конца доработаны, а технические до сих пор для нашего вида табу. Нам не нужна деградация населения. Не для того сполоты развивались тысячелетия, чтобы уничтожить потенциал нашего вида.

— Дед, ты меня запутал. Хочешь сказать, что в контейнере бионейросеть? Аналог сетки Древних?

— Можно и так сказать. Аналог, созданный нашими учёными.

— Почему тогда их ещё не ставят всем подряд?

— Дорого. Очень дорого. Цена такой нейросети соответствует стоимости боевого крейсера. Уже двести лет наши учёные бьются над задачей снизить себестоимость бионейросетей до приемлемого уровня. Это сложный симбионт, который сочетает в себе возможности личного искина, очень мощной нейросети и пси-импланта.

— Поправь меня, если я не прав, но у нас таких симбионтов выращивают уже минимум двести лет?

— Это секретная информация, доступ к которой имеют лишь аристократы и узкий круг сполотов. Ты всё правильно заметил.

— Хороший подарок, спасибо. Но, дедушка, насколько я знаю, нейросеть без обучающих баз знаний всего лишь помогает организму поддерживать правильный гормональный фон, немного улучшая самочувствие и продлевая жизнь. Плюс к этому ускоряет процесс обработки информации, который хуманы и альвы отчего-то называют интеллектом. Если там встроен искин, то это тоже жирный плюс, но всё же…